Чтение онлайн

– Эдак скоро не останется запасов в кладовых и земель для курганов, - ворчала Ингеборг, замешивая тугое тесто для хлебов.
– Скорей бы уж отбыли в поход.

– Ты ворчишь, как Сиглауг когда-то, - хмыкнула Бьёрна.
– А хозяйка наша новая вон, не особо о том заботится. Эх, на тебе надо было Хакону жениться!

Рабыни засмеялись в голос, а громче всех - сама надзирательница.

– Вот бы мы зажили, - протянула Асвейг, поддерживая шутку.

Никому лучше не знать, что жить здесь теперь ей и вовсе невмоготу, как ни привыкла за зиму. Ингеборг разулыбалась и принялась с двойным усердием месить тесто. Но вдруг веселье оборвалось. Она обернулась к двери: там стояла Мёрд, разодетая, как истинная хозяйка. Рабыни попрятали взгляды, даже Бьёрна потупилась. Но не из-за уважения или страха все притихли, а лишь потому, что никто власти воительницы здесь рад не был. Уж как Сиглауг всех в ежовых рукавицах держала, а за самодурством замечена не была. Напротив, от Мёрд того и ждали - самодурства и несправедливости.

Девушка окинула всех взглядом, легонько смахнула выступившую от духоты испарину со лба.

– Хитро вы всё придумали, - будто сама себе пробормотала Мёрд, глядя перед собой.
– Побратимство Лейви с ИНГОЛЬБОМ. ВОТ И теперь скальда вместо себя прислал, зная, что ему тут появляться нельзя… И говорить желает только с Хаконом.

Асвейг непонимающе нахмурилась, не зная, стоит ли что-то отвечать. Но похоже, промолчав, она не ошиблась: Мёрд просто ворчала, считая, что её обвели вокруг пальца. Однако всё стало ясно, когда они вошли в длинный дом. Там, кроме нескольких рабынь, которые убирали со стола посуду после трапезы, и Хакона оказался ещё и Лейви. Он тут же перевёл взгляд на Асвейг и белозубо улыбнулся, словно родного человека увидел. На глаза почему-то тут же навернулись слёзы.

– Вот, привела, как и просили, - недовольно бросила Мёрд и села рядом с мужем. Тот и не посмотрел на нее, продолжая о чём-то размышлять.

– Думаешь, я не понимаю, что не для себя ты рабыню выкупить хочешь? И что золото, которое ты мне тут за неё предлагаешь, явно не твоё. Красная цена ей -восемь марок. И лишнего мне за неё не надо.

– Я не хотела бы продавать Асвейг, - осторожно возразила Мёрд.
– Работы в поместье много, особенно, если вы отправитесь в поход… Тем более отдавать Гагара сейчас неразумно.

Хакон дёрнул уголком губ, словно жена его раздражала.

– Мёрд тоже говорит дельные вещи. Мы собираемся в поход, в поместье останется не так много людей, чтобы работать и содержать хозяйство. И лишиться сразу двух рабов…

– У меня в Уппсале много хороших знакомых, - ничуть не стушевался Лейви, продолжая удерживать на губах приветливую улыбку.
– И среди тех, кто торгует рабами - тоже. Я могу сделать так, что тебе пришлют самых лучших треллей совершенно бесплатно. Раз уж ты опасаешься, что твоё хозяйство пострадает.

На этот раз конунг наморщил лоб, подозрительно прищуриваясь. А Мёрд и вовсе обиженно нахохлилась: никто не любит, когда всё начинает идти не так, как рассчитывал. А вот Асвег наоборот, приободрилась, и нарочито беззаботный вид Лейви только прибавлял уверенности.

– Мягко ты стелешь, скальд. Да и кто бы сомневался 8 твоих умениях, - помолчав, вздохнул Хакон.
– Что ж такого в этой рабыне, что Ингольв на всё готов пойти, чтобы её забрать и уберечь? Неужто по отцовским стопам пошёл, влюбился?

– Может, и влюбился, - Лейви пожал плечами.
– И не хочет, чтобы она закончила так же, как его мать под гнётом хозяйки.

Он недвусмысленно вперился в Мёрд, а та аж покраснела. Конунг проследил за его взглядом и помрачнел.

– Вели брути, чтобы помогли Асвейг и Гагару собрать вещи, которые они смогут забрать с собой, - обратился он к жене.
– Мне не нужны здесь рабы, от которых одни только проблемы.

– Но… - воительница встала, готовясь снова спорить.

– Я сказал, иди, - Хакон глянул на Асвейг - И ты тоже.

Зло шагая, Мёрд поспешила вон из дома. Пришлось бежать за ней, а то неровен час напоследок найдёт, за что отыграться.

– Не думай, что ты отделаешься так легко, - коротко обернулась воительница.
– Я ещё поговорю с Хаконом…

– Тогда я тоже поговорю с твоим мужем, - сама для себя неожиданно ответила Асвейг.
– Думаю, мне есть, что ему рассказать.

Мёрд встала, как вкопанная, и медленно повернулась к ней.

– И что же ты собралась рассказать ему?

– А то, что его жена в первую после свадьбы ночь бегала к Ингольву. Чтобы, верно, как рабыня, на сене с ним…

От громкого шлепка аж уши заложило. И только потом, когда словно огнём вспыхнула щека, Асвейг поняла, что Мёрд её ударила. Она успела удержать её запястье и шагнула навстречу, не обращая внимания на боль. По пальцам знакомо разбежалось покалывающее тепло. Убить её - так легко. Но как нелегко придётся после. Но, уже собираясь отпустить замершую от неожиданности воительницу, Асвейг помедлила, прислушиваясь к тому, что почувствовала. Гораздо больше жизненных токов, чем может вместить один человек. Едва заметные, тонкие, но обещающие разрастись и сплестись накрепко с нитями силы матери.

Сказать ей?

Асвейг разжала пальцы, давая Мёрд отшатнуться. Ничего, скоро узнает сама, когда не придёт лунная кровь.

– Ты - рабыня, и никто тебе не поверит, - переведя дух, буркнула хозяйка.

– Может быть. Но Хакон всё же задумается, почему он спал всю ночь вместо того, чтобы с женой быть, - Асвейг не дрогнув проследила, как та, уже подняв руку для нового удара, опустила её.

– Катись отсюда на все четыре стороны. И лучше тебе больше никогда не попадаться мне на глаза.

Мёрд отвернулась и, позабыв, куда ей было нужно, ушла, оставив посреди двора в одиночестве.

Асвейг не помня себя то ли от шальной радости, то ли от схлынувшего пламени, что едва не выплеснулось вновь, вернулась в хижину. Тут же она достала из-под лежанки свой дорожный мешок и принялась собирать его, хоть и складывать туда особо нечего. Словно почуяв, одна за другой в дом прибежали рабыни, окружили её, поначалу храня молчание, а после не выдержали и затараторили наперебой.

– И всё ж, Асвейг, что у вас с ИНГОЛЬБОМ было?
– громче других спросила Бьёрна. Девицы притихли, тоже ожидая ответа.
– Не зря ведь озаботился, скальда тебя выкупать прислал.

Кто-то из рабынь довольно ехидно усмехнулся. Ингеборг шикнула и ткнула в толпу локтем. Судя по сдавленному вздоху, попала, куда метила.

– Он обязан мне жизнью, если вы забыли, - Асвейг и не повернулась даже.
– Вот, видно, заслужила благодарность, наконец.

Девушки согласно запереговаривались. Больше никто ничего выведывать не стал. А чуть позже заглянул и Гагар, поторапливая. Асвейг скомканно попрощалась рабынями, не зная, что можно сейчас им сказать. Любая из них хотела, верно, оказаться на её месте, прекрасно понимая, что, хоть она и осталась пока невольницей, всего-то перекупленной другим хозяином, но стала свободнее их всех. Слоено в бреду, Асвейг пошла за Гагаром. Трелль что-то сбивчиво говорил, безуспешно пытаясь скрыть радость, а она и не слышала, что. И думала только: вот бы, выйти за ворота и пойти куда глаза глядят. Одной, без надзирателей и хозяев. Только она всё ещё рабыня и принадлежит теперь, получается, Лейви. Вот уж странно.