Чтение онлайн

«Откуда только берется энергия у Кэтрин для того, чтобы столько выяснять отношения со мной? – поражался он новой стороне характера Кэтрин, - И не скажешь, что герцогиня».

Тяжелый запах крови был просто невыносим, и он вышел из спальни, оставив стонущую Кэтрин на попечении сиделок, повивальной бабки и знахарки. Столько персонала на одну больную, учитывая, что ее уже осмотрел целитель.

Герцог тоже переживал. Каждый из его еще не рожденных детей был для него долгожданным. Судьба или злой рок забрали одну из них. Он с Кэтрин потеряли дочь. Только недавно поражался невероятному факту беременности супруги, а теперь оплакивает потерю. Дочь.

– Почему меня сразу не оповестили о том, что у герцогини начались проблемы со здоровьем? – спросил герцог смотрителя личных покоев герцогини, - Надо было послать вестника за целителем! Открыть порталы. Не мне учить вас, как надо было поступать. Будет проведено расследование и определена степень вины каждого, кто находился при исполнении своих обязанностей. Почему ничего не было сделано, чтоб спасти беременность герцогини?

– После того, как Вы покинули замок, пообщавшись после завтрака в кабинете, - осмелился намекнуть на утренний семейный скандал смотритель, - Герцогиня велела накрыть стол для чаепития в саду. Затем она сообщила, что чашечка чая вызвала у нее изжогу и несварения желудка.

– Надеюсь, что чашку и ее содержимое изъяли, а прислугу задержали, – поинтересовался Кальборо, - До выяснения всех обстоятельств?

– Все проведено согласно инструкции, - чопорно сообщил смотритель, - От повара до подавальщиц и горничных.

– Что – нибудь выяснили? – сухо спросил герцог, - Нашлись интересные зацепки? Какие же были первые результаты допросов?

– Всем известно, это подтвердили целители и знахари, утренняя изжога на этом месяце деликатного положения герцогини, считается нормой, - оправдывался смотритель, - Герцогиня велела никого не беспокоить. Она не сообщила, что чувствует себя плохо и посчитала, что это просто утреннее недомогание и решила прогуляться с фрейлинами по саду. Затем поднялась в свою спальню и прилегла. Следуя приказу герцогини, почивать ей не мешали.

В кабинете наступила тишина.

– Затянувшейся сон герцогини решилась прервать леди Виктория, которая и обнаружила, что госпожа уже теряет ребенка. У герцогини всегда была возможность вызвать прислугу, но она ею не воспользовалась, - подчеркнул смотритель, - Со слов герцогини, проснувшись от боли, она немного растерялась и не сразу поняла серьезность своего положения.

– Девочка? – герцог посмотрел на смотрителя, который кивнул головой.

– Я сожалею, милорд, - смотритель от расстроенных чувств не знал что делать, - Мы ничем не смогли помочь герцогине. Было уже поздно.

– Я хочу видеть ребенка, - с хрипотой в голосе приказал герцог, - Подготовьте для моей дочери место в часовне и все соответствующие мероприятия.

– Господин, но срок беременности герцогини был несколько мал…, - намекает смотритель.

– Я все понимаю, но, этой дочери у меня уже больше не будет, - герцог вздыхает, - Просто выполняйте приказ.

Девочка была крохотной, и было видно, что у нее имелись врожденные дефекты развития. Под правым ребром у девочки образовались самые настоящие жабры. Цвет кожи у малышки был почему-то зеленый, а сама кожа шершавой на ощупь. Почему зеленый? Водяных и леших в роду оборотней не было, а по линии Кэтрин также никто не наследил. Обычный человек.

Альберт решил, что странный цвет кожи надо считать дефектом. Ему сразу стало ясно, что ребенок изначально был нежизнеспособным. Сказалась несовместимость его и жены. Никто в гибели ребенка не виноват. Прислугу надо отпустить.

Целитель согласился с мнением герцога. Он также указал еще на пару признаков, которые не заметил Альберт, доказывающих, что ребенок после рождения так и не задышал бы. Герцогу осталось только смириться с потерей ребенка.

Альберт каждый день по несколько раз заходил к герцогине, чтоб поинтересоваться ее здоровьем, а также дать понять, что она не одинока в своем горе и он тоже, как и она, в глубокой печали. Однако вместо слов поддержки он выслушивал упреки и обвинения, а также требования наказать баронессу за умышленное злодеяние.

– Ты и сейчас бегаешь к этой невоспитанной дикарке! – укоряет Кэтрин мужа, - Да, она кубок не может отличить от кувшина! О чем с ней можно разговаривать? А как она кушает? Ты это видел?

– Дикарка, говоришь? – вступается Альберт за баронессу, - Мне так не показалось. Она так ловко пользуется виляувкой и ножом во время обеда, что можно любоваться ею вечно.

– Вот ты сам увидел ее колдовство в действии, - уверяет герцогиня, - Кошмар! Я слышала про такое. Ножи и топоры двигаются сами. Вот и доказательство ее темной силы. Виляет, заметь, это не я сказала, а ты сам признался в этом, виляет своим хвостом перед тобой и колдует. Подумать только, она уже и хвост свой не скрывает от окружающих!

– Кэтрин, - Альберт давится от смеха, - Какая ты необразованная! Не знал об этом. У Джессики нет хвоста, как и у тебя. Она обычная женщина с этой точки зрения. Виляувка – это маленькие вилы, которыми очень удобно пользоваться во время обеда при нарезке мяса. Заморские купцы чего только не привозят за деньги, а ты напридумала тут целое колдовство. Какое невежество! Целая герцогиня!

– Конечно, теперь меня каждый может обидеть, - не унимается герцогиня, - Я так слаба от потери ребенка, а ты меня даже не пожалел. Рассказываешь мне тут, как мясо нужно кушать. У меня горе.

– Дорогая моя, - Альберт присел у кровати больной, - Я все понимаю. Сейчас главное, чтоб ты восстановила свое здоровье. Скажи, что мне для тебя сделать? Может, еще попросим других целителей осмотреть тебя?

– Кровь нашей дочери на руках баронессы, - зарыдала Кэтрин, - Не будет нам счастья, пока ее убийца спокойно разгуливает по нашей земле. Проклятая!

– Очнись, Кэтрин! – уже не выдерживал Альберт, - Я разговаривал с целителями. Никакая магия не погубила наше дите, - Кэтрин еще горше рыдала, - Мы просто не совместимы! Это было очевидно и раньше. Я всегда считал, что твоя беременность была из рода чудес.

– Неправда! – рыдала опять в ответ Кэтрин, - У нас еще с тобой будет второй шанс. Мы так молоды. Теперь я обязательно рожу тебе сына! Вот увидишь!

Целитель уже давно побывал у герцогини и полностью исцелил ее тело, но не душу.

– Возьми себя в руки, - требует Альберт, которому изрядно надоели театральные сцены с плачем и заламыванием рук, - Еще один такой разговор и ты отправишься в лечебницу при обители. Поверь, там умеют лечить такие душевные болезни, и не смей настраивать народ против Джессики, - Она не виновна в выкидыше.

– Как ты смеешь так называть нашу дочь! – герцогиня нашла новый повод для упреков, - А свою ведьму с ребенком будешь носить на руках! Я так этого не оставлю! Напишу королю! Обращусь к магистрам! Я требую провести расследование и судить ведьму. Баронесса Джессика, ведьма рода Де Ла Туш, должна сгореть на костре! Место ее в чистилище!

.

– Я еще раз повторяю, - голос Альберта звучит отстраненно, - Если продолжишь в таком духе наши разговоры, то отправишься сразу в лечебницу при обители.