Чтение онлайн

Не дожидаясь пока стражники опамятуются, эльф с разбега спрыгнул с помоста. Из-за связанных рук, он неудачно приземлился, однако его тут же подхватили две высокие фигуры в темных накидках и уже через мгновение они растворились в сутолоке.

Поднялся невообразимый гвалт. Старик в красной тунике истошно вопил. Стражники, ринувшиеся за беглецом ввязались в бой с его сообщниками, которые, ловко орудуя короткими мечами, имели явное преимущество перед неуклюжими, хотя и значительно превосходящими их в количестве, противниками.

В добавок ко всему, толпа, лишенная долгожданного развлечения, просто обезумела. Завязалась потасовка, в которой все сцепились со всеми. Пощады не было никому. Эльфы, люди, дорны. Дрались все без разбору. Кричали дети. Женщины тщетно пытались разнять дебоширов, но тех это лишь сильнее раззадоривало.

— Гляди! — Марат, схватив Коэна за плечо, кивнул головой в сторону торговых рядов.

Торговцы, как никто иной наученные держать нос по ветру, быстро сообразили, что бесчинства вскоре перекинутся на их драгоценное имущество. Лихорадочно распихивая товар по тюкам, они сворачивались с поистине умопомрачительной скоростью.

Во всеобщей суматохе, когда казалось, что весь мир рушится, на лавке невозмутимо сидела тщедушная, сгорбленная под тяжестью прожитых лет старуха. Ее жилистая, исхудалая рука крепко сжимала в руках веревку, обмотанную вокруг шеи белой, еще более тощей чем сама хозяйка козы. Животное производило откровенно гнетущее впечатление. По числу прожитых лет коза вполне могла потягаться со старухой: ее острые, торчащие ребра; обвисшее до земли вымя; отекшие веки, скрывающие воспаленные глаза; густые, разросшиеся брови; свалявшиеся клочья шерсти, — все это недвусмысленно намекало на то, что одним копытом она уже прочно стоит на пути в иной мир. О том, что этого еще не случилось свидетельствовало лишь ее вялое пожевывание немногими оставшимися зубами пучка сухой, жесткой соломы.

Коэн, бесцеремонно расталкивая дерущихся, направился к торговым рядам. Марат, следуя за ним по пятам, своими громадными ручищами невозмутимо отвешивал тумаки особенно рьяным задирам, напрочь отбивая у них желание поквитаться за такое «невиданное нахальство».

— Сколько за козу?! — выкрик Коэна едва пробился через невообразимый галдеж.

— Не продается! — скрипучий голос старухи противно резал слух.

— Понятное дело, это ж ходячая падаль. — фыркнул Марат.

Старуха сощурившись посмотрела на вора, кряхтя поднялась на ноги и неожиданно проворно схватила его за ухо.

— Убери грабли, карга старая! — воскликнул раскрасневшийся от злости вор.

— Во тебе, а не мою Метхильду! — старуха скрутила костлявые пальцы дулей. — Видал?!

— Так, мы плохо начали. — примирительно сказал Коэн. — Мой друг не хотел оскорбить Матильду, она прекрасно выглядит, для своего возраста.

— Метхильду, дурень ослоухий! — проскрежетала старуха, сурово посмотрев на Коэна.

— Да что с ней панькаться, сейчас по лбу дам раз и все! — сердито рявкнул Марат.

— Тебе, ворюга поганый, только полбу бы и бить! Бугай полоумный! — старуха, крепко ухватившись за веревку, закрыла собой козу.

— Марат, заткнись! — сцепив зубы прорычал Коэн и, натянув на физиономию кривую улыбку, спросил. — Бабуля, это ведь рынок?

— А ты небось подслеповат малеха? — старуха ехидно оскалилась — Рынок, что ж еще?

— Хорошо. — Коэн, прикусив губу, глубоко вдохнул. — А ты пришла на рынок продать козу?

— Нет, демон меня укуси, пришла на рожи ваши мерзостные поглазеть. — старуха нахально вздернула нос. — Ясен пень, пришла козу продать.

— Вот и чудно. — лицо Коэна побледнело как полотно. — А я хочу купить твою козу. И у меня есть монетка, серебряная. Хотя мы оба знаем, что твоя Мати… как там ее.

— Метхильда, чурбан. — перебила старуха, но уже не так враждебно, поскольку серебряная монета похоже возымела нее умиротворяющее воздействие.

— Да. Так вот, Метхильда стоит от силы три медяка, и то если покупатель слеп и туп как полено. — вкрадчиво продолжил Коэн. — Все так?

Марат, демонстративно скрестив руки, цыкнул от возмущения.

— Почти. Только три серебряника, а не медяка. — заговорщицким тоном произнесла старуха. — Скажи спасибо своему мордовороту.

Коэн, едва не трясясь от ярости, вытащил из кармана недостающие монеты.

Дрожащей костлявой рукой старуха сгребла серебро, гадко захихикала и, швырнув на землю веревку, быстро скрылась в толпе.

— Поздравляю, ты хозяин самой дорогой козы в королевстве. — Марат кисло скривился.

— Неважно. Главное, чтобы не сдохла раньше времени. — раздраженно произнес Коэн, потянув упирающуюся всеми копытами козу за веревку. — Ну же, идем!

— Эх, не умеешь ты со скотиной обращаться. — хмыкнул Марат и, закинув козу на плечи, побрел через толпу, лихо раздавая пинки всем, кто оказывался у него на пути.

Лиара увлеченно чертила загадочные символы. Каменный пол убежища, густо укрытый витиеватыми иероглифами, стал похож на сплошной магический пергамент.

— Стоять! — воскликнула Лиара, услышав скрип открывающейся двери.

Внутрь просунулась голова Коэна:

— Войти можно? У нас тут животина полумертвая.

— Смотри под ноги, не наступи на линии. — сурово ответила волшебница. — Марат пусть за дверью покараулит.

— Слыхал? — голова Коэна исчезла. — Присмотри, чтоб никто не тревожил. Давай скотину.

Коэн, внимательно глядя под ноги, перенес остолбенелую козу в другой конец комнаты.

— Она живая? — Стиг провел ладонью перед мордой козы, на что та вяло моргнула одним глазом.

— Кажись да. — Коэн отрешенно посмотрел на животное.

Альдо тихо застонал. Ело потемневшее лицо было густо покрыто мелкими испаринами.

— Ему хуже. — Коэн едва слышно вздохнул. — Лиара…

— Я знаю. Не мешай. — волшебница сердито отмахнулась. — Уже заканчиваю.

В душной темной комнате повисло тягостное безмолвие, сопровождаемое потрескиванием белого камня, скользящего по гладким плитам пола.

— Кажется все. — удовлетворенно окинув взглядом комнату, Лиара поднялась с колен.

— Выглядит впечатляюще. — Стиг с уважением посмотрел на волшебницу.

— Главное, чтобы сработало. — Лиара устало тряхнула онемевшей ладонью.

— Ты точно помощница мага? — недоверчиво хмыкнул Стиг.

— Хочешь поговорить об этом? — Лиара нахмурилась.

— Нет. — Стиг виновато шмыгнул носом.

Лиара подошла к козе и, ласково почесав ее за ухом, засюсюкала:

— А кто здесь у нас такой хорошенький?