Ты голубям не дала клева,Мне не протягивала рукИ светлого жалела слова,Вечерний и жестокий друг.А я не клял, не ненавидел —Ведь знал, что надо мной гроза,И только в темной ночи виделЗакрытые твои глаза,Твои огромные ресницы…И я их не могу забыть,Как не сумел тебе присниться,А ты — мне верить и любить.
VII. «О, разве я раньше заметил…»
О, разве я раньше заметилЭто гладкое кольцо твоеИ что твой взгляд совсем не светел,Отвращая свое острие.Но потом кольцо проступилоИ так больно мне губы ожгло.Я думал — ты мне изменила,Когда в окне разбили стекло.Я начал сам запирать ставниИ спускать сторожевых собак,А было, — что ты любви давнейЗолотой на пальце носишь знак.Никто никаким наговоромНе затуманит твоих светлых глаз —Меня ты не сделала вором,В зимних зорях мне не отдалась.
VIII. «С тобою вверженный в зарю…»
С тобою вверженный в зарю— Пускай твое мне страшно имя —Своей рукой я разорюВсе, что построено твоими.Не надо сердца твоего! —Мы, жадные, себя лишь дразнимВозможностью отдать его,Истраченного по приязням.Ведь ты не скажешь мне: «Умри!»Уйдешь — и не застелешь горя.И только в имени МарииЛатинское мне слышно море.
IX. «Встревожена ты и бледна…»
Встревожена ты и бледна,Когда ложится снег снаружи,Или у светлого окнаОхотничьи я чищу ружья…Я губ твоих не получу —Ты на ночь запираешь двери;Опасливо идешь к ручью,Моим напутствиям не веря.Тебе ж воды не зачерпнешь:В руках моих ты видишь — зелье,И старый дом мой проклянешьТы накануне новоселья.
X. «Как встарь, луна ползет по кругу…»
Как встарь, луна ползет по кругу,И облако скользит по ней,Но увезли мою подругу —Я только слышал храп коней.Не позабылась, убегая,И не оставила огня.И эта комната — другая —Темна на сердце у меня.Заслышу скоро щебет птичий,Но без тебя, моя краса,Я иволог уже не скличуНа разные их голоса.Один лишь у меня в гортаниНадорванный уж голос мой, —Чтоб ты в чужом слыхала станеПроклятья вечерам зимой.
XI. «В родной русской деревне…»
В родной русской деревнеВсе птицы не как ты поют:Так суров лад их древний,И так холоден их приют.И не выводят трели,И серые перья у них. —Разве на них смотрели,В небе разве видели их?Но все родные птицыИз соломенного гнездаСтучат в окно — проститься,Когда холодеет вода.
XII. «Ты то звала меня, то пела…»
Ты то звала меня, то пела:«Я в вечер больше не приду».От этих снов кровать скрипелаИ яблонь в саду.Но скоро стала ночь сквозною,А в ней уже не видно снов,И нежилою новизноюМой дом утром нов.Лишь запах от духов зловещийДа снег примятый у плетня,И ни одной забытой вещиЗдесь, кроме меня.8 февраля 1915
СВЕТ ДВУХ СВЕЧЕЙ (Пг., 1915)
Свет двух свечей не гонит полумрака,Печаль моя — упорна и тупа.И песенку пою я Далайрака«Mon bien-aime, helas, ne reviens pas!»
М.Кузмин
Надпись на книге стихов
Не называй меня беспечным.Я знал, что девушку найтиМогу на каждом я путиНо я искал тебя — на Млечном.Тогда я мог еще подняться,Почти не напрягая крыл,Но облак небо перекрыл,И боле мне они не снятся.
Городская повесть
Георгию Иванову
1. Холостая песенка
Я слышу — вышеМеня — поют.Под самой крышейНашла приют.Бедно одета;Спускаясь вниз,Не ждет букетаОт Fleurs-de-Nice.И в ночь, и в слякотьИдет пешком. —Но ей ли плакать? —Всегда с дружком.И утром — солнцеИ песнь вдвоемВ ее оконце,Но не в моем.
2. Письмо
Не засинеть глазам, не вырастиВ озера, где почиет ночь. —Им, верно, не хватает сыростиЛукавых ваших уст. Ведь прочьК себе так рано вы уходите,Меня томя простым «прости»,И не даете нежной податиВ моих ресницах унести.Уходите… Немеют мускулы,И старится лицо на много лет…То злая ночь меня науськалаНа ваш неотвратимый след.
3. Ответ
На черных соснах проседьСребристых ив.Любить, а после — бросить,О, мой халиф.Я всех красивей междуМоих сестер,Но ты оставь надежду,Залей костер!Заждешься ты, и очень,Ко мне стучась:Давно твой час просрочен,Халиф на час.