Чтение онлайн

— Опасные игры ведет не только Блэк, — произносит Соломон и собирается с мыслями. — Мне кажется, некоторые магические семьи вступили в заговор и собираются перехватить власть в Форт-Уэйне.

— Напоминает историю про жабу и гадюку, — усмехается Вилма. — Слышал такую?

Вот только салунных анекдотов здесь не хватало.

— А в чем, собственно, проблема? — непроницаемо спрашивает Илана, поочередно оглядывая Вилму и Соломона. — Кажется, сейчас за столом собрались первые лица города, шериф и мэр.

— Ты предлагаешь нам их просто арестовать? — Соломон даже не скрывает удрученности в своем голосе.

И он действительно удивляется, когда слышит от Вилмы:

— А почему бы и нет?

В Форт-Уэйне не любят магов, и видимо, для Вилмы особым удовольствием будет прижать хвосты самым активным представителям. Вот только Соломон даже близко не представляет, с кого начинать. Не давить же на этого несуразного Микеланджело Блумберга? Он со своим бахвальством ничего не стоит.

К тому же, надо понимать, что если Соломон разворошит это змеиное гнездо, то яд прольется и на него тоже. Магические семьи бывают на удивление мстительными, когда дело касается их личных интересов.

— Значит, война? — опасливо интересуется Соломон, проводя ужин в компании своих самых близких женщин.

Саломея радостно кивает.

— Дорогой, ты — мэр, — напоминает Соломону мать. — Так превратись уже из куклы-чревовещателя в настоящего лидера.

Вилма тоже позволяет себе улыбнуться, пока тянется за бокалом. На такую поддержку Соломон даже не рассчитывал. Но он взвешивает те немногочисленные варианты, которые ему остаются, и выдыхает.

Видимо, действительно грянет война. Остается только надеяться, что больше никто не пострадает.

— Прости за это, — говорит Соломон, когда выходит проводить Вилму. — Я, правда, не ожидал, что мои мать и сестра так скоро вернутся.

Вилма усмехается. Взрослый мужчина, по совместительству мэр, извиняется перед ней за то, что его родственницы вернулись раньше времени. Словно он все еще тот самый мальчишка, с которым она однажды познакомилась.

Только вот они уже давно выросли из всех этих оправданий. Но не выросли из неловкости.

— Если вдруг решишь еще раз устроить мне свидание, — со смешком начинает она, — просто вспомни, что у меня есть пустой дом. И целое управление шерифа.

Ладно, дом не совсем пустой. Может, вообще его уже пожрало то черное недоразумение. Но Вилма и про свидание говорит не всерьез. Это не про них с Соломоном, какую бы привязанность к нему она не испытывала. Они знакомы чертову кучу лет, между ними невозможно представить никакой романтики. Это просто смешно.

Вилма устраивает руки на своем поясе. Между ними снова вдруг прорастает неловкость.

— Я пошутила, — зачем-то говорит она.

Соломон кивает.

Какое-то время они стоят посреди этого вязкого неудобного молчания. Словно каждый не решается что-то сказать, сделать или хотя бы попрощаться.

— Торнадо пришло извне, — произносит Соломон.

— Я догадалась.

— Нет, я не об этом. Вряд ли кто-то из местных известных магов к нему причастен. Я не говорю об индейцах, но мало ли горячих голов в прериях?

Немало. Но не в прериях около их городка. Соломону стоило бы почаще этими прериями интересоваться, чтобы составлять более приземленное мнение о том, что происходит вокруг него.

Впрочем, тогда он совсем перестанет быть Соломоном.

— И что ты предлагаешь? — спрашивает Вилма.

Соломон поводит плечами.

— Я просто хочу знать, что ты на моей стороне, — произносит он.

Иисусе.

— Естественно, я на твоей стороне.

Что за глупые вопросы? У Вилмы и нет других сторон. Не только в дружеском смысле. Мэру и шерифу точно стоит работать сообща, а не наперекор друг другу. Но, может, Соломон имеет в виду что-то еще?

Вилма не понимает.

— Я рад это слышать, — только и говорит он.

Да уж.

Микеланджело Блумберга в компании Бернадетт Вилма замечает еще на подходе к управлению. Она хмурится — под вечер тут не должно быть ни помощницы, ни, тем более, этого человека.

Когда она приближается, Блумберг мерзко улыбается и приподнимает свою щегольскую шляпу в джентльменском жесте.

— Мисс шериф, — кивает он Вилме. — Хорошего вечера.

И уходит, больше ничего не говоря. Значит, притаскивался он сюда не к ней.

— Что у нас делал Майки Блумберг? — прямо спрашивает Вилма у Бернадетт.

Помощница морщится и отворачивается.

— Проходил мимо.

Да, конечно. Этот придурок, конечно, имеет свойство ходить мимо, но только не в случаях, когда это «мимо» равноценно прогулкам около самых привлекательных девушек города. А Бернадетт как раз такая.

Еще и достаточно ветреная, по скромному мнению Вилмы, чтобы точно попасть под поверхностное очарование Блумберга.

— Только не говори мне, что между тобой и этим идиотом что-то есть, — обращается Вилма к помощнице строгим менторским тоном.

Она хоть и не блещет умственными способностями, но не заслуживает стать жертвой бабника, проматывающего деньги жены. Конечно, чья-то личная жизнь не касается Вилмы. Но только тогда, когда она не происходит на пороге управления шерифа.