Чтение онлайн

Ману упрямо покачала головой:

– Пойдем, по твоему лицу видно, что тебе нужно поесть.

Дотащив Прокофия за руку до кафе, она распахнула дверь и затолкала его внутрь. Там за столиком под большим деревом, растущим из огромного глиняного горшка, уже сидела Твинкл. Увидев, что Ману не одна, девочка обрадованно замахала друзьям. Ей не терпелось поделиться новостями, правда, как оказалось, не очень веселыми: сосед Твинкл, мистер Прэнтис попал в неприятную историю.

– Должно быть, его очень печалит скорое прощание с сыном. Ведь он в этом году перемещается в другой мир, – принялась рассказывать друзьям Твинкл.

– Да, я знаю этого мальчика, он ничего, – одобрительно кивнула Ману.

– Так вот, идет он по улице, – продолжила Твинкл, – и вдруг слышит, как мистер Крадж, наставник из Центра Полетов, кричит ему: «Поздравляю, сынок-то совсем большой.» А потом прибавил: «Да здравствует свобода! Да, Прэнтис?», – ну вы знаете, такая присказка, которую все друг другу говорят перед Балом Огней. И тут Крадж как начал хватать ртом воздух, словно хотел его выпить – чуть было не задохнулся! Все вокруг смеялись, конечно – думали, он так шутит. А я смотрю, глаза у Краджа бешеные, и руками так машет, машет – ну точно напуган до смерти! Разумеется, потом ему помогли, но никто не мог взять в толк, что же случилось. А я уверена – дело неладно. – Твинкл взволнованно вытаращила глаза и, нагнувшись поближе к друзьям, прибавила взволнованным шепотом: – Но перед тем, как это случилось, Прэнтис тихо сказал: «Да захлебнитесь вы вашей свободой!» Вот Крадж почти и…

– Да уж, – хором протянули Ману и Прокофий, после чего оба задумчиво уставились в меню.

Остаток дня Прокофий провел возле башни Тельмана. Теперь он еще более старательно следил за каждой мыслью, – из головы все не шла эта история с Краджем.

Неожиданно в кустах позади него что-то шевельнулось. Прокофий вздрогнул. Но, к счастью, это оказалась Ману.

– Он не может не попрощаться со мной! – воскликнула она, разумеется, имея в виду Тельмана и свой предстоящий Бал.

Но, Прокофий, кажется, знал, что сможет поднять ей настроение:

– Идем, покажу кое-что.

Они поднялись на самый верх башни Тельмана, где в воздухе парила огромная рука. Поглядев на нее, Ману загадочно усмехнулась:

– Неплохо. Но думаю, вот так будет чуть лучше. – И она сплела пальцы руки в фигу, вовсе не используя при этом никаких волшебных талантов.

***

Из-за всех этих поисков у Прокофия не оставалось времени на размышления о Волшебной Лавке, к тому же он так и не смог понять, где тот особенный дар, который ему обещали прозрачные торговцы. По совету мамы, он предпочел не думать о цене, которую незаметно для себя уплатил за таинственную карту.

Мистер Фарадей так и не узнал об их прогулке – Прокофий твердо держал свое слово. Но в последнюю ночь перед Балом, когда мама зашла к нему в комнату, чтобы пожелать добрых снов, Прокофий все-таки не удержался и спросил, почему это должно оставаться секретом.

– Видишь ли, твой отец… вроде как недолюбливает этих торговцев, – призналась мама.

Прокофий сначала очень удивился, но затем подумал, что разделяет его чувства.

– Знаешь, многие считают, что на самом деле торговцы обманывают покупателей.

– И папа тоже?

– Полагаю, это потому, что я так и не смогла узнать, в чем заключался мой дар. Честно говоря, я до сих пор не уверена, забрала ли я из Лавки хоть что-нибудь. Вот отец и думает, что все это сказки… – Миссис Фарадей тихонько засмеялась, но Прокофий различил долю грусти в ее нежной улыбке. – На самом деле, это вовсе не так. Несмотря на то, что твой дедушка никогда никому не рассказывал, что получил от торговцев, – да, он тоже побывал там, когда был маленьким, – поспешила добавить мама, заметив изумление Прокофия, – сам он точно знал, что приобрел, и с радостью это использовал.

– А торговцы могут продавать людям вещи? – поинтересовался Прокофий, размышляя о броши Тельмана.

– Думаю, да. Наверное, все зависит от человека: кому-то нужнее таланты, кому-то, возможно, события, а кому-то вещи… Торговцы в этом разбираются.

– Но откуда они могут знать?

– О, дорогой, в этом-то и кроется их величайшая тайна. Они знают то, что другим неведомо – такой вот сюрприз от Вселенной. Поверь, у нее много разных секретов, но любые ее творения по-своему совершенны. Папа так относится к Волшебной Лавке, судя только по мне одной. А еще он всегда верил слухам, которые ходят в мирах. Поговаривают, будто торговцы забирают взамен наши самые яркие чувства, то, что позволяет нам творить волшебство. Помнишь, как они оживились, когда мы вошли в пещеру? Вероятно, это было из-за нашей радости, нашего с тобой любопытства. Лично я во все это не верю. Ты и сам видел, они очень милые…

– Не то слово, – хмыкнул, Прокофий.

Его впечатление о прозрачных торговцах определенно не было приятным. Однако сейчас его больше заботила карта, ведь, как оказалось, он мог и вовсе никогда ее не увидеть. Нужно срочно что-то придумать, чтобы не остаться ни с чем, как мама.

Повезло Тельману, ему дали настоящую вещь – он унес ее домой в пиджаке и мог использовать, когда пожелает. А вот Прокофию теперь придется ломать голову, гадая, где же взять эту загадочную карту.

***

И вот наконец наступил тот самый день, когда ему предстояло впервые оказаться на Балу Огней. Стоя в своей комнате, он задумчиво толкнул рукой вешалку с праздничным костюмом; та тихонечко скрипнула и закачалась из стороны в сторону.

Неожиданно в дверь постучали, и в комнату вошла миссис Фарадей.

– Давай-ка его мне… – указала она взглядом на костюм. – Поколдую над ним немного, чтобы не намок. Дождь все никак не перестанет, а нам еще нужно дойти до ангара. Полетим в папином эраунде. Нашу с отцом одежду я уже приготовила, осталась только твоя.

Но Прокофию было неважно, промокнет он или нет. От Тельмана вестей так и не было, и он уже твердо решил: если друг не покажется и на Балу, то придется рассказать кому-нибудь из взрослых о его внезапном исчезновении.

Как только мама вышла из комнаты с его костюмом, Прокофий закрыл глаза и стал представлять, будто Тельман прямо здесь, в его доме. Если однажды Призывание уже сработало, то, возможно, получится и теперь. Но каждый раз, открывая глаза, он видел все ту же пустую комнату. Должно быть, он слишком сильно волновался.

Вдруг что-то засверкало, и на кровать опустилась прямо из воздуха небольшая коробочка в золотистой обертке.

– Что это? – Прокофий подошел к кровати и взял ее в руки. На крышке была надпись: «Поздравляем с первым Балом Огней!», а внутри – алая роза. Повертев ее в пальцах, он с наслаждением вдохнул аромат.

Может, это от Ману? Наверное, она хотела немного приободрить его перед праздником. Но потом закралась надежда, что это подарок Тельмана. Явно предполагалось, что бутоном нужно украсить пиджак, – очень в его духе. Может, это знак, что Тельман готов помириться?