Чтение онлайн

Налг противно зашипел и топнул ногой, забрызгав Сигизмунда липкой грязью.

Коэн беззвучно ругнулся и, не дожидаясь очередной свары, быстро зашагал в направлении воровского схрона.

По счастливой случайности, на всем пути к убежищу ни один патруль не заинтересовался разношерстной компанией четверых, подозрительного вида, прохожих.

На удивление смирно вел себя налг, ни на шаг не отстававший от Стига, да и Сигизмунд, на которого, похоже, благотворно повлиял свежий воздух, бодро и, главное, молчаливо семенил поодаль.

Карлик, суматошно озираясь по сторонам, словно натасканная ищейка, унюхивал приближающиеся патрули, обнаружив которые, торопливо хватал Коэна за рукав и утягивал его на соседнюю улицу. Когда же столкновения с городской стражей избежать не удавалось, Сигизмунд тотчас преображался в жалкого, хромого калеку, выклянчивающего подаяние у каждого встречного. Перевоплощение оказывалось настолько живым, что безобразного попрошайку сторонились не только манорийские солдаты, но и дорны, в попыхах не обращавшие внимания даже на нелепо выглядящего налга, не говоря уже о гноме и человеке. Брезгливо кривясь, они думали только о том, как увернуться от скрюченных, норовящих вцепиться в одежду пальцев омерзительного калеки.

Приблизившись к воровскому схрону, Сигизмунд заявил Коэну, что «нельзя вот так вот просто вламываться туда, где давно не был, а надобно провести разведку», и, дескать, он «как самый бесстрашный и осмотрительный из всех» готов отправиться в эту «смертельно опасную вылазку».

Скоротечная, но яростная перепалка со Стигом, усомнившимся в «способности мордатого недомерка затаить такое здоровое рыло» и тем более в его «недоказанной храбрости», сопровождаемая остервенелым шипением налга, закончилась наставительной руганью Коэна.

Сигизмунд добился своего и таки отправился в «смертельно опасную вылазку», в которой подслушав и подглядев в замочную скважину, добыл «ценные сведения» о разговоре двух «то ли человеков, то ли еще кого, один из которых оброс рыжей, косматой метлой, точь-в-точь, как на мерзкой образине всем известного, не будем показывать пальцами, хамла».

После этого грызня возобновилась с новой силой, но вскоре была прекращена обещанием неминуемой, жестокой расправы над скандалистами не стесняющегося в выражениях Коэна.

Стиг, по-тихому пнув карлика, стремглав ворвался в схрон. Затарабанив по уже открывающейся двери, он вихрем пронесся мимо Марата и с разгона накинулся на брата, заключив его в медвежьи объятия.

— Отпусти, дубина. — задыхаясь застонал Альдо. — Ребра сломаешь.

— Живой, и харя поздоровела. — выпустив брата, Стиг схватил его за щеку.

— Забери этого полоумного. — не в силах скрыть улыбку, пробубнил Альдо подоспевшему Коэну, который вместо помощи, тоже сгреб его в объятия и довольно похлопал по спине.

— Ну хватит, хватит. — раскрасневшийся, счастливый Альдо вырвался на свободу и, заметив карлика, спросил. — А это еще кто?

— Кажись Даниэль. — Марат, прищурившись, почесал затылок.

Замычав, словно раненый бык, Сигизмунд выставил вперед голову и с разгона боднул здоровенного вора в живот.

— Ты чего?! — закричал Марат, не ожидавший такой подлой выходки карлика. Согнувшись в три погибели, он умудрился схватить мычащего, рычащего и одновременно крякающего Сигизмунда пятерней за лоб и отшвырнуть в угол.

Карлик проворно подхватился и снова бросился в атаку, однако, остановленный цепкой хваткой Коэна, повалился на пол.

— Еще раз назовешь меня этим вонючим именем, я выпотрошу твои кишки и сожру их! Сырыми! — разъяренно заверещал Сигизмунд, но потом, посмотрев на скривившееся от отвращения лицо Коэна, добавил. — Ну может прожарю чуток.

— Это Мунди. Он как Даниэль, только дикий. — хохотнул Стиг, не обращая внимания на испепеляющий взгляд коротышки.

— Сигизмунд! Запомнили?! Сигизмунд! — топнув ногой, завопил карлик.

— Я ж не со зла, похож просто. — равнодушно пожал плечами Марат.

В этот момент Альдо наконец-то приметил робко прижавшегося к стене налга. Тот недоуменно переводил взгляд со Стига на его брата, будто стараясь разобраться двоится у него в глазах, или гномов взаправду двое.

— Так это значит тот самый налг? — заинтересованно спросил Альдо. — Как твое имя?

— Он молчаливый. — безнадежно махнул рукой Стиг.

— Даар… — неожиданно протянул налг ровным, бесцветным голосом, от которого едва уловимо повеяло холодом.

Сигизмунд удивленно присвистнул.

— Даар значит? — поежившись, произнес гном и ткнул себя пальцем в грудь. — Альдо.

Налг тревожно встрепенулся и еще сильнее вжался в стену, определенно показывая, что излишнее внимание ему неприятно.

— Где Лиара? — внезапно опомнился Коэн.

— Выйдем, не при всех. — Альдо с подозрением покосился на карлика и налга. — Их можно оставить одних? Не поперегрызают друг другу глотки?

— Да и черт с ними. — Стиг равнодушно отмахнулся.

— Эй, мы же команда. — запротестовал Сигизмунд, но словив уничижительные взгляды гномов, тут же умолк.

Выйдя на улицу, подальше от любопытных, сомнительной надежности ушей налга и, в особенности, карлика, Альдо подробно поведал Коэну и Стигу о произошедших за время их отсутствия событиях.

После эмоциональных обсуждений, с учетом приближения веллорийских войск, было решено следовать первоначальному плану и выводить налга из «этого проклятого города» прямиком к Джекиллу, который «точно притащился за своим диковинным питомцем и поможет разыскать Лиару». На всякий случай Марат должен был оставаться в схроне еще пару дней, дожидаясь возвращения волшебницы, и, если она объявится, направиться вдогонку.

Вернувшись в комнату, Коэн и гномы увидели качающегося по полу Сигизмунда, стенавшего, что его жестоко избил «тупоголовый ворюга». Марат, виновато потупив взгляд объяснил, что карлик пытался напасть на него и призвать к ответу за сравнение с «мерзкой белобрысой крысой, чье имя он не может произнести ибо немедленно проблюется», за что и получил оплеуху, от которой свалился как пришибленный.

Видя, что его корчи не вызывают у Коэна ни малейшего сострадания, Сигизмунд поднялся, преспокойно отряхнулся и как ни в чем не бывало принялся насвистывать себе под нос какую-то веселую мелодию.