Чтение онлайн

Я видела, как капли дождя стекают по его лицу, по его куртке, но он просто ждал. И в этой простой позе не было и капли того Лекса, которого я знала. Любопытство взяло вверх, сжав зубы, я сделала несколько шагов и юркнула в салон, он быстро закрыл дверь. В салоне пахло дорогой кожей и его парфюмом. Он сел за руль и мы поехали, в машине была гробовая тишина.

— Спасибо, — тихо сказала я, глядя в окно.

Он довез меня до дома.

— Можешь не выходить, я сама, — и уже взялась за ручку.

Он снова кивнул.

Дома я упала на кровать, мое тело дрожало, но уже не от дождя и холода. Внутри все переворачивалось, он снова помог мне. Без условий и требований, без злорадства.

Кто ты, Лекс? И что мне теперь с этим делать?

Раздевалка после тренировки гудела, как пчелиный улей. Парни громко обсуждали вчерашнюю вечеринку, планировали новую. Я молча растирал полотенцем мокрые волосы, слушая этот привычный шум. Я был своим в этом стаде, лидером, но сегодня каждое слово резало по нервам.

— Лекс, братан, значит так, в пятницу, — начал Витя, усевшись на лавке рядом.

Я поднял руку, останавливая его. Тишина в раздевалке наступила мгновенно. Все ждали, что я скажу.

Я медленно опустил полотенце. Мое лицо было серьезным, но спокойным. Внутри все замирало от ожидания признания.

— Спор окончен, — сказал я так, чтобы все услышали.

Витя ухмыльнулся.

— Что, уже сдалась принцесса? Я знал, что ее надолго не хватит, где она? Уже пишет заявление? Катер жаль только, но ты же будешь давать мне кататься?

Я посмотрел на него. Не свысока, как обычно, а прямо в глаза.

— Нет, сдался я.

Только что улыбка на лице Вити застыла. Даже те, кто не был посвящен в подробности нашего спора, затихли.

— Ты что? — не понял Витя.

— Я сказал, я проиграл, — повторил я. Мой голос был ровным и четким, без тени сарказма или злобы. — Она не уйдет. И …— я сделал паузу, переводя взгляд с одного недоуменного взгляда на другой, — и я больше не хочу, чтобы она уходила.

Кто-то даже присвистнул от изумления.

— Ты не хочешь? — Витя встал, его лицо покраснело. — Лекс, ты в своем уме? Мы же пари заключили! Твой мерс и мой катер. Ты забыл?

— Нет, не забыл, — я порылся в спортивной сумке, доставая оттуда ключи, и протянул Вите. — Они твои, я проиграл.

Витя не брал. Он смотрел на ключи, как на что-то дикое.

— Ты отдаешь свою тачку из-за этой?

— Заканчивай, — мой голос стал стальным. — Еще одно слово о ней, и мы с тобой будем говорить по-другому, понял? И это касается всех, — я обвел взглядом помещение. — Лиза Светлова больше не тема для обсуждений. Не для шуток, не для сплетен. Тронете ее, будут последствия. И на этот раз я говорю это не играя.

Я вложил ключи в онемевшую руку Вити. Действие было настолько нереальным, что никто не мог что-либо сказать в ответ. Я проиграл, я только что отдал свою любимую игрушку. Я готов был защищать ту, которую еще недавно хотел уничтожить.

Я молча дособирал вещи, взял сумку и направился к выходу. Остановившись у двери, сказал не оборачиваясь.

— Она сильнее всех нас вместе взятых. Я только недавно это понял.

И вышел. Дверь захлопнулась за мной, оставив в раздевалке толпу растерянных взглядов.

Вечера в академии были моим священным времяпровождением. Пустой зал, тишина, нарушаемая лишь поскрипыванием паркета под ногами, и моим собственным дыханием. Я делала самые простые упражнения у станка, как вдруг дверь скрипнула. Я обернулась, надеясь увидеть уборщицу, но в дверях стоял он. Лекс.

Сердце провалилось куда-то в пятки, а затем забилось с бешенной силой. Он был в простых спортивных штанах и футболке, с тем же нерешительным выражением лица, что и тогда у машины под дождем.

— Чего тебе? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Я подумал, — начал он, сжав кулаки, — что ты учишься ходить заново, а я никогда не умел этого делать.

— Делать чего? — не поняла я.

— Этого, — он кивнул на станок.

Он подошел ближе, но не слишком, соблюдая дистанцию.

— Научи меня.

Я смотрела на него ошеломленная.

— Научить тебя танцевать? Ты с ума сошел?

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Возможно, покажи мне что-то простое, чему учат маленьких детей.

Это было так абсурдно и так нелепо, что у меня вырвался короткий смешок. Не знаю, что на меня нашло — шок, любопытство или безумие, которое витало возле него. Я кивнула.

— Хорошо, но только не смейся.

Я показала ему первое положение ног. Он попытался скопировать, и это было самое нелепое и комичное зрелище, какое я когда-либо видела. Его ноги, привыкшие к мощным толчкам в бассейне, отказывались быть вывернутыми. Он казался неуклюжим медведем. Но он не злился, не психовал, и не бросал. Он смотрел на свои ноги с таким недоумением, что я не выдержала и громко рассмеялась. И он улыбнулся в ответ. Самой простой и искренней улыбкой!

— Я ведь не умею, — пробормотал он.

— Это еще мягко сказано. — Я подошла ближе. — Колени ровно, пятки вместе.

Я поправила его стойку, легонько толкнув его ногу носком своей. Он позволил. Он стоял смирно и слушался. Я не могла в это поверить. Алекс Волков, отбитый на голову студент, покорно выполнял мои команды, кому скажу, не поверят.

Мы провели так минут пятнадцать. Он пытался повторять за мной плие, а я не могла перестать смеяться. Наконец, он отступил от станка.

— С меня хватит, это нереально, пытка просто.

— Это искусство, — поправила я.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— За что? За то, что смеялась над тобой?

— За то, что позволила попробовать.

Он кивнул мне на прощание и оставил одну с эхом нашего смеха. Я еще минут десять стояла у станка, пытаясь привести свои мысли в порядок. Когда я, наконец, собрала вещи и вышла на улицу, было уже достаточно темно. И тут я увидела его машину. Лекс вышел и подошел ко мне.

— Лиза, — позвал он тихо.

— Ты еще здесь?

— Хотел убедиться, что доберешься нормально, и, мне нужно тебе кое— что сказать. Поехали, пожалуйста.