Чтение онлайн

— Коллеги, — громко сказал магистр. — Прошу всех в конференц-зал. Срочная планерка.

Мы переглянулись. Отец пожал плечами и первым направился к выходу.

Конференц-зал оказался большой комнатой с длинным столом, стульями с продавленными сиденьями и доской, на которой мелом было написано расписание операций на неделю. Народу набралось человек пятнадцать — лекари в белых, зелёных и красных мантиях, несколько медсестёр, пара санитаров.

Магистр подождал, пока все рассядутся, и поднял руку, призывая к тишине.

— У меня для вас важная новость, — начал он. — Сегодня утром мы получили уведомление из Министерства здравоохранения. В нашей клинике появляется новый директор — по назначению от министерства.

По залу прошел шепоток. Магистр подождал, пока он стихнет, и продолжил:

— Это не совсем обычное назначение. Новый директор будет курировать не только административные вопросы, но и научно-исследовательскую работу. У него большой опыт в организации медицинских проектов, и министерство возлагает на него серьезные надежды.

Он сделал паузу, обводя взглядом присутствующих.

— Прошу любить и жаловать. Александр Петрович Воронов.

Дверь открылась, и вошел Александр.

На нем был безупречный темно-синий костюм, белая рубашка, дорогие часы на запястье. Он выглядел так, будто сошел с обложки делового журнала — свежий, отдохнувший, уверенный в себе. Ни следа от вчерашнего унижения, ни намека на мокрые лепестки роз в волосах.

Он прошел к трибуне, кивнул магистру, повернулся к залу. Его взгляд скользнул по лицам, задержался на мне на долю секунды — и двинулся дальше.

— Благодарю за теплый прием, — сказал он. Голос звучал ровно, уверенно, с легкими начальственными нотками. — Я рад быть здесь. Уверен, наша совместная работа принесет плоды.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает что-то горячее, едкое. Какого чёрта он здесь делает? Какого чёрта он явился сюда, в эту клинику, где я только начала новую жизнь? Что вообще происходит?

Александр продолжал говорить — про новые методики лечения, про оптимизацию рабочих процессов, про повышение эффективности.

Отец сидел рядом и тоже смотрел на Александра. Его лицо было непроницаемым, но я чувствовала, как напряглись его плечи. Глеб, стоявший у стены, перевел взгляд с Александра на меня и чуть заметно покачал головой — то ли предупреждая, то ли выражая солидарность.

Кристина сидела через два стула от меня, бледная, сжавшись в комок.

Александр говорил ещё несколько минут — о планах, о реформах, о повышении эффективности. Я не слушала. Я смотрела на него и пыталась понять, что происходит.

Александр Воронов, владелец крупнейшего частного медицинского холдинга, только что подписавший бумаги на развод, приходит работать директором в захудалую государственную клинику? Это не просто странно — это абсурдно.

Планерка закончилась. Люди начали расходиться, обсуждая новость. Я осталась сидеть, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение.

Ко мне подошёл отец.

— Вика, ты в порядке? — тихо спросил он. — Ты так побледнела.

— В порядке, — ответила я. — Пап, ты знал, что он придёт?

— Нет, — честно сказал отец. — Это было неожиданностью для всех. Даже для главного врача, судя по его лицу.

Я кивнула. Поднялась. Глеб уже стоял у двери, ожидая меня.

— Нам нужно поговорить, — тихо сказал он.

— Да, — ответила я. — Нужно.

Мы вышли в коридор. За нами, неслышно ступая, шла Кристина. Она догнала нас у лифта.

— Виктория Николаевна, — сказала она, — что происходит? Почему он здесь?

— Понятия не имею, — ответила я. — Но собираюсь выяснить.

Лифт открылся. Мы вошли вдвоем с Глебом. Двери закрылись, отсекая нас от остального мира.

— Это не совпадение, — сказал Глеб. — Слишком много совпадений за последние сутки.

— Знаю, — ответила я. — Знаю.

Мы вышли на седьмом этаже. Глеб направился в свой кабинет, жестом приглашая нас следовать за ним.

Кабинет оказался небольшим, но хорошо оборудованным. На стене висели схемы операций, на столе лежали кристаллы памяти. Пахло антисептиком и озоном.

Глеб закрыл дверь, повернулся ко мне.

— Ты в порядке?

— В полном, — ответила я. — Просто сбежала от сюжета, а он настиг меня здесь.

— Он не сможет тебе ничего сделать, — сказал Глеб. — Ты теперь не его жена. Ты свободна.

— Свободна, — повторила я, и слово показалось мне горьким. — Тогда почему я чувствую себя так, будто меня загнали в угол?

Глеб подошел к столу, сел на край, скрестив руки на груди.

— Я вот о чем думаю, — сказал он. — Почему главные герои этого романа следуют за тобой?

Я посмотрела на него.

— В каком смысле?

— В прямом. — Он чуть наклонил голову. — Александр, который должен был остаться в своем холдинге и наслаждаться жизнью, вдруг бросает всё и идет работать в государственную клинику. Кристина, которая должна была блистать в «Гиппократе», переводится сюда же, в эту дыру. Они оба здесь. Там, где ты.

— Ты думаешь, это я их притягиваю?

— Я не знаю, что думать, — ответил Глеб. — Но это странно. Ты не находишь?

Я провела рукой по волосам. Мысль была дикой, но в ней чувствовалась какая-то своя, кривая логика.

— Я не понимаю, — сказала я честно. — Я правда не понимаю, что происходит. Я думала, что если разрушу этот брак, если вырвусь из сюжета, то всё закончится. А оно только начинается.

Глеб молчал, глядя на меня.

— Что будешь делать? — спросил он наконец.

— Работать, — ответила я. — Учиться. Игнорировать его, насколько это возможно. А если он начнет гадить — отвечать.

— Это правильно.

Мы постояли еще немного. Потом Глеб оттолкнулся от стены.

— Идем. У нас сегодня первый урок. Обещаю, будет интересно.