Чтение онлайн

• Новая философская энциклопедия. М., 2001; Спиркин А. Г. Философия. М., 1998; Хрусталев Ю. М. Философия. М., 2004; Человек, Цивилизация. Общество. М., 1992.

Влияние психических нарушений на протекание общения – существенное снижение продуктивности О. при возникновении отдельных симптомов психич. болезни (при большинстве психич. заболеваний происходит избирательное нарушение отдельных психич. функций, а не всего строя мышления и поведения). Наиболее тяжелые преграды в О. возникают при помрачении сознания, когда информация из окружающего мира становится недоступна больному или доставляется ему в искаженном, фантастическом виде. При нек-рых помрачениях сознания (напр., при делирии) возможно на короткое время привлечь внимание пациента, заставить его выполнить инструкции путем многократного повторения; в др. случаях (напр., при сумеречном помрачении) продуктивное О. невозможно вовсе до момента прекращения психоза, и от опасных поступков больного приходится удерживать силой. Невербальный компонент О. существенно страдает при заболеваниях, проявляющихся изменениями эмоциональной сферы. В частности для больных шизофренией характерна апатия, проявляющаяся бедностью мимики и монотонностью речи, а также амбивалентность, выражающаяся в противоречивости и алогичности эмоциональных реакций. Для расстройств личности, напротив, характерна чрезмерность эмоций, плохой контроль над ними, быстрая их смена (эмоциональная лабильность). Вербальный компонент О. часто изменяется при психич. заболеваниях в связи с изменением строя ассоциаций. В частности при депрессии происходит обеднение ассоциаций (замедление мышления), что выражается в односложных замечаниях и ответах. При мании, напротив, чрезмерная живость ассоциаций (ускорение мышления) ведет к повышенной отвлекаемости и мешает пациенту донести свои мысли до собеседника. Нарушения интеллекта (олигофрении и деменции) также выражаются в бедности речи и словарного запаса (олигофазия), а также мешают выделить в речи наиболее важные моменты, что приводит к излишней детализации (патологическая вязкость, обстоятельность). Стойкое нарушение мыслительного строя характерно для больных шизофренией, у к-рых с течением времени нарастает склонность к символическому мышлению, бессмысленному рассуждательству (резонерство), неожиданным логическим построениям (паралогическое мышление). В исходе болезни весь строй мышления разрушается и становится невозможно понять ни одной из предлагаемых пациентом фраз (разорванность). Нарушения мотивационной сферы могут существенно повлиять на стиль О. В частности, при мании отмечается повышение потребности в О., пациенты становятся навязчивы, неугомонны. При депрессии, напротив, временно утрачивается потребность в О., пациенты уединяются, бывают раздосадованы, если их заставляют принимать участие в О. Нарастающая замкнутость (аутизм) характерна также для больных шизофренией, в этом случае О. возможно при наличии инициативы со стороны окружающих, однако сам пациент не проявляет никакой активности в беседе и прекращает ее, как только собеседник становится источником неудобства или фрустрации. Совершенно уникальным расстройством при шизофрении является кататонический синдром, при к-ром О. становится часто невозможным из-за бессмысленного молчания (мутизм), стереотипного повторения своих мыслей (речевые стереотипии) или слов окружающих (эхолалия). Наконец, препятствием к О. может стать чрезмерная боязливость и тревожность, напр., для лиц с психастенией характерна выраженная потребность в О., но они не могут позволить себе свободный обмен мнениями из-за страха показаться неловкими или некомпетентными.

• Жариков Н. М., Тюльпин Ю. Г. Психиатрия. М., 2000.

Дезадаптация сексуальная (лат. de – приставка, означающая отмену, и adaptare – приспособлять) – обобщающий термин для обозначения грубых искажений сексуального стереотипа, ведущих к неудовлетворенности у одного или обоих партнеров или дисгармонии отношений между ними. Если Д. с. диссимулируется, т. е. скрывается одним из партнеров, используется понятие псевдоадаптации, при вынужденном использовании экзотических форм сексуальной активности можно говорить о параадаптации (напр., при серьезных садомазохистических программах и прочих отклоняющихся тенденциях). Для обозначения трудностей после длительных перерывов в сексуальных отношениях или возникших под давлением прежних стереотипов используется понятие реадаптации. Если оба партнера формально здоровы и проблемы сексуальной адаптации вызваны преим. психол. факторами (семейные и религ. традиции, недостаток внимания друг другу, конфликтные межличностные отношения или элементарное невежество) используется термин сексуальная дисгармония, а само сексуальное расстройство расценивается как мнимое.

• Клиническая психология. Словарь… М., 2006.

Деперсонализация (лат. de – приставка со значением отсутствия, уничтожения и persona – личность) – 1) тенденция индивида определять себя как представителя конкретной социальной категории; 2) в экзистенциальной психологии термин используется для характеристики чувства потери себя или личностной идентификации, не подразумевает патологии; 3) в психиатрии это эмоциональное расстройство, при к-ром отмечается потеря связи с действительностью, дереализация, сопровождаемая чувством отчужденности и нереальности переживаемого опыта. Для того чтобы в последнем случае подчеркнуть психопатологическое расстройство, используется термин невроз деперсонализации.

Д., как патологическое состояние, вызывается экзогенными либо эндогенными факторами. Возникновению Д. могут способствовать эмоциональное перенапряжение, органические поражения центральной нервной системы, интоксикации и т. д., а также психич. заболевания. Вероятность Д. в большой степени зависит от разл. особенностей личности (инфантилизм, шизоидная личность, склонность к постоянному самоанализу и т. д.). Деиндивидуация – состояние, находясь в к-ром человек теряет представление о самом себе как отдельной личности. При этом привычное для него О. с близкими нарушается. Дереализация – изменение восприятия человеком окружающей среды с ощущением того, что он каким-то образом потерял с ней контакт, потерял контакт с людьми (чувство нереальности происходящего). Д. обычно является составной частью деперсонализации. В отличие от галлюцинации при Д. может сохраняться адекватная оценка происходящего. В патологических случаях Д. наблюдается при нек-рых психич. заболеваниях (шизофрения, эпилепсия), сосудис тых заболеваниях, опухолях и травмах головного мозга и др., а также часто возникает при наркотических интоксикациях, передозировке нек-рых фармакологических препаратов (барбитураты) и т. д.

• Александровский Ю. А. Пограничные психические расстройства. М., 1993; Клиническая психология. Словарь… М., 2006; Ушаков Г. К. Пограничные нервно-психические расстройства. М.: 1987.

Деформации общения у больных алкоголизмом и наркоманиями. Злоупотребление психоактивными веществами (ПАВ), включая алкоголь, сопровождается деформациями О., к-рые зависят от длительности злоупотребления и имеют этапное прогрессирование (Бехтель, 1986). На 1-м этапе преобладает субъективное облегчение О.: создается иллюзия, что ПАВ улучшает эффективность взаимодействия, устраняет психол. задержки, нивелирует исходное эмоциональное состояние, делает О. эмоционально насыщенным. ПАВ здесь выступает как условие удовлетворения потребности в О. На 2-м этапе полноценное О. становится невозможным, трансформируется его процесс, вырабатывается стереотипная форма О. О. теряет свое качественное многообразие, разл. его формы и варианты начинают один за другим отпадать, уступая место одному, принятому данной личностью. На 3-м, заключительном, этапе потребность в О. угасает. Прием ПАВ из условия становится самостоятельным и даже доминирующим (смыслообразующим) мотивом поведения. Этому соответствует изменение круга О. Из взаимодействия выпадают лица, не употребляющие ПАВ, т. к. человек предпочитает общаться с теми людьми, чей внутр. мир наиболее близок его самосознанию.

В большинстве случаев злоупотребление алкоголем, наркотическими и токсическими средствами начинается в подростковом возрасте. Инициация этого злоупотребления связана с деформациями социальной перцепции в процессе О. с лицами, группой лиц (в т. ч. в семье, в к-рой имеются родственники, злоупотребляющие алкоголем, наркотиками), уже имеющих опыт употребления психоактивных веществ (ПАВ). У подростков, употребляющих наркотики, нарушается интерперсональное О. с отцом, матерью, О. в своей семье, деформируется отношение ко всем людям в целом (Буш, Каронна, Спратт, Бигби, 1998). При большой продолжительности алкогольной или наркотической зависимости больной подросток устанавливает эмоциональные отношения, связи не с др. людьми, а с неодушевленными предметами или явлениями. Эмоциональные отношения с людьми теряют для него свою значимость, становятся поверхностными; к глубоким положительным отношениям он уже не способен, поэтому избегает ситуаций, связанных с ними. Наркологический больной утрачивают способность ставить себя на место партнера, сопереживать ему, представлять, каким воспринимают его окружающие (нарушение идентификации, эмпатии, рефлексии) (Короленко, 1991). Уровень конфликтности повышается, распространяется на все сферы отношений. Круг лиц привычного О. все больше суживается и часто исчерпывается своей алкогольной или наркотической группой. Такой подросток склонен к сокращению дистанции межличностного О. с наиболее значимыми для себя представителями микросоциальной среды (Сирота, 2001).

Как подростки, так и взрослые люди, злоупотребляющие наркотическими веществами, в О. склонны использовать методы самозащиты, к-рые дают им возможность «не замечать» существующих проблем. При «отрицании» они ведут себя так, как будто проблемы не существует, и отрицают тот факт, что употребление наркотиков вышло из-под их контроля. В тех случаях, если даже злоупотребление наркотиками и признается проблемой, то его важность недооценивается, поскольку находятся разл. оправдания. Люди, злоупотребляющие алкоголем, наркотиками, используют специфичный сленг, с помощью к-рого они «кодируют» запрещенные предметы, вещества, активности и отношения, связанные с алкоголизацией, наркотизацией.

• Жариков Н. М., Тюльпин Ю. Г. Психиатрия. М., 2000; Менделевич В. Д. Наркозависимость и коморбидные расстройства поведения. М., 2003.

Зависимое поведение – разновидность девиантного поведения, характеризующееся непреодолимой подчиненностью собственных интересов интересам др. личности или группы, чрезмерной и длительной фиксацией внимания на опр. видах деятельности или предметах, становящихся сверхценными, снижением или нарушением способности контролировать свою вовлеченность в какую-либо деятельность, а также невозможностью быть самостоятельным и свободным в выборе поведения. Считается, что в структуре каждой зависимости можно отметить признаки увеличения толерантности, прогрессирующее забвение альтернативных интересов, продолжение З. п. несмотря на его очевидные вредные последствия.

Спорным остается вопрос о связи З. п. с наличием черт зависимой личности. З. п. может формироваться на базе аддиктивного, патохарактерологического и психопатологического типов девиантного поведения. В настоящее время отсутствуют общепризнанные критерии диагностики З. п. и дифференциальной диагностики патологических и непатологических форм зависимостей. Можно предполагать, что основой дифференциации является не количественные, но качественные признаки. К признакам патологического З. п. можно отнести наличие эпизодов измененных состояний сознания при реализации зависимости, непреодолимость зависимости, невозможность противостоять стремлению его реализовать, стереотипизация поведения и «синдром отмены».

• Жариков Н. М., Тюльпин Ю. Г. Психиатрия. М., 2000; Клиническая психология. Словарь… М., 2006; Менделевич В. Д. Психология зависимой личности. Казань, 2002; Он же. Клиническая и медицинская психология. М., 2005.

Логоневроз (синоним – невроз речи; от гр. – слово, речь, – нерв) – невротическая форма заикания, при к-рой у человека нет стабильно труднопроизносимых звукосочетаний, а заикание проявляется исключительно в сложных для него ситуациях общения. При этом заикание определяется как нарушение темпа, ритма и плавности речи, обусловленное судорожным состоянием мышц речевого аппарата. Недугом нарушения речевой коммуникации в форме логоневроза страдает 2,5–3 % населения. Осн. симптом заикания – судороги мышц речевого аппарата. Речевые судороги возникают только в момент речи или при попытке начать говорить и выражаются в непроизвольном сокращении мышц речевого аппарата. До настоящего времени в литературе нет единой т. зр. на то, почему дети начинают заикаться. Но практически все исследователи выделяют ряд факторов, имеющих значение при появлении заикания: 1) Опр. возраст ребенка. Обычно первые признаки заикания появляются в возрасте 2–6 лет – именно в этом возрасте речевая система находится в стадии интенсивного развития и поэтому является избирательно чувствительной к влиянию вредоносных факторов. 2) Состояние центральной нервной системы ребенка. У нек-рой части заикающихся в работе головного мозга отмечаются серьезные недостатки. Как правило, они являются следствием внутриутробных, родовых и ранних послеродовых заболеваний и травм центральной нервной системы. Речь заикающихся может быть то совсем нормальной, то вдруг наступает резкое ухудшение, к-рое можно связать с эмоциональным напряжением, утомлением или заболеванием ребенка. 3) Индивидуальные особенности речевого развития. Большое значение в появлении заикания имеет темп речевого развития, – интенсивное развитие фразовой речи в 3,5–4,5 года может способствовать появлению заикания. Кроме того, активное введение в О. второго языка в 1,5–2,5 года, когда ребенок еще в силу возрастных особенностей не овладел в достаточной степени родным языком, связано с большим психич. напряжением. Для нек-рых детей это безусловно патогенный фактор. 4) Наличие психич. травматизации. Отмечено, что именно вскоре после перенесения острой психич. травмы или на фоне хронических конфликтных ситуаций у детей, имеющих опр. особенности нервной системы, могут появиться запинки судорожного характера. 5) Генетический фактор. По-видимому, по наследству передается опр. неполноценность слабость центральных речевых механизмов, к-рые повышенно подвержены воздействию факторов риска. Генетическая предиспозиция проявляется только при наличии дополнительного патологического вредного воздействия. 6) Пол ребенка. По данным разных авторов, у мальчиков заикание встречается в 2–4 раза чаще, чем у девочек. Механизм этого явления до конца не ясен. Исследователи отмечают среди мальчиков и больший процент левшества. Нек-рые авторы рассматривают левшей как группу риска в плане возникновения заикания.

У большинства логоневроз проявляется во многих ситуациях, к-рые именно для них являются сложными. Оценка степени тяжести логоневроза складывается из 2 показателей: 1) числа ситуаций в к-рых человек заикается, 2) силы проявления логоневроза. В совр. исследованиях заикание предстает, прежде всего, как нарушение системы О., приводящее к изменениям личности заикающегося. Пациенты с логоневрозом обычно характеризуются след. личностно-поведенческими особенностями: заниженной самооценкой, пассивно-оборонительным поведением, изменениями в когнитивной сфере (искаженное представление о себе как субъекте О., объяснение своих коммуникативных проблем из факта наличия заикания, а не личностных особенностей), неверием в возможность излечения. Ю. Б. Некрасова, ссылаясь на данные В. С. Ротенберга и Г. Аммона, подчеркивает, что в наиболее тяжелых случаях недуга эти изменения ведут к утрате чувственного контакта с людьми, интегрированности с миром и отказу от поисковой активности, что ставит проблему восстановления нарушенного О. через глубинное преобразование личности. Процесс восстановления предполагает перестройку личности из «больной», неуверенной в себе, коммуникативно ограниченной – в здоровую, наделенную новыми чертами, позволяющими ей стать коммуникабельной, социально активной. В то же время многие специалисты отмечают, что большинство пациентов (а) быстро прекращают занятия с логопедом, с возрастом все более адаптируясь к своему дефекту, или же (б) стремятся переложить на плечи своего лечащего врача и личные проблемы, связывая их с их заиканием. Как отмечают в своем исследовании английские психотерапевты L. Rustin и A. Kurn (1992), имеются пациенты, уверенные в своей невосприимчивости к лечению, а также такие, кто использует речевой дефект и как средство защиты, и как средство нападения – с целью обидеть др. человека. Рассматривая заикание в связи с нарушением О. в целом, и весь цикл лечебного перевоспитания также можно рассматривать как модель процесса социореабилитации в целом.