Чтение онлайн

Она точно знала: что-то должно случиться или уже случилось - не с нею, но имеющее самое непосредственное отношение к ней. И дождалась... В одном из многочисленных киосков она увидела вечерний выпуск газеты, специализирующейся на криминальных новостях. На первой её полосе была помещена фотография человека с гипсово застывшим лицом. Человек мертво завалился на какую-то оградку...

Настя положила газету в сумочку...

На Париж опускался вечер, и Кэтрин предложила пойти на Монмартр, который днем дремлет, а по вечерам там кипит бурная жизнь.

Она объяснила:

– Монмартр оживает ближе к полуночи. И там можно получить все удовольствия, были бы деньги.

– Какие удовольствия, к примеру?
– поинтересовалась Настя.

Они заняли столик небольшого открытого кафе, обрамленного красивым цветником. Таких кафе здесь было несколько: пяток столиков, небольшой прикрытый навесом бар с вертящимися стульями у стойки, из которого к столикам на открытой площадке выныривали за заказами и с заказами молодые официанты.

Между столиками ходили с корзиночками цветочницы. Сезон фиалок закончился, но здесь их предлагали - выращивали в теплицах специально. Ибо что за Монмартр без фиалок? За примитивными мольбертами на складных стульчиках сидели художники. Иным из них позировали туристки, и художники изображали творческий экстаз: поворачивали дам так и эдак, просили чуть склонить головку, шире открыть глазки - словом, отрабатывали свои франки, ибо в конечном итоге их "творения" лишь отдаленно походили на оригиналы. Шустрые фотографы, не спрашивая разрешения, сверкали блицами и почти силой навязывали фотографии. Тут и там стояли стайки девиц в профессиональной "одежке" - коротеньких шортиках. И скучали за столиками молодые мужчины маленькая бутылочка кока-колы или стакан пива, сигарета и... ожидание в глазах. Шла бойкая торговля сувенирами, и ещё какими-то штуками, назначение которых Настя не знала. И везде бродили группки оживленных, бойких туристов, перекрикивающихся друг с другом, громко обменивающихся впечатлениями.

Монмартр - пристанище художников и будущих гениев, остался в прошлом, сейчас это был всего лишь пятачок парижской земли, возвышающийся над огромным городом, и славный своими легендами.

– Так какие удовольствия здесь можно получить?
– переспросила Настя у Кэтрин.

– Можно сидеть за столиком и любоваться Парижем и Момартром. Здесь ты в безопасности, обитатели этого чуда-квартала сами строго следят за порядком, иначе сюда не будут ходить и значит не будет заработка. Гомиков здесь мало, они гужуются в других местах. Зато девицы на все вкусы и возрасты. от несовершеннолетних, которые охотно покажут документы, что им уже за двадцать, до дам, которые скромно продемонстрируют фотографии своих любимых детишек. Что кто любит: иные - птенцов, другие - уютных домашних женщин.

– Сколько?

– Сколько стоит? Цены разные: от семидесяти франков за час. Сутенеры знают цены - вон видишь, возле девочек стоят плечистые ребята, следят, чтобы их малюток не обижали. Здесь ведь свои порядки и все стараются их соблюдать, иначе будет, как говорите вы, русские, беспредел.

Кэтрин со знанием дела объяснила, что мужчины могут здесь снять одну девицу на двоих - это будет дешевле, чем каждому брать по самочке, но дороже, чем одному - одну. Мужики вполне могут взять и двух-трех только для себя, но это дорого. Наконец, есть свои запреты: на некоторые виды извращений - таких "любителей" сутенеры вполне могут искалечить. Аванс вперед. За очень дорогую "штучку" - вся плата вперед.

Настя прикинула, что примерно такой же порядок расчетов действует и в Москве, на Тверской. Но там все это делается грубо и пошло, девчонки осенью и зимой месят грязный снег пополам с водой, летом глотают пыль и смрад, их крикливые "мамки" смахивают на мегер из коммуналок. Да и сами девчонки общипанные курочки... Здесь же над всем витал изящный французский дух, это была действительно "сфера" остреньких интимных услуг.

Настя спросила:

– Интересно, а сутенеры спят со своими девицами?

– Наверное, - пожала плечами Кэтрин.
– Товар принадлежит им, как захотят, так и распорядятся.

Настю сжигало нетерпение - в сумочке у неё лежала газета с фотографией убитого Строева. Она выжидала момент, чтобы попросить Кэтрин перевести, что там написано. И еще, при мысли, что Строев убит, у неё темнело в глазах. Она ведь не знала этого, нового Строева в клетчатом пиджаке, он вспоминался ей молодым, красивым и удачливым. "Воткни в меня поглубже, Строев! кричала она в восторге в квартирке, которую Он ей дал.
– Глубже, ещё глубже!"

– Хочу выпить, - сказала Настя.
– Кэтрин, закажи коньяк. Спишешь на представительские расходы.

Но Настя только погрела ладошкой рюмку, выпить коньяк не смогла боялась, что расплачется, в сумочке лежала газета с фотографией безжизненно завалившегося на оградку Строева.

Она сказала Кэтрин:

– На сегодня все. Заезжай завтра в отель за мной к десяти. До обеда поработаем в отделении, с планом издания книг и с другими документами. Обедать... Обед устроим торжественный. Ты, я, Мишель Кушкин, Нина, Артем, Лисняковский. Пригласи своих сотрудников - пусть для всех маленький праздник. И обязательно должен быть господин Жак Роше. Мне есть что ему сказать. Обед за мой счет. Позаботься, чтобы он был французским: типичный ресторанчик, кухня, обслуживание. Мои люди должны его запомнить, Бог весть когда они ещё попадут в Париж. Билеты забронированы?

– Да. На завтрашний вечерний рейс.

Настя внимательно осмотрелась - за соседними столиками было пусто, ночь диктовала свои законы и Монмартру. Она достала из сумочки газету: пришло время узнать, как это случилось. Она уже была готова к этому.

– Переведи мне, пожалуйста, Кэтрин.

Ничего не понимающая Кэтрин бегло перевела: "Сегодня на рассвете на авеню маршала Фоша был обнаружен труп неизвестного. Его убили профессионально - единственным ударом кинжала в сердце. Документов у неизвестного не было. Полиция теряется в догадках..."

Настя показала жестом - достаточно. Ибо дальше шли обычные словеса цвет костюма, рубашки, особые приметы и так далее.

– Кэтрин, у тебя по-прежнему приятельские отношения с тем журналистом, который писал... Ну ты догадываешься о ком...

– Да, Настя, он очень высоко оценил мою услугу, в редакции ему даже повысили оклад.

– Слушай меня внимательно, девочка... Повстречайся с ним завтра рано утром, чтобы новость попала в первые выпуски газет. Скажи ему: убитый на фотографии, - Настя понизила голос до шепота, - бывший полковник КГБ Олег Строев. Его разыскивали с двух сторон: ФСБ, которую он предал, и русская мафия, которой он задолжал...

Кэтрин изумленно уставилась на Настю:

– Ты... Мы... Откуда ты такое знаешь? Да ты понимаешь, чем это пахнет?

– Кэтрин, пусть твой журналист ссылается на совершенно конфиденциальные источники информации. И пусть он не нервничает и не трусит: в случае необходимости в Москве подтвердят, что на фотографии именно Строев. И особенно печалиться о нем не будут...

– Настя, я боюсь даже подумать...

– Правильно, ни о чем и не думай. И молчи, как комсомолка на допросе...

– Как это?

– Ах, да, у вас мыслят по-другому. Скажем так: как участница сопротивления на допросе в гестапо. Я могу тебе верить?

– Конечно, Настя. Ты - мой босс и моя подруга. Тебе не стоит об этом беспокоиться. Лучше отдохни, советую тебе. А, может, нужен врач?

– Не надо, - отказалась Настя.
– Мне, действительно требуется просто отдохнуть, загнала себя.

...У себя в номере гостиницы Настя достала рюмку, налила стопку водки, поставила её на газету с фотографией убитого Строева.