Чтение онлайн

К вечеру из леса вышел спокойный и уверенный в себя герцог Кальборо. Свита дожидалась его в условленном месте и привычно присоединилась к своему господину. Кавалькада двинулась в направлении замка герцога.

Тяжелые мысли вновь охватили Альберта. Возвращаться к беременной супруге совсем не хотелось.

Когда же он пропустил тот момент, когда его жена превратилась в фурию? Кэтрин просто стала невыносимой. В чем-то он понимал ее и сочувствовал, но между тем их брак был заключен именно на тех условиях, которые вдруг стали для нее неприемлемыми. Это так она заявила сегодня утром, ставя теперь свои условия и ограничения. Видимо, беременность придала ей неоправданную в глазах мужа смелость.

– Перечитай договор! – рявкнул герцог на требования Кэтрин, - Я знаю, что ты держишь его копию у себя в сундуке. Там дословно записаны все наши права и обязанности. Забыла? Может напомнить? Моя любовь, как и верность с моей стороны в условия брака не входили. В договоре было четко прописано про возможность второй жены, учитывая, что брак был политическим, а не по зову зверя. Ты это прекрасно знала, когда настаивала на этом браке! Забыла свои обещания и уверения?

– Тогда была совсем другая ситуация! – имеет наглость возражать герцогиня, - Сейчас я – беременная! Ты должен пойти мне на уступки! Просто обязан!

– Я не обязан перед тобой отчитываться в этом вопросе! – голос герцога звенит в ушах супруги, но она не отступает от задуманного.

– Ты должен прекратить свои отношения с этой легкомысленной девицей! – почти визжит Кэтрин, - Она даже не знает от кого беременная и кто отец ее ребенка!

– Почему не знает? – звереет герцог, - Весь белый свет знает, а ты, значит, сомневаешься в моем отцовстве?

– Альберт, дорогой! – голос герцогини вдруг становится спокойным и журчит, как ручей, - Ты же знаешь, как я люблю тебя! Ради твоего счастья я готова на многое и доказала делом свою преданность тебе, в отличие от многих. Прошу тебя, поверь мне еще один раз! Любовь моя! – герцогиня отдышалась для новой словесной атаки, - Давай будем называть вещи своими именами! Не разрушай наше семейное счастье ради какой – то третьесортной и низкопробной любовницы! Подумаешь, дочь барона! Таких легкодоступных девиц, как она полно на каждом углу! Ребенок этой продажной девки не имеет к тебе никакого отношения! Ха-ха! – смеясь, заливается слезами герцогиня, - Вспомни, в каком виде ее нашли и где!!!! На странном острове посреди никому неизвестного озера!!!! До него еще добраться надо! Откуда она узнала про это место? Почему же ее не подвергли строгому допросу, как должны были поступить с посетительницей запретного, а отпустили на все четыре стороны, да еще с почетом?
– герцогиня заламывает руки, искренне негодуя на мужа, - Я слышала страшные вещи про этот остров. Как ты мог не обратить внимания на такие обстоятельства? Простить ей такое? Ума не приложу!

– Это я ума не приложу, - передразнивает супругу герцог, - Откуда моя женушка, образчик добродетели, знает такие подробности?

– Аааа! Даже у стен есть уши! – возражает герцогиня, - Молва дошла и до меня. Правду не утаишь от людей. Наверное, кто – то из солдатни проболтался об увиденном безобразии, потрясенный твоим бездействием!

– Очень интересно, продолжай и дальше бесноваться, - не отступает герцог, - Теперь я вижу, до чего довела тебя ревность.

– И это ты называешь ревностью?
– голос Кэтрин вновь набирает высоту, - К кому ревновать? К девке, которая не смогла объяснить, где пропадала и с кем? Интересно, что она делала рядом с этим милым домиком, в котором, наверняка, проходили всякие оргии? Ты даже не спросил ее об этом? Она вертит тобой так, как хочет! Да, ты, тряпка в мерзких руках баронессы!

– Выбирай выражения, - в голосе герцога слышен металл, - Ты говоришь о матери моего ребенка!

– Какого ребенка, Альберт! – Кэтрин припадает к ногам супруга, - Очнись! Это я – мать твоего единственного законного ребенка! Эта девка словно околдовала тебя! Точно, околдовала. Теперь мне все ясно! Ее надо судить за применение колдовских чар! Возьми себя в руки, Альберт! Вместе мы преодолеем все! Я помогу тебе избавиться от наваждения! Я спасу тебя, любимый!

– Кэтрин, ты себя услышь со стороны, - уставшим голосом отвечает Альберт, отстраняясь от Кэтрин, - Какая из Джессики ведьма? Ягненок! Да, она ведьм никогда не видела!

– Самая настоящая! – уверяет герцогиня, - Говорят, что была у них ведьма в роду, а такое, милый, передается по наследству. Точно тебе говорю. Отравленная кровь! Как только она появилась в нашей жизни, то сразу стала разрушать нашу крепкую семью, а ведь у нас была образцовая семья! Вот тебе и еще один подтверждающий признак колдовства! Сейчас ты защищаешь ее, а не меня, свою беременную жену!

– Смею заметить, - ехидно ответил герцог, - Баронесса точно также беременна.

– Вот, видишь! – не унимается Кэтрин, - Ты ее вновь защищаешь! Сейчас будешь утверждать, что и ребенок твой!
– герцогиня всхлипывает, - Вот она, сила колдовского воздействия! Помнится мне, что баронесса говорила о неком Андрии, отце своего отродья! Кто он такой? Не знаешь? И я не знаю. Никто не знает. Среди приличных людей Андрий даже не значится! Откуда она его знает? Познакомилась на своем острове разврата и порока? А, может, вот к кому она бежала из замка, где о ней так заботились? Ягненок! Да, у нее лисья душа, но ты этого не видишь! Как ей удалось внушить тебе, что ребенок у нее от тебя? Перед тем, как она сбежала из замка, беременности у нее никакой не было! Все могут это подтвердить!

– Думай, о чем говоришь! – в очередной раз пытается остановить свою жену Альберт, - Оставь свои напрасные обвинения! Я – отец ее ребенка и это не обсуждается!

– Родную кровь, говоришь, чуешь? – с насмешкой спрашивает герцогиня, - А, может, это ребенок твоего братца? Тоже родная кровь. Помнится, он такие взгляды на нее бросал и шептался с ней о чем-то! Все видели, и я в том числе! Да, ты сам наблюдал за их свиданием. Какая наглость! Перед всеми и в доме, где ее, сиротку, приютили! Да, они на приеме прямо в зале чуть не накинулись друг на друга! Позорище! За твоей спиной успели встретиться, и… - герцогиня смеется, - Ловко она все провернула! Заблудился он в нашем гостеприимном замке! Как же! А ты, такой доверчивый! Привык к порядочным и честным женщинам, как я, а ведьма тебя, как птенчика, обвела. Своего бастарда хочет выгодно пристроить. Вот откуда тебе чуется родная кровь! Бастард брата тоже родня. Хитро! Она и братца твоего околдовала. Это уже пахнет покушением на корону и захват власти. Кутить роман с тобой, с повелителем и с неким Андрием одновременно!!!! Подумать только!!! Я же говорю, что ведьма. Только ведьма могла такое провернуть с оборотнями!

Альберт еле сдержался, чтоб не придушить Кэтрин за ее ядовитые слова.

– Только то, что ты ждешь ребенка, - холодно кинул он ей фразу, покидая кабинет, - Останавливает меня от применения наказания за клевету. Скажи спасибо своей беременности и придержи свое ядовитое жало.

Сцена в кабинете напоминала ему брань базарных торговок, а не разговор супругов знатного происхождения. Как это не похоже на Кэтрин. Видимо, герцогиня на пределе, раз совершает одну ошибку за другой.

Герцогине вовсе не надо было напоминать супругу о том злополучном приеме. Герцог прекрасно помнил о нем. Зачем он заставил Джессику пойти на торжество, когда она так не хотела присутствовать на нем? Напрасно не прислушался в просьбе баронессы.

Так хотел познакомить с повелителем, показать ему свою будущую вторую жену. Лучше не знакомил бы!

Мыслями Альберт перенесся в день приема. Встреча дорогого брата на границе города. Все, как было условлено заранее.

ПокаСтефан Теодор приводил в себя порядок после дороги, вся знать герцогства собралась в зале торжеств. Альберт вместе с герцогиней встретил повелителя на пороге зала. Первой кого представил герцог королю, была баронесса Джессика. Альберт, конечно, заметил взгляд, который бросил на леди Джессику Стефан Теодор, но в тот момент не придал ему никакого значения. Ах, как не заметить нежную красоту баронессы? Она достойна восхищения. Нежный цветочек, которым владел только герцог Кальборо.

Однако вскоре Альберт почувствовал необъяснимую тревогу, но попытался подавить это чувство в себе. Ревность? Возможно, хотя и глупо с его стороны. Все знают про его трепетное отношение к Джессике.

О чем же размышлял герцог на приеме, хотя старался отвлечься от навязчивых мыслей, чтоб быть сдержанным?

«Подумать только, я думаю не о коронованном братце, которому надо было уделять должное внимание, а о своей строптивой пленнице, - герцог еще раз оглядывал внимательным взглядом баронессу, - Надо отдать должное, что сегодня Джессика своей красотой затмила всех дам. Голубой цвет ей явно к лицу. Вон, как Кэтрин метает гневные взгляды и думает, что я не вижу ее раздражение. Ревнует.

Джессика на самом деле выглядела так, что другие померкли на фоне ее красоты.

Как можно быть одетой в плотные шелка, словно редкий экзотический цветок, который хочется сорвать и украсть. Укрыть от посторонних глаз в своем гнездышке, лишить всех защитных лепестков, и чтобы только ты был бы ее единственной защитой, чтоб только твою волю признавала над собой и жаждала только тебя.

Впрочем, с тех пор, как Джессика появилась в моей жизни, я уже давно никого не вижу. Только эту чаровницу. Так хочет мой зверь или я, а какая разница, если я одержим баронессой?»