Чтение онлайн

– Кто вы такие? Ведь не Скитальцы! Откуда идёте?
– Навь ни на миг не позволяла остыть его страху.

– Да, не Скитальцы! Сказов мы не собираем и по общинам не ходим! Нам дали совет, коли в беду попадем, так назваться Скитальцами. Вестников не убивают!

– Если бы так...
– наконец хмуро вставил своё слово Серко. Михаил испуганно на него посмотрел, но Влада не дала парню опомниться.

– Откуда идёте, спрашиваю! Зачем?!

– Из маленькой деревни идём на четыре двора! Хотели старшую сестру отыскать, это она карты составила! На бумаге обозначены четыре Тепла. Наша община хотела переселяться на новое место и Яна одной из первых в дозоры отправилась. Да только вестей от неё давно нет, сгинула где-то в этих лесах, вот мы и решились искать!

На мгновение Влада задумалась. Рассказ вроде бы складывался, но она заподозрила, что чего-то недостаёт. Серко тоже подключился к расспросам.

– В вашей деревне кроме юнца полоротого и девки с ребёнком никого больше послать не осталось? Кто на поиски вас снаряжал? Кто вещи такие худые выдал?

Он верно это подметил, ведь даже еды у крестианцев не оказалось. В пути люди давно голодали; по исхудавшим лицам девушки и ребенка это было особенно видно.

– Деревенский Старейшина противиться стал, чтобы мы сестру в одиночку искали. В дозор вместе с ней и так ушло двое мужчин, потому из общины больше никого не выпускали. Но как можно жизнь проживать, пока Яна в чужих краях гибнет?! Сбежали мы, по-тихому утекли! Что только смогли в дорогу собрать, то и взяли, а одежда у каждого из наших такая. Старейшина раздаёт, чтобы Зимой не замёрзли...

Серко предположил, что крестианской деревне улыбнулась удача. Некоторые люди до сих пор натыкались на неразграбленные запасы из Тёплого Лета.

– Значит, карту сестра ваша составила, Яна? Но отчего всей деревне спасаться и с обжитых мест уходить? Коли вы десять моровых Зим продержались, значит Тепло у вас годное и смерть от холодов не грозила.

– Зато лихие люди грозили, да так, что родные места бросить приходится! До Зимы времени мало, новых срубов на голом месте не успеем поставить. Решились выслать дозор из нескольких смелых, они и приметили, куда можно перебраться перед холодами. Да только пропал наш дозор когда во второй раз в чужие земли отправился. И Яну взяли с собой, она по картам работать умела, да и стреляла отменно - никогда не промахивалась! Сама напросилась, не брали её, а она... уговаривала.

Сказав это, на глазах парня мелькнули слезы. Но он быстро размазал их связанными руками по покрасневшим щекам. Серко ничего не сказал ему о смерти девушки-снайпера, лишь только спросил напоследок.

– Что за места на карте обозначены, знаешь?

Юноша кивнул и этого было достаточно. Охотник не стал расспрашивать дальше, решение уже было принято.

– Не трогайте нас, Христом-Богом молю!
– цепляясь за старшего брата, заплакала Вера. Услышав эти слова Влада с презрением ухмыльнулась. Как только они отошли подальше от пленников, охотница начала бормотать.

– Что мыслишь?

– А то что ты слишком жестока!
– огрызнулся Серко.

– Жестока?
– фальшиво удивилась Волчица.
– А мне ведь казалось, что истории про счастье в набегах, про схваченных девушек и о том как ломать волю чернушек тебе должны быть известны. Или в стае Чертога плохо учат охотиться?

– Мы не ходим в набеги уже двадцать Зим. А ты...

– Если волк на охоту не ходит, стал ли он псом с тупыми клыками или ночью тоскует по крови?
– как будто у пустоты спросила Волчица. Она вновь была разочарована братом, вновь увидела в нём только слабость. Однако и разочарование длилось не долго.
– Что делать теперь с людьми собираешься? Они бесполезны; обычные, запуганные кем-то оседлыши. Боялись за порог носа высунуть, да и не надо было таким от Тепла отходить. Теперь в пути провели много дней, сами тощие, да голодные. Давно могли где-нибудь костьми лечь, как сестрица паскудная. К слову сказать: откроешь им про сестрицу-то? Это ведь она с прострелянной башкой в лесу догнивает...

– Нет, пока придержу, - от слов о мёртвой девушке брат помрачнел. Но Владе стало уже всё равно. Она охладела к добыче и теперь пленные чужаки её тяготили.
– Отпускать их тоже не станем, - продолжил Серко.
– Они что-то знают об отмеченных на карте местах. Расспросим об этом в дороге, а понадобится, так и до деревни дойдём.

– Будь моя воля, я бы оставила в живых только парня и пытала его. Остальных за собой волочить только тяжкое и ненужное бремя.

– Они семья, Влада. Если бы меня вдруг убили, а тебя пытать начали, много бы ты тогда рассказала?

– Смотря как бы пытали...
– покосилась Волчица на вбитые в землю колья.

– Да чтоб тебя, гадину!
– выругался Серко. Сестра опять начинала выматывать душу.

– Ладно, ты прав: всегда можно через родичей надавить. Угрожай семье и добьешься всего, чего токмо захочется. Крестианцы всей правды сейчас не говорят, даже лгут. Ну а дальше... Как для начала с ними обходиться прикажешь?

– Для начала? Для начала их надобно накормить, - на удивленный взгляд младшей сестры, Серко с усмешкой добавил.
– Коли у них от голода ноги заплетаться начнут, тогда истинно обузой нам станут.

*************

Особенно Влада "радовалась" тому, что пища для пленников пошла из её рюкзака. Проворчав что-то злобное, она подозвала к себе Вука и отправилась глубже в лес. Тем временем Серко достал нож и приблизился к крестианцам. Не зная, чего ожидать от Навьего сына, оседлые сжались, но он лишь разрезал верёвки. Растирая затёкшие в путах запястья, люди с опаской следили за каждым движением пленителя. Не обращая на это никакого внимания, Серко занялся разведеньем костра. Огонь сближал даже врагов, согревал уставшие от дороги тела и обещал скорую пищу. Когда над потрескивающим огоньком закипел котелок, а в воду опустились высушенные куски мяса и пряные травы, на душе полегчало. От вида пищи у маленького Егорки заблестели глаза. Но мальчик боялся произнести лишнее слово и хотя бы что-нибудь попросить. Такая тишина Серко вовсе не нравилась и пока Влады не было, он решил слегка развеять довлеющий страх.

– Значит, вас кличут Мишей, Егоркой и Верой? Моего деда тоже Михаилом зовут и он действительно был когда-то Скитальцем. Многое ему довелось пережить и увидеть: Великий Жар, Лесных Духов за Поясом, Серую Орду и дикарей-самоедов. Тогда и родители мои были молоды, чуть только постарше вашего. И они многое перенесли, но справились с бедами, потому что вместе держались.

Слушая Навьего сына, крестианцы лишь осторожно переглядывались между собой. Никто не спешил вступать с ним в беседу.

– Это благо, что вы решили сестру отыскать. Нельзя близким людям расставаться и ссориться. Община, род, племя - не важно, все должны друг за друга держаться. От разлада в семье одно горе...

Серко сделал паузу, чтобы помешать ложкой загустевшую воду. Над костром поплыл аромат почти сваренной пищи. Только сейчас, будто подгадав нужный момент, Михаил заговорил.

– Мы не хотели отпускать Яну... Родителей у нас больше нет, Зимы и хвори прибрали их. Надо было не разлучаться, беречь завещанное нам по наследству Тепло. Но не вышло. Яна была своевольной, не покорной и... в прочем смелой она тоже была. Даже слишком.

– Да, смелой...
– задумчиво повторил Серко за крестианцем и тут же поймал на себе внимательный взгляд зелёных глаз Веры. Она смотрела так, как будто хотела о чём-то спросить, но конечно же ничего не спросила.

Внезапно в лесу грянул одиночный выстрел винтовки. Стреляла "Пера", после чего вокруг опять всё утихло. Крестианцы вздрогнули от резкого звука, но Серко даже не пошевелился. Боятся нечего - выстрел только один. Он спокойно достал деревянные миски и разлил каждому по порции свежего супа. Вскоре появилась и Влада. С довольным видом она тащила на плечах молодую косулю. Охота оказалась удачной и быстрой. Рядом с хозяйкой спешил верный Вук; пёс лично выследил пугливого зверя и был счастлив, что вожак не подвёл с метким выстрелом.