Чтение онлайн

Это мой единственный шанс спасти Брайар.

Я сверкаю взглядом на Гейла.

— Какого чёрта это связано с чем-либо?

Они смотрят друг на друга и делят невысказанную тишину, от которой мой желудок слабеет. Они уже просмотрели её?

Джон берёт свой ноутбук со стойки, вставляет флешку и кладёт его мне на колени. Я выжидающе смотрю на него, ожидая ответа.

— Прости, сэр. Будет лучше, если ты просто посмотришь это, — торжественно говорит Джон, сжимая челюсть, затем отводит взгляд и кивает остальным, чтобы они вышли из комнаты.

Я жду, пока слышу щелчок двери, и затем смотрю на кнопку «воиспроизвести» на чёрном экране. Я не думал, что то, что на ней, будет иметь отношение к Брайар. Я думал, у неё был только код для открытия папки на ней.

Проглотив комок в горле, я нажимаю «воиспроизвести».

В кадр входит мужчина. Мне требуется мгновение, чтобы узнать его.

Арнольд? Я щурюсь на экран, когда Арнольд садится и сцепляет пальцы перед собой.

Он выглядит уставшим и избитым до состояния фарша. Порезы по всему лицу, глубокие синяки на руках.

— Хлоя. Я знаю, ты удивляешься, почему я оставил эту ферму тебе. Потому что я думаю, что ты единственный человек, который может разорвать связи между преступным миром и Бэйн-Фолс. Ты умная и быстро соображаешь. Я знаю, ты думаешь, что любишь Каллума, но он так или иначе избавится от тебя раньше или позже. — Он издаёт долгий вздох и качает головой, закусывая губу от волнения.

— Возможно, я всё испортил для тебя. Возможно, я дал им знать, что это я организовал ту ночь, когда вы встретились с Каллумом. Клянусь, я не думал, что у вас двоих всё зайдёт так далеко. Я целился в интрижку на одну ночь, чтобы выудить из него информацию. Мне не следовало устанавливать прослушку в твоей квартире, и мне никогда не следовало впутывать тебя в это…Я знаю, тогда ты не знала об этом, но сейчас ты наверняка знаешь, если всё ещё жива и нашла этот диск. Я облажался, и они вышли на меня. Всё, что я нашёл о них, я запер в безымянной папке на этом диске. Используй код, который я однажды тебе сказал. Если забыла — вспомнишь. А если нет — уничтожь этот диск. — Он ругается и проводит руками по волосам. — Я не выживу здесь намного дольше. Они идут за мной. Хлоя, я знаю, ты найдёшь это. Отнеси это мистеру Холланду. Ты можешь ему доверять.

Арнольд секунду смотрит в камеру, будто хочет сказать больше, но передумывает. Он выключает камеру, и запись прерывается.

Хлоя?

Он говорил не о… Но это должен был быть он.

Моё тело реагирует непосредственно — сердце бешено колотится, дыхание сбивается. Моему разуму требуется секунда, чтобы соединить всё воедино, потому что я так отчаянно не хочу в это верить.

Она солгала мне.

Её даже зовут не Брайар. Она предаст тебя, как Найла. Если она лжёт о своём имени, она может лгать о чём угодно.

— Только не снова, — шепчу я и вдавливаю ладони в глаза. — Только не снова. Только не снова. — Мой голос срывается, когда я сворачиваюсь калачиком. Я не могу позволить ей подвергать опасности мой отряд, а она уже сделала это прошлой ночью.

Она работала с Грэмом, чтобы отравить меня? Мои глаза расширяются. Она знает, что я не стал бы задавать вопросов, если бы это шло от неё. Желчь подступает к моему горлу, и меня сейчас вырвет.

Это больно. Это так, блять, больно. Почему я впустил её? Почему я думал, что она другая? Я такой, блять, глупый.

Мои руки дрожат, и у меня возникает непреодолимое желание причинить себе боль. Я достаю свой складной нож и отказываюсь от порошка, вдавливаю лезвие в тыльную сторону ладони и провожу неровную линию по коже. Как только горячая жидкость вырывается наружу и заливает меня, я устало выдыхаю.

Я должен избавиться от неё.

Если бы только она послушалась меня в ту первую ночь.

Глава 30

Брайар

Мои руки и запястья болят. Почему холод так сильно причиняет боль? Больше всего страдают пальцы рук и ног, и я никогда так сильно не дрожала, как сейчас.

Я думаю о миллионе вещей, кроме своей ситуации. Роман не может мне не поверить. Он спустится сюда, увидит, что я замёрзла, и обнимет меня. Мы примем горячий душ, и тогда я смогу отдохнуть.

Отдых. Тепло. Роман. Я повторяю эти три слова снова и снова.

Часы тянутся, и ледяной холод проникает глубже в мои кости. Но я не теряю надежды. Я не потеряю веру в Романа. Сколько времени прошло? Интересно. Ферма полностью уничтожена? Надеюсь, Джон передал записку, которую я нашла. Может, они собираются пойти туда и захватить Каллума без меня. Я стараюсь занять свой разум как можно больше. Но мне так холодно.

Роман обнимет меня.

Он обнимет.

Он обнимет.

— Хлоя?

Я вздрагиваю от своего имени, и тревога разрывает меня на части. Роман смотрит на меня сверху вниз самыми преданными глазами. Боль вспыхивает в них, прежде чем он сжимает челюсть, и всё доброе и мягкое, что я полюбила в нём, гаснет от одного пронзительного взгляда.

Он смотрит на меня как на заключённую.

Я даже не могу подобрать слов. Почему я не сказала ему своё настоящее имя? Из всего, что могло стать последней каплей в его доверии. Конечно, это моё имя.

— Роман. Я не делала этого. Я не знала, что пиво было наркотиком. — Пытаюсь объяснить я, но его лицо остаётся бесстрастным. — Пожалуйста. Роман, ты знаешь меня. Я бы не сделала этого… Пожалуйста. — Опускаться до мольбы — это для меня новый уровень падения. Это похоже на груду камней в моём животе.

— Хлоя, — снова говорит он. Тускло. Без гнева или эмоций. Его челюсть напряжена, он игнорирует моё дрожащее тело. — Ты встретишься с Каллумом, как планировалось, сегодня ночью. Мы подготовим тебя за пять минут до выхода.

— Роман? Роман, подожди!

Он захлопывает за собой металлическую дверь, и она издаёт ужасный, глухой звук.

Я смотрю на то место, где мои руки. Слишком темно, чтобы хоть что-то увидеть, но я так разочарована в себе. Почему это происходит? Я скрежещу зубами и опускаю голову.

Я плачу, пока у меня не остаётся слёз. Неизвестно, сколько времени прошло к тому моменту, когда я засыпаю у трубы, к которой привязана.

Достаточно долго, чтобы меня разбудили приступы голода и усиливающийся холод, из-за которого трудно двигать конечностями.

Он не поверил мне.

Ему даже не было дела до того, что я хочу сказать.

Темно хоть глаз выколи, но я вижу все разбитые части своего сердца, как будто держу их в ладонях. Я не уверена, что смогу собрать себя заново во второй раз. Не после Каллума. Не после Романа.

Джон забирает меня из помещения с водонагревателем.

На нём тканевая маска, закрывающая большую часть лица, видны только глаза и брови. Маленький клочок его светлых волос виднеется из-под края маски на лбу.