Чтение онлайн

Потом он вспомнил, что в последнее время на пляже, далеко за городом, они загорали без купальных костюмов, поэтому все тело Стефани покрылось ровным загаром.

Вначале она противилась и не очень хотела плавать в океане и загорать на пляже обнаженной. Ее что-то сдерживало. Но Джон уговорил, и Стефани согласилась. А после она сама уже не могла без этой привычки.

Она тянула Джона на дальний пляж, они быстро раздевались, бежали к океану, долго плавали, а потом лежали на горячем песке. Все тело женщины покрывал ровный красивый загар.

Она выпрямила плечи, приподняла подбородок и тряхнула головой. Густые коричневые волосы хлестнули ее по щекам. Потом женщина наклонилась вперед, так что волосы закрыли ее лицо, натянула через голову полосатую блузку, села в низкое кресло, рядом с туалетным столиком напротив большого зеркала в широкой дубовой раме.

Отбросив с лица волосы, она зачесала их назад большим костяным гребнем и стала критически рассматривать свое отражение. Волосы вновь рассыпались по плечам.

Рассматривая себя в зеркало, она недовольно покачала головой. Потом быстро поднялась, натянула джинсы, подпоясалась, надела голубые туфли.

— Знаешь, я никогда не думала, что буду носить подобную обувь. Хотя, когда-то я уже носила вот такую простую одежду, — сказала Стефани, разглядывая свое отражение в зеркале.

— Носила? — как бы не веря, проговорил Джон.

— Ну да. Об этом я тебе расскажу. Это было после одного моего неудачного купания в реке, кишащей крокодилами.

— Ты купалась в реке, кишащей крокодилами?

— Да, Джон, правда, это было очень давно, и многое после тех событий изменилось.

— Расскажи, это очень интересно.

— Не думаю, что очень интересно, это, скорее, драматично… даже трагично. В общем, это страшно.

— Страшно?

— Да, это страшно.

— Понимаю… Я бы, например, ни за какие деньги не стал купаться в реке, где плавает хоть один крокодил.

— Естественно.

— Да, в городе их не часто встретишь.

— Вот, видишь, как здорово, — сказала Стефани, затягивая потуже пояс.

Джон, подперев голову рукой, любовался своей женой.

— Дорогой, мне ненадолго надо будет уйти.

— Куда это ты собралась?

— Но мы же с тобой договорились о сюрпризе?

— A-а, — как бы вспомнив, протянул Джон. — Да-да, конечно, я помню о сюрпризе.

— Вот поэтому я и решила заняться этим делом сейчас, не откладывая в долгий ящик.

— Ну что ж, отлично, — сказал Джон, — я тоже чем-нибудь займусь. А если хочешь, я пойду с тобой.

— Нет, я должна идти туда одна. Ведь речь идет о сюрпризе…

Стефани подошла к кровати, поцеловала Джона, а потом спустилась вниз. И он, подойдя к окошку, увидел, как она идет вверх по дороге, как развеваются на ветру ее пышные волосы.

— Три недели — огромный срок, достаточный для того, чтобы пересмотреть свои взгляды на жизнь. — Тот случай, когда убыток — приятный сюрприз. — Теперь по вечерам Стефани Харпер выглядит старше, а по ночам моложе. — Миссис Харпер мечтает превратиться в мальчика. — Дальний пляж. — Женщина на песке. — Вода в океане по-настоящему прогревается только сверху. — День нужно посвящать одним делам, а ночь — другим.

Полуденное солнце светило прямо в окно. В комнате становилось жарко. Джон умылся, оделся и пошел на берег. Надо было бы искупаться, но он слишком устал от любви и, пройдясь немного по пляжу и по ведущей к берегу, протоптанной по солончаковой траве тропинке, вернулся в порт и поднялся по крутому берегу в бар.

Там его ждала газета. Он заказал рюмку коньяку, чувствуя себя немного опустошенным после близости с женой.

Прошло всего лишь три недели, еще даже не прошел и месяц, как они поженились и наконец-то отправились в путешествие.

Лишь только речь зашла об отъезде, Стефани решила, что они будут жить, останавливаясь в разных городках на побережье. Жить в самых дорогих отелях, потом, наконец, Стефани пришла в голову идея отказаться от этой богатой жизни и путешествовать скромно.

Броситься и исчезнуть, чтобы о них все забыли и они забыли о всех. Наступило чудесное время, и Стефани с Джоном были по-настоящему счастливы. Раньше он даже и не подозревал, что можно настолько сильно любить женщину, любить настолько, что все остальное становится безразличным, просто несуществующим. Он даже забыл о своих занятиях живописью: это все как бы ушло от него, осталось где-то там.

Когда Джон женился, у него была масса проблем. Но здесь он забыл о них, совершенно не думал о работе. Он не думал ни о чем, кроме Стефани — женщины, которую любил, на которой был женат всего лишь три недели и с которой никогда не испытывал той отрезвляющей невыносимой ясности мысли, какая бывает сразу после близости.

Вообще, с ним никогда раньше ничего подобного не случалось. Теперь они любили друг друга, вместе ели и пили, а потом снова занимались любовью. Это была очень незатейливая жизнь, но другого счастья он по-настоящему никогда не хотел.

Правда, была работа. Работа, которой он мог отдаваться всецело. Джон надеялся, что Стефани так же хорошо. По крайней мере, он ничего не замечал. Не замечал чего-либо такого, что ее раздражало бы.

«И вот сегодня этот внезапный разговор о каких-то переменах… о каком-то сюрпризе… Правда, возможно, перемена будет к лучшему, а сюрприз окажется удачным».

Джон сидел на террасе и читал местную газету. Он не спеша делал маленькие глотки, и постепенно предстоящая перемена перестала его беспокоить. Сегодня он впервые за все время этого недолгого свадебного путешествия заказал себе крепкий напиток в ее отсутствие.

Впрочем, теперь же он не работал. А по его правилам пить было нельзя только до и во время работы. Хорошо было бы вновь начать рисовать. Но Джон знал, что это время придет очень скоро, что его вновь потянет к бумаге, к мольберту, краскам и кистям. А сейчас он решил не быть эгоистом и сделать так, чтобы Стефани ни о чем не думала.

Ему вообще не хотелось оставлять ее в одиночестве. Он, честно говоря, еще не знал, как она отнесется к его работе. Ведь ей, как Стефани объяснила, заниматься ничем не хотелось, ничем кроме отдыха и любви. И поэтому он выбросил мысли о работе из головы. Ведь для работы, особенно той, которой занимался Джон, нужна была ясная голова, нужно было, чтобы в душе дарило полное спокойствие и равновесие.