Чтение онлайн

— Ты входишь в роскошный главный зал замка, — торжественно возвестил голос ПАЛа, но тут же тревожно сменил интонацию: — Но подожди… тебя обнаружили. Моргана вызвала элитную стражу, и они вооружены волшебными жезлами!

Я едва успел укрыться за ближайшей колонной, как с верхней галереи ударил сноп слепящего света. Колонну тряхнуло. Воздух наполнился грохотом и запахом раскаленного пластика. За голографическими фигурами магов со светящимися посохами явно скрывались стационарные охранные турели полигона, лупящие вполне реальными зарядами. Бой резко сменил темп. Никаких мечей и неспешного фехтования — начался жесткий огневой контакт. Я убрал пистолет и перехватил штурмовую винтовку, которую всё это время держал за спиной. Выглянув из-за каменного основания колонны, я дал короткую очередь по галерее справа. Голографический маг, вскинувший свой «жезл», мигнул и осыпался искрами, а огонь с его позиции мгновенно прекратился. Слева прилетело еще два заряда. Один прошел вскользь, второй ударил в пол совсем рядом, обдав меня волной жара и крошечными осколками покрытия. Личный щит жалобно загудел, едва справляясь с компенсацией взрывной волны.

Пригнувшись, я рванул к следующей статуе. Очередь наверх. Еще один готов. Я двигался перебежками, используя колонны и элементы интерьера как укрытия. Система полигона базы работала на поражение, но алгоритмы были явно ограничены искусственным интеллектом для соответствия живым противникам, чтобы давать «игроку», в данном случае, шанс на реакцию. Будь это настоящий боевой режим станции, автоматика разорвала бы меня еще на входе. Сняв «магов» на галереях, я на ходу сменил наполовину пустой магазин. Но передышки мне не дали. Из боковых арок, прямо сквозь иллюзорные гобелены, вывалилась новая волна — с десяток мечников вперемешку со магами.

— ПАЛ, у тебя совесть есть?! — крикнул я в пустоту, уходя перекатом за массивный стол. — Какая, к черту, Моргана, это уже полномасштабный штурм!

Ответом мне стал лишь свист плазменных разрядов. Воздух над головой буквально закипел, а мебель, скрытая за голограммой пиршественного стола, брызнула раскаленной крошкой. Пришлось срываться с места, петляя между колоннами и статуями, как заяц. Я носился по залу, огрызаясь короткими очередями на бегу, сбивая стрелков на галереях, и дважды пускал в ход нож, вспарывая силовые контуры мечников, которые умудрялись подобраться вплотную. Дыхание сбилось, пот заливал глаза, а щит мигал тревожным оранжевым светом, грозя вот-вот схлопнуться от перегрузки.

Я намотал по залу не один круг, выцеливая врагов из-за укрытий, прежде чем последняя фигура из этой волны осыпалась пикселями. Я привалился спиной к прохладному камню колонны, жадно хватая ртом воздух, но стоило мне высунуться, как в дальнем конце зала, прямо перед очередными вратами, материализовались еще трое. Эти проекции были в полтора раза крупнее остальных, а в их руках пульсировали красным светом массивные трубы.

— Да ты издеваешься… — только и успел выдохнуть я.

Над головой с воем пронеслись три заряда, разнеся вдребезги голограммы витражных окон. Реальные стены станции, скрытые за ними, выдержали, но грохот стоял оглушительный. Я упал на пол, чудом разминувшись с очередным залпом, который в щепки разнес остатки моего недавнего укрытия.

— Твою мать, да это уже ни разу не фэнтези! — прорычал я, вскакивая на ноги.

Оставаться на месте было самоубийством. Я бросился в открытый рывок по флангу, уходя с линии огня. Вскинув винтовку прямо на бегу, я зажал спуск до упора. Длинная, непрерывная очередь прошила всю троицу насквозь. Усиленные защитные контуры вспыхнули, жалобно затрещали и лопнули, не выдержав плотности шквального огня. Фигуры растворились в воздухе. В зале повисла звенящая тишина, прерываемая лишь моим тяжелым дыханием и натужным гудением перегретого щита. Я поднялся, отряхивая броню от пыли, проверил остаток патронов и направился к вратам в дальнем конце зала. За ними, от небольшой площадки, начинался каменный спиральный спуск, уводящий еще глубже под землю.

Когда в пиршественном зале на экране начали рваться ракеты, Элара инстинктивно отшатнулась от экрана. Звук, транслируемый в комнату, был настолько реалистичным и оглушительным, что ей казалось, будто ударные волны бьют её прямо в грудь. Элара с напряжением смотрела, как Кейн ныряет за укрытия, как голографические столы разлетаются от попаданий вполне реальных снарядов. Каждый раз, когда синее зарево его личного щита вспыхивало от близкого разрыва, её сердце пропускало удар. Она понимала, что ничем не может помочь. Бронедверь заперта, и судьба Кейна сейчас зависела только от его рефлексов и прочности брони. Когда последняя очередь из винтовки Кейна разорвала троицу врагов, а зал погрузился в тишину, Элара обессиленно привалилась к холодной стене. По её щеке скатилась капля пота.

— Он прошел, — голос ПАЛа снова стал мягким, в нем слышалось явная гордость. — Ни один стажер не проходил этот этап так быстро. Твой избранник — выдающийся воин, Принцесса.

— Если ты еще раз назовешь меня Принцессой, я найду способ сжечь твои серверы, — глухо, с трудом переводя дыхание, пообещала Элара.

ПАЛ лишь загадочно улыбнулся, указав рукой на экран, где Кейн уже начинал спуск в темноту.

На середине спуска лестница вывела на открытое пространство, образуя небольшую промежуточную комнатку. Здесь не было врагов, зато на каменном выступе, замаскированном под алтарь, лежали еще аптечки, а на скамейке сбоку еще один знакомый предмет — второй диктофон, замаскированный под книгу. Я подошел и привычно нажал кнопку воспроизведения.

— Итак, система Паладин показывает отличные результаты, — зазвучал всё тот же голос Арни, но теперь в нем слышалось явное воодушевление ученого. — Способность Пала реагировать на тактику стажёров, какой бы непредсказуемой она ни была, просто поразительна. Обучение его через совместные стратегические игры было гениальной идеей. Побочный эффект — аппетит Пала к играм стал ненасытным. Я скоро вернусь…

Он так и не вернулся. Я молча убрал второй артефакт в разгрузку и продолжил спуск. По мере продвижения декорации вокруг плавно менялись: ровная замковая кладка уступала место грубому, неотесанному камню, а пол под ногами начал имитировать неровности природной пещеры. Лестница закончилась, выведя меня в колоссальную пещеру. Иллюзия была настолько масштабной, что казалось, будто я нахожусь в недрах настоящей горы. Высокий свод терялся во мраке, а пространство поддерживали массивные сталагнаты и скальные колонны. В противоположном конце зала возвышалась глухая бронированная дверь — настоящий металл, не скрытый проекциями.

Голос ПАЛа загремел под сводами, многократно усиленный эхом:

— Моргана призывает дьявольские силы, чтобы победить своего заклятого врага сэра Арна. Ужасные силы, которые искажают и меняют её саму. Злая Моргана превратилась в дракона. Её огненное дыхание — это смерть. Её адамантиновая чешуя образует непробиваемую броню. Сможет ли сэр Арн найти слабое место у этого, казалось бы, непобедимого врага?

Прямо над бронедверью воздух замерцал, и из темноты соткалась гигантская, детализированная до каждой чешуйки голова дракона. Иллюзия распахнула зубастую пасть. В глубине голографической глотки блеснул настоящий металл скрытого орудия, и в мою сторону ударил ревущий поток самого настоящего, не виртуального пламени. Я едва успел прыгнуть за ближайшую каменную колонну. Волна нестерпимого жара прокатилась по пещере. Мой щит взвыл на предельной частоте, пытаясь отвести термический урон, дистикомб мгновенно получил усиленный заряд пота в свою систему переработки. Это был огнемёт, способный за секунду превратить человека в уголёк. Пока дракон поливал огнем пространство вокруг моего укрытия, начали появляться проекции стражников. ПАЛ не давал мне просто отсидеться в безопасности.

Высунувшись из-за колонны, я короткими очередями срезал двух атакующих ботов. Огненный шторм внезапно прекратился. Орудие станции, имитирующее дыхание зверя, ушло в режим принудительного охлаждения. Голограмма дракона задергалась, а на ее груди и шее ярко вспыхнули три круглые мишени — теплоотводы реальной установки. Вскинув винтовку я всадил пулю точно в центральную мишень. Раздался громкий металлический лязг.

— Моргана рычит от боли и ярости! — торжествующе объявил ПАЛ. — Твои атаки ослабили её.

Снова рев, и новая струя пламени заставила меня вжаться в камень. Из темноты вынырнули еще трое стражников. Одному я прострелил голову на подходе, второго пришлось встречать вплотную, отбивая удар призрачного меча и всаживая нож в грудь. Третьего я просто сбил с ног прикладом и добил в упор.

Огонь стих. Вторая мишень. Выстрел. Драконья пасть дернулась.

Третий цикл оказался самым жестким. ПАЛ бросил на меня сразу пятерых элитных стражей с усиленными щитами. Мне пришлось покинуть укрытие и носиться между колоннами, уворачиваясь от пламени и отстреливаясь на бегу. Щит практически сел, воздух обжигал легкие, а патроны в очередном, предпоследнем, магазине подходили к концу. Увернувшись от очередного взмаха меча, я проскользил по полу, поймал в прицел последнюю светящуюся точку на шее дракона и нажал на спуск. Раздался оглушительный взрыв. Проекция гигантского ящера исказилась, издала пронзительный цифровой визг и осыпалась мириадами гаснущих искр. В пещере повисла тишина, нарушаемая лишь шипением остывающих теплоотводов. Массивные замки на реальной бронедвери глухо щелкнули, и тяжелый металл медленно пополз в сторону.