Чтение онлайн

Барри пискнул:

— И потому ты позволил себе наплевать на наши запреты?!!

— Нет же! Я... грррах!

— Орен, — вздохнул Тимоти. — Оставь нас. Подожди снаружи, пока мы все обсудим.

Орен, закрывая за спиной двери зала, знал, что будет дальше. Барри уже угрожал несколько раз, когда Орен рассказывал молодежи истории. Те самые, что так яростно осуждал портной. Барри считал, что эти рассказы — порождение чересчур необузданной фантазии, что они развращают молодые умы, погружая их в вымышленные миры.

И теперь, не желая дожидаться официального изгнания, Орен пошел домой, собирать вещи.

Никто не видел, как он ушел. Собственно, так Орен и хотел. Старый, добрый шест в руки, смену одежды в мешок, кое-какую еду туда же, черкнуть пару слов сестре... Все. Орен отправился искать новый дом.

Ки-койот замедлил бег, увидев кое-что новое даже для Цитадели Метамор. Ручеек, бегущий прямо вдоль коридора. Именно ручеек, не подтекшая из умывальни или моечной вода. В углублении, вдоль серых плит пола, украшенный блестящими камушками, ракушками и черепками разбитых амфор.

Очень интересно.

Ки пробежался вдоль ручейка. Сначала по коридору, потом по лестнице, вдоль которой ручеек сбегал по уступам, маленькими водопадами. Потом еще чуть-чуть по коридору, где ручеек вдруг сворачивал, исчезая за стеной. Койот толкнул незнакомую дверь, как и всегда в Цитадели, сколоченную из тяжелых дубовых плах, с железными полосами поперек, потертую, побитую, словно она стояла здесь сотни лет. Хотя Ки мог бы поклясться, что еще вчера здесь была ровная стена. За ней, в комнате, ручеек вновь сбегал изящным каскадом в маленький внутренний пруд.

Пруд. В комнате. Еще интереснее.

Орен проснулся на ложе из влажной травы весь мокрый от обильной утренней росы. Вот совсем весь! Отсыревший плащ хоть выжимай. Штаны вообще, даже выжимать не надо, вода сама струйками стекает. Боты... слава богам, хоть внутри не хлюпает, зато пальцы во что-то уперлись и жутко болят. Да что там такое, спросонья подумал парень, машинально ослабляя кожаные ремешки и стягивая обувку. После чего несколько мгновений моргал, никак не понимая, что он видит. А видел он на месте ног пару лап с перепонками. Как у выдры. Большой выдры. Ростом с человека.

— О Учитель Эли! — простонал, наконец проснувшийся Орен. — Кажется, Нана была права. У меня проблемы! — он машинально провел когтями по усам-вибриссам, мрачно прижимая уши к голове. — Я думал, это будет вут! вут! голос... А что теперь? Как далеко зайдет мое изменение?

Он подцепил когтями в мешке пару шматков вяленой рыбы и начал отгрызать по кусочку.

Уже которую неделю Орен шел на север, постепенно отклоняясь к западу. Живя в маленькой деревеньке у южных отрогов пологих и достаточно выветрившихся от древности Сатморских гор, он часто слышал о красоте и величии Большого Барьерного хребта. И вот сейчас, сначала просто идя на север, потом вдоль опушки какого-то древнего и чудовищно густого леса, потом ориентируясь на показавшиеся вдали, действительно грандиозные вершины, вдоль заросших лесом холмов, постепенно становящихся все круче и круче...

В начале пути он еще заходил в попадавшиеся на пути селения. В иных, стоявших возле дорог, находился постоялый двор, в других обнаруживались, где добросердечная вдовушка, где не менее добросердечная бабушка, а то и молодка. Многим одиноким женщинам требуется умелая мужская рука на пару дней. Забор подправить, крышу подновить, стайку новую поставить. Или еще для чего. И вот теперь, когда Орен с трудом перебрался через действительно большую реку и любовался первыми приблизившимися настоящими вершинами, когда все следы людей постепенно исчезли, как будто выветрились...

И что теперь?

К полудню, когда солнце, решившее сегодня спрятаться за тучками, так и не выглянуло, а штаны принципиально не согласились высохнуть прямо на теле, Орен не выдержал этого хлюпающего и прилипающего к ногам «удовольствия» и стянул их.

Под штанами его ждал сюрприз. Вместо пусть и загорелой, но все равно белой кожи, под тканью оказался ровный слой шелковисто отблескивающего коричневого меха.

— О нет! Нет! Гррахх!

Пару недель спустя, все еще идя вдоль лесистых холмов, служивших основанием юго-западных отрогов Большого Барьерного хребта и пересекая многочисленные холоднющие речки, бегущие с гор, Орен с кривой усмешкой вспоминал тот день. Как ощупывал и осматривал себя, с ужасом обнаруживая незамечаемые до того изменения. Мех на теле. Когти вместо ногтей. Усы-вибриссы. Круглые, движущиеся уши. Морду, отразившуюся в стоячей воде заливчика той большой реки. И разумеется хвост.

Мда... хвост. Мощный, мускулистый хвост, с которым так удобно управляться под водой, и с которым столько проблем на суше! Начиная от походки, ее, кстати, пришлось вырабатывать практически заново, продолжая штанами. В них пришлось сделать дыру и пришивать завязки. Слава Эли, в вещах нашлись иголка и нитки! Дыра вышла... Мужская такая вышла дыра, признал Орен, рассматривая переделанное на коленке белье. Иначе говоря, кривая, косая и не по центру.

Впрочем, рубаха и штаны все равно вскоре отправились в мешок. Ходить в них было банально жарко, несмотря на регулярно дующий с гор более чем прохладный ветер. Теперь Орен путешествовал, оставив на теле только жилет, набедренную повязку, наручи, верный шест и иногда, по дождю, алый плащ. Принадлежность воина селения Дальние Хипоссы. Нет! Принадлежность бывшего воина селения Дальние Хипоссы. Ну, да может быть другая какая деревня или поселение захотят принять к себе малость необычного воина. Прямоходящего выдра-воина-и-когда-то-рассказчика...

В этот день Орен вышел к очередному озеру. Поболтал босыми ногами в прохладной, зовущей воде... и решил немного поплавать. Да так и проплавал до самого вечера, поужинав собственнолапно пойманной сырой рыбиной и, устроившись спать под корнями упавшего дерева.

Засыпая на голой земле, чуть ли не в норе, Орен чувствовал себя удивительно хорошо...

Впрочем, недолго. Посреди ночи его разбудил проливной ливень. Идти было некуда и Орен, засунув мешок с вещами поглубже в корни и прикрыв его плащом, сам нырнул в озеро, выставив только кончик носа.

— Странная комната, — сказал Брайан Коу, придворный целитель. — Вот, что это такое? Камин?

— Ну-у-у... — протянул Ки. — Вроде, похоже. Труба есть, место вроде как для огня...

— И насест, — хмыкнул енот-морф, заглянув вглубь «камина».

— Ой... — койот-морф нагнулся следом. — А я-то думал: что это за штука такая?

— Мда, — кивнул Коу. — У меня такое чувство, что у нас будет очень необычный гость.

Сегодня Орен дал волю новообретенным животным инстинктам. Собственно, ему пришлось это сделать уже не в первый раз. Запас вяленого мяса, рыбы и дорожных галет в его мешке не то чтобы подошел к концу, но ощутимо полегчал, а речки, озера и речушки попадались чуть не каждый день. Спрашивается, зачем есть ощутимо убывающий запас, если можно наловить вкусной рыбы? И съесть сырой... или испечь на костре... или все-таки сырой?