Чтение онлайн

– Итак, - произнес Вождь.
– Волею Святого Престола и силою Ордена воздаяния я принимаю вас на службу Святому христианскому Риму. С этого момента и до тех пор, пока Рим не отвергнет вашу службу или смерть не освободит вас от нее. Если у кого-либо из вас есть возражения - говорите сейчас или молчите до оговоренного срока.

Сия торжественная речь была произнесена настолько будничным тоном, что Флавий не сразу понял, что в данный момент решается его ближайшее будущее. Шагает ли он вместе с Римом — или идет своей собственной дорогой. Правда, на нее еще нужно выбраться из цепких лап Ордена, а это ой как непросто…

– Рэм Флавий Александр, ты с нами?

Вождь спросил — «ты с нами?». Очевидно, себя он давно уже не отделяет от Рима, да и в решении Флавия не сомневается. И потом… этот человек странен, опасен и, похоже, даже фанатичен. Но он продавил уничтожение глав Обсерватории, как только доказал их заговор. Правда, он же вырезал половину племени ангола, не особо разбираясь — кто там нгулу и нгуомба, а кто просто мирный пахарь…

Такой человек никогда не будет по-дружески близок, но и врагом просто так не станет.

– Да, я с вами.

– Гизада Арбан-Адан аль Саджах?

Девушка пожала плечами.

– Мне абсолютно безразличен Рим и ты лично, но куда Флавий — туда и я. Думаю, ты и сам уже понял.

Глава Ордена кивнул. Спорить с чужими чувствами он не мог и не хотел.

– Наконец, ты, Мариус Рыдой, - обернулся Вождь к трансильванцу.
– До этого момента ты был просто круд на службе у Рима. Сейчас тебе решать — или до конца с Римом, какую бы судьбу Престол не определил твоему народу, или…

Пауза после «или» заставила вампира напрячься. Вождь молчал с полминуты, потом понизил голос и закончил:

– Или тебе придется остаться дорогим гостем в Ордене на все время нашей экспедиции, а может быть, и дольше. Извини, но твой народ никогда не станет для нас любезным соседом.

– С-спасибо з-за откровенность. Я с-с вами.

– Ну вот и отлично, - Вождь встал с места и хлопнул в ладоши.
– Вам троим два дня на подготовку и экипировку. Время дорого, кровь льется ежеминутно.

Гиза и Мариус взошли на корабль, когда последний луч солнца скрылся за линией горизонта. Сразу стало легче дышать, исчезла давящая сила, прижимающая нгулу к земле каждый день. Флавий развязал и снял с глаз белую повязку. Круд, никогда еще до этого не видевший глаз римлянина, на мгновение замешкался на сходнях.

– Не все упырям пугать людей, - усмехнулся Флавий.
– Надо кому-то пугать их самих.

– Я не испугался, - с достоинством ответил Мариус.
– Наоборот, поразился чистоте хрусталя и оттенком свечения… Очень красиво, в самом деле.

– Спасибо скажи подземному демону.

– Когда увижу — непременно скажу, - улыбнулся вампир.

Клыки у него были вполне человеческие.

Флавий хлопнул нечисть по плечу и спровадил в кубрик. Пора уже было отплывать. Оставшаяся на палубе арабеска покосилась в сторону Мариуса.

– Ничего не показалось странным?

– В чем?
– не понял Флавий.

– В нашем кровососущем друге.

– Э-э-э… Он не без чувства прекрасного, - чуть подумав, определил римлянин.

– И без дефектов речи, наблюдательный ты мой.

Гиза похлопала по плечу теперь уже самого Флавия, и соскользнула внутрь судна. Оставшемуся наверху нгулу оставалось лишь гадать, почему же он не заметил этого сам и сразу?

Корвет «Лучезарный» вышел в Гостеприимное море через неделю после отплытия из Рима. Можно было и быстрее, но шкипер настоял на остановках на Мальте, Крите и в Трое. Таким образом, у путешественников всегда была в избытке пресная вода, вкусная еда и топливо для паровой машины. В отличие от Обсерватории, Орден Воздаяния совершенно не стеснялся в средствах, и сейчас у Флавия не только были все возможные верительные бумаги, но и приличный финансовый запас: как в золотых монетах, так и в новомодных казначейских билетах Святого христианского Рима. Последние охотно принимали в портах, а золото могло пригодиться в дальних краях Валахии и Трансильвании.

– Командор, вас просит капитан!

Белозубая улыбка маленького юнги-мавра, сверкнула в дверном проеме и тут же исчезла, как только парень убедился, что Флавий встал с места.

Флавий поднялся на палубу. Кроме капитана ди Градаци туда уже высыпала добрая половина экипажа и даже Мариус Рыдой. Флавий подошел к круду.

– Что случилось? — спросил римлянин.

Мариус пальцем показал на водную гладь, почти по курсу корабля.

– Что-то в в-воде. К-капитан дал к-команду «ч-человек за б-бортом».

Флавий присмотрелся в указанном направлении. Очень мешала повязка на глазах, но снимать ее в присутствии половины экипажа римлянин не рискнул.

– Похоже…, - промычал командир экспедиции.
– Только утопленников нам не хватало.

– Он ж-жив.

Вампир произнес это уверенно, словно до точки на воде и не оставалось с полмили.

– Извините, к-командор, но живых от м-мертвых мы отличаем с-сразу, и расстояние н-не играет роли.

– Ну да, конечно… Да, капитан?

Флавий повернулся к шкиперу. Ди Градаци уже стерпелся с умением своего начальника через повязку на глазах видеть мир лучше самого зоркого впередсмотрящего.

– Командор, согласно древней морской традиции мы не можем пройти мимо…

– Конечно, капитан, - прервал того Флавий.
– Разумеется, мы поднимем на борт жертву кораблекрушения. Тем более, что она еще жива.

Жертва кораблекрушения была не только жива, но и вполне в сознании. Стоило морякам доставить ее на борт и замотать в теплый плед, жертва тут же на идеальной латыни поинтересовалась, кому она может выразить признательность в спасении. Матросы посмотрели на своего капитана, капитан — на командора, а тому ничего не оставалось, как выйти из задних рядов и представиться.

– Рэм Флавий Александр, старший трибун армии Рима, сейчас на службе Ордена Воздаяния.

– Марика Кудаева, Игоря дочь. Подданная Ордынской Руси. Ученый.

Правильнее, конечно, было сказать «ученая». Если вообще возможно применить это слово к молоденькой, дай бог разменявшей третий десяток лет девушке.

Подобно всем своим сородичам, Марика сочетала в себе одновременно черты славянских северных племен — и булгаро-татарских кочевых. Светлые вьющиеся волосы, завитые в косу, и белую кожу, характерную для славян, дополняли угольно черные, чуть раскосые глаза и полные, азиатского типа губы. Флавий не находил девицу красавицей (в присутствии Гизы об этом вообще лучше и не думать), но она была мила, держалась с достоинством и вообще производила приятное впечатление. Знание латыни добавляло баллов учтивости и учености юной даме. Хотя миниатюрным своим телосложением - росту хорошо если пять футов!
– русская походила не на даму, а на совсем юную девчонку.