Пряные ночи
Шрифт:
Камар-аз-Заман в тот же миг поднялся и сделал, как велел ему садовник. Собрав меры, он положил в одну из них камень царевны Будур. Камар-аз-Заман подумал: «Достигнув Эбенового острова, я поеду оттуда в земли отца своего и спрошу про мою возлюбленную жену. Узнать бы, вернулась ли она домой или отправилась к моему отцу. Не случилась ли с ней какая-нибудь неприятность в дороге?» А потом он произнес:
«В душе любовь оставив, они скрылись, И земли тех, кого люблю, — далеко. Далек теперь и стан, и обитатель, Далека цель пути — нет больше цели. Ушли они — и с ними ушла стойкость, Покой меня оставил и терпенье. Уехали — и радость улетела, Исчез покой — и нет уж мне отрады, И слезы они пролили мои, расставшись, И льется из глаз обильно слеза в разлуке, И когда захочется мне их видеть, И долго мне придется ждать в волнении, То вызову вновь я в сердце своем их образ — И будут думы, страсть, тоска и горе».Камар-аз-Заман сидел, ожидая отъезда, и рассказал он садовнику историю с птицами, а старик этому очень удивился. После этого оба они легли спать, а наутро садовник заболел и провел в таком состоянии два дня. На третий день его недуг усилился, и Камар-аз-Заман сильно опечалился.
Вскоре пришел капитан корабля со своими матросами и попросил позвать садовника. Камар-аз-Заман сказал им, что тот болен, и капитан спросили: «Где тот юноша, который хочет ехать с нами на Эбеновые острова?» — «Он стоит сейчас пред вами», — отвечал Камар-аз-Заман. Тогда капитан велел матросам перенести на корабль все меры царевича. Затем он сказал юноше: «Поторопись, пока ветер хорош!» И тот отвечал: «Слушаю и повинуюсь!»
Царевич перенес на корабль мешок с едой и пищей и вернулся к садовнику, чтобы проститься с ним. Старик лежал при смерти. Камар-аз-Заман сел у него в изголовье, и тогда дух садовника расстался со своим телом. Юноша закрыл старику глаза, обрядил его и похоронил, а потом отправился на корабль. Только судно уже расправило паруса и отправилось в море. Камар-аз-Заман проводил его взглядом, пока оно не скрылось на горизонте. Он был ошеломлен и стоял в замешательстве, не зная, что сказать и что сделать. Затем царевич вернулся в сад и стал посыпать голову прахом и бить себя по лицу.
Через некоторое время Камар-аз-Заман пришел в себя. Он арендовал сад у его владельца и поставил себе под начало человека, который помогал ему поливать деревья. После этого царевич отправился к каменной плите, спустился в тайную комнату и сложил оставшееся золото в пятьдесят посудин, а сверху набросал маслин.
Затем он стал расспрашивать про судно, но ему сказали, что единственный в городе корабль отправляется в путь только раз в год, и волнение Камар-аз-Замана разыгралось с новой силой. Он опечалился из-за того, что с ним случилось, в особенности же из-за потери камня, принадлежавшего Ситт Будур. Царевич плакал днем и ночью и все время читал стихи.
Вот что было с Камар-аз-Заманом. Что же касается корабля, то шел он под попутным ветром до самых Эбеновых островов. В это время царица Будур сидела у окна, которое выходило на море, и увидела она приставший к берегу корабль. Сердце Будур затрепетало, и, сев верхом, вместе с эмирами, придворными и наместниками она отправилась на берег. Там уже шла разгрузка корабля и переноска товаров в кладовые.
Будур призвала капитана и спросила, что он привез с собою, а тот ответил: «О царь, у меня на корабле столько зелий, притираний, порошков, мазей, примочек, роскошных материй и йеменских ковров и прочих дорогих товаров, что снести их не в силах верблюды и мулы. Там есть всякие благовония: и перец, и какуллийское алоэ, и тамаринды, и воробьиные маслины, которые редко встречаются в этих землях».
Когда царица Будур услышала о воробьиных маслинах, ее сердце пожелало их, и она спросила владельца корабля: «Сколько с тобою маслин?» — «Со мною пятьдесят полных мер, — отвечал капитан, — но только их владелец не приехал с нами, и царь возьмет из них, сколько захочет». — «Вынесите их на сушу, чтобы я посмотрел на них», — сказала Будур.
Капитан крикнул матросам, и они вынесли эти пятьдесят мер. Будур открыла одну из них, увидела маслины и сказала: «Я возьму эти пятьдесят мер и дам вам их цену, какова бы она ни была». — «В наших землях этому товару нет цены, — отвечал капитан, — но тот, кто их собрал, отстал от нас, и он человек бедный». — «А какая им цена здесь?» — спросила Будур. И капитан отвечал: «Тысячу дирхемов». Тогда Будур сказала: «Я возьму их за тысячу дирхемов», — и велела перенести маслины во дворец.
Когда пришла ночь, она приказала принести одну меру и открыла ее (а в помещении не было никого, кроме нее и Хаят-ан-Нуфус). Потом она поставила перед собою поднос и перевернула над ним меру, и в поднос высыпалась кучка червонного золота. И Будур сказала госпоже Хаят-ан-Нуфус: «Ты видишь, это золото!» Она велела принести все меры и осмотрела их. Оказалось, что все они были наполнены золотом, а маслины служили для него лишь прикрытием.
Будур нашла в том золоте свой камень и узнала его. Она закричала от радости и упала без чувств, а очнувшись, сказала про себя: «Этот камень был причиной разлуки с моим возлюбленным Камар-аз-Заманом, но вот пришла благая весть!» И она сообщила Хаят-ан-Нуфус, что обнаруженный камень несет благую весть о встрече с любимым.
А когда настало утро, Будур села на престол и призвала капитана корабля. Тот, явившись, поцеловал землю у ног ее, и она спросила его: «Где ты оставил владельца этих маслин?» — «О великий царь, — отвечал капитан, — мы оставили его в стране магов. Он работает помощником у старого садовника». — «Если ты не привезешь его, то случатся с тобою и с твоим кораблем такие беды, о которых ты и не слыхивал», — сказала Будур.
Затем она повелела запечатать товары приезжих купцов и сказала: «Владелец этих маслин — мой должник, и, если вы его не приведете, я непременно перебью вас всех и разорю вашу торговлю». Тогда купцы обратились к капитану и пообещали, что наймут его корабль еще раз, если он привезет царю должника. И сказали он: «Поезжай и сделай все, чтобы избавить нас от этого своенравного злодея!»
Капитан взошел на корабль и распустил паруса. Аллах благоволил к нему, так что ночью он прибыл на остров и отправился в сад.
А что касается Камар-аз-Замана, то ночь показалась ему долгой. Царевич сидел, плакал и вспоминал свою возлюбленную. И он произнес такие слова:
«Вот ночь, когда звезды стоят неподвижно, И нет у нее силы, чтоб двинуться с места. И длятся часы, как весь день воскресенья, Для тех, кто рассвета в ту ночь выжидает».Капитан постучал в дверь к Камар-аз-Заману, и когда тот открыл и вышел к гостю, матросы схватили его и привели на корабль. Они распустили паруса, отправились в путь и ехали без остановок в течение дней и ночей. Камар-аз-Заман не знал, зачем его похитили, и он спросил об этом у капитана. Тот ответил ему: «Ты должник Варя, правителя Эбеновых островов и зятя царя Армануса. Ты украл у него деньги, о злосчастный!» И Камар-аз-Заман воскликнул: «Клянусь Аллахом, я в жизни не вступал в эти страны, я не знаю их!»
Когда корабль приблизился к Эбеновым островам, царевича привели к Ситт Будур. Та, увидев Камар-аз-Замана, сразу узнала его и сказала: «Пусть слуги отведут его в баню». Затем она отдала купцам их товары и наградила капитана великолепной одеждой, стоившей десять тысяч динаров.
В эту ночь она пришла в свои покои и рассказала обо всем Хаят-ан-Нуфус. Она попросила девушку: «Не открывай пока мою тайну, ибо я хочу сделать такое, о чем напишут в книгах и станут читать после нас царям и их подданным».