Протокол «Изнанка»
Шрифт:
Она доходила им до колен.
Борис уперся своими титановыми руками в задний бампер «Мамонта».
Легион встал рядом.
— Раз… два… ВЗЯЛИ!
Два монстра (один механический, другой биологический) напряглись.
«Мамонт» скрипнул и пополз вперед.
— Давай! Еще!
Они толкали машину метров сто, пока колеса не зацепились за обломки ребер червя.
— Выбрались! — Вера дала газу.
Впереди забрезжил свет.
Выход из туннеля.
Но это был не дневной свет.
Это было багровое зарево.
Мы вылетели из пасти червя, проломив его зубы, и оказались на поверхности.
Пустошь.
Но она изменилась.
Раньше это была серая пустыня.
Теперь это был сад.
Красный, пульсирующий сад.
Земля была покрыта ковром из алых цветов, похожих на маки, но с глазами в центре бутонов. Деревья (мутировавшие остовы ЛЭП) были оплетены лианами, с которых капала кровь.
В небе висели не тучи, а живые облака из спор.
— Что это? — прошептал Волков, вылезая из своего лимузина (который чудом проехал). — Где мы?
— Мы дома у Лилит, — ответил я, перезаряжая пистолет. — Она не просто вторглась. Она терраформировала Пустошь под себя.
Впереди, на холме, стояла Она.
Лилит.
В своей истинной форме.
Гигантская, высотой с десятиэтажный дом, фигура, сотканная из теней и красного света. У неё было шесть рук и корона из рогов.
Вокруг неё стояла армия.
Тысячи «Детей». Мутанты всех форм и размеров.
Они ждали нас.
— ВЫ… ПРИШЛИ… — голос Лилит громом прокатился над равниной. — В МОЙ… САД.
— Мы пришли его прополоть, — я поднялся на крышу «Мамонта».
Рядом встали Анна, Борис и Легион.
Четыре всадника моего личного Апокалипсиса.
— Внимание всей колонне! — скомандовал я. — Боевое построение «Клин»! Танки — вперед! Рой — по флангам! Паладины — щит!
Я посмотрел на Лилит.
— Ты хотела войны, сука? Ты ее получишь.
Я поднял руку.
На моей ладони, прямо поверх Ожога Империи, загорелась новая метка.
Метка, которую я получил, когда соединил свою кровь с «Амброзией 2.0».
Знак Хаоса.
Я больше не был просто Бароном. Или Врачом.
Я был Королем Чумы.
— Огонь! — скомандовал я.
И Пустошь взорвалась.
Танковые орудия, магия Света, пулеметы Роя и ярость моих монстров слились в один удар.
В то мгновение, когда слово сорвалось с моих губ, мир, казалось, замер на долю секунды, чтобы сделать вдох перед прыжком в бездну. А затем тишина Пустоши была разорвана в клочья. Это был не просто звук выстрелов — это был физический удар, от которого дрогнула сама земная кора. Отдача танковых орудий «Титан» подняла в воздух тучи серого пепла, смешав его с черным дизельным выхлопом, создав мгновенную завесу, сквозь которую прорывались лишь ослепительные вспышки дульных пламен.
Я видел, как снаряды, похожие на раскаленные метеориты, чертили в фиолетовом сумраке дымные трассы, вгрызаясь в живую плоть армии Лилит. Звук разрывов слился в единый, непрерывный гул, напоминающий работу гигантского пресса, перемалывающего кости. Биомасса взрывалась фонтанами слизи и огня, ошметки хитина и плоти взлетали на десятки метров вверх, чтобы дождем осыпаться на наступающую технику.
Воздух мгновенно стал горячим и сухим, наполнившись металлическим привкусом крови и озона. Белые лучи магии Паладинов, разрезающие тьму, не просто жгли — они аннигилировали материю, оставляя после себя стерильную пустоту и запах грозы. К этому добавлялся низкий, утробный рокот пулеметов Роя, который звучал как ритмичная дробь по крышке гроба.
Стоя на броне, я чувствовал каждую вибрацию этого хаоса. Дрожь металла под ногами резонировала с пульсацией Семени в моей груди, создавая странную, пугающую гармонию. Мое новое восприятие позволяло видеть не просто взрывы, а потоки энергии — смерти и жизни, сплетающиеся в смертельный узел. Это была симфония разрушения, и я был её дирижером. Страха не было. Было лишь холодное, отстраненное наблюдение хирурга, который сделал первый разрез и теперь смотрел, как вскрывается гнойник размером с горизонт.
Мы шли на прорыв.
К «Объекту Ноль».
К финалу этой истории.
Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!
Глава 19
СОЮЗ МЕЧА И СКАЛЬПЕЛЯ
Карта города, разложенная на капоте джипа, была похожа на схему вскрытия пациента с множественными метастазами.
Красные зоны — очаги Гнили.
Синие зоны — затопленные районы.
Черные зоны — территории, где связь потеряна (читай: все мертвы).
И в центре этого хаоса — маленькое белое пятно. Руины Башни «Грифон», окруженные баррикадами. Наш последний оплот.
Вокруг карты стояли мы.
Я — в грязном плаще, с тесаком на поясе.
Анна — в изодранном белом мундире, с костяными хлыстами, убранными под плащ.
Волков — в бронежилете поверх костюма, с автоматом (который он держал как бокал с шампанским).
Шкипер — с механическим глазом, который жужжал, сканируя карту.
Зубов — директор завода, потный, толстый, но злой.
И Легион. Химера стоял за моим плечом, нависая над всеми, как статуя Смерти.
— Мы не пройдем по прямой, — Шкипер ткнул пальцем в карту. — Проспект перекрыт завалами. Мои разведчики докладывают, что там гнездо «Слизней». Если сунемся — завязнем.
— Мы не будем объезжать, — отрезал Зубов. — У меня тяжелая техника. Танки. Мы пройдем сквозь завалы.
— И потеряем половину ресурса двигателей, — возразил Волков. — Топлива мало. Заправки сожжены.
— У меня есть решение, — сказала Анна.
Она достала из кармана ампулу. В ней светилась зеленая жидкость.
— Это концентрат «Слезы Жизни». Если добавить его в топливо… эффективность двигателей вырастет в три раза.
— Ты хочешь залить магию в бензобаки? — я посмотрел на нее. — Движки не взорвутся?
— Они будут работать на износ. Но нам и нужно доехать только в один конец.
— Принято, — кивнул я. — Волков, организуй заправку. Анна, дай ему формулу.
Я посмотрел на карту.