Путешествие в Древний Китай
Шрифт:
***
Повторное признание и предложение господина Фана Бай Юн принял без восторга, но вполне доброжелательно. Его условиями для заключения брака стали: согласие родителей Фана, отдельный дом, отсутствие наложниц и разрешение для Ниу заниматься делом, к которому она проявит склонность.
– И главное – люби ее, Фан Юйшенг, как и обещал! Её и моих племянников. Прими их как своих. Тогда я согласен. А до той поры – не дави на сестру.
***
Мужчины уехали после дня рождения Бай Юна, увозя обещание присмотреть за делами младшего Бая, отправить письмо и подарок Тайре Хироюки (варяжский кинжал Ниу отдала с некоторым сожалением, но лучшего знака внимания и благодарности придумать не смогла) и подготовить все для бракосочетания.
На общем собрании было решено выдать появление детей у когда-то «отправленной в монастырь для поправки здоровья» девицы Бай легендой о невероятном спасении ею некоего молодого иноземного купца, встреченного сестрой Юна по дороге в обитель. Впечатленный ее умениями и красотой, спасенный впоследствие женился на ней, они прожили несколько лет в его доме, однако, богам было угодно послать госпоже Бай новое испытание – она овдовела и, не желая оставаться на чужбине, вернулась в Великую Сун.
Эту легенду Ниу предложила как рабочую – подробности она скрывать не стала, заранее предупредив партнера и будущего мужа, что поймет, если они откажутся. Но оба мужчины сочли такой вариант наиболее реалистичным, а Фан так и вовсе заявил, что подтвердит ее документально, благо, возможности у него были. Этот момент примирил Бай Юна с новоявленным зятем окончательно.
Часть третья, Глава 6
Брат и сестра остались в домике у моря, а бывшие гости занялись исполнением договоренностей в Шаосине.
Первым делом в Ямато отправили Ма Тао, гордого оказанным доверием и довольного возможностью исполнить важную миссию (помимо желания посетить островную империю, разумеется). Знакомый капитан заверил господина Фана, что присмотрит за юным моряком и проследит, чтобы тот ничего не напортачил. Так и случилось: Ма Тао выполнил задание, увидел самурая, Сэтоши и новую страну, вернулся благополучно, привез катану и васидзаси для Ниу, бонсай – для Ливея и Юна и пожелания счастливого брака – для Фана.
– Расстроился дядька – пожаловался Ма Тао госпоже, – сильно, но сдержался. Мы много говорили о Вас, он как-то сам догадался, честно! Жена у него маленькая такая, неприметная, хоть и разодета в шелка, но Сэтоши сказал, что у них хорошие отношения и нормальный, по тамошним меркам, брак. Второй сын родился недавно, Хироюки управляется с кланом. Так что, живут.
Ниу тоже расстроилась, но не из-за женитьбы самурая, а из-за того, что не смогли они увидиться лично и неизвестно, будет ли такая возможность у них в будущем. О Тайре Хироюки Ниу всегда думала с уважением, восхищением, теплотой и нежностью, как …о старшем друге или…отце, но ни разу – как о мужчине. Почему? Да кто ж его знает! Переданному устами Чжао признанию самурая она не то, чтобы не удивилась (было у неё время проанализировать их отношения), она его приняла – и всё. Не было ни радости, ни вины, ни сожалений… Но – глубокая благодарность за то, что он был в их с Юном жизни.
Дом самурая она приняла с искренней признательностью и всегда останавливалась там, когда приходилось жить в столице, бережно заботясь о каждой мелочи и требуя того же от членов семьи. Так она выражала почтение бывшему владельцу и благодарила его за участие в своей судьбе. Детям тоже нравился особняк японца, особенно каменный сад и фурако. Фан Юйшенг привычно ревновал, когда замечал, как она ухаживает за садом, офуро, матия или составляет икэбану для «ниши красоты», но тут же успокаивался, стоило Ниу его поцеловать.
***
Удивительно, но решение сына жениться на вдове с двумя детьми родители второго молодого господина Фана приняли на редкость благодушно, и против этого союза выступать не стали. Намерение сына зажить отдельно тоже сопротивления не встретило, поэтому Фан-шаое к лету приобрел и обставил особняк недалеко от дома Бай, чем порадовал и собственного сына.
– Папа, наконец-то я смогу не видеть каждый день братьев и сестер! Такие шумные и глупые дети! А правда, что мачеха знает боевые искусства? Это она научила Пу И метать дротики и вертеть нунчаки? Здорово! Ни у кого нет такой матери, только у меня! А когда они приедут?
Фан Юйшенг слушал щебетание взволнованного новостью наследника, и на душе у него было покойно и светло. Он был уверен – его семья будет счастливой.
***
Близнецам исполнился год, аренда дома (продленная на полгода) подошла к концу, и Ниу с детьми (Бай Юн прочно вошел в ее сознании в эту категорию, и даже подозревал об этом) отправились по морю обратно в Ханчжоу. Парочка малышей перенесла плавание не в пример лучше, чем их большой дядя, всю дорогу страдавший от морской болезни и удивлявшийся, как это в прошлый раз ему удалось её не заметить.
– Нет, я не понимаю, как можно желать плавать по таким волнам? Ма Тао, ты сумасшедший! – вяло лепетал похудевший Бай Юн, на что довольный как слон новоиспеченный матрос только улыбался. Море стало его первой и единственной любовью. Поэтому именно он прибыл в Фучжоу забирать семью Бай вместе с женихом госпожи.
***
Прибытие долгожданной барышни Бай отмечали с размахом: петардами и пиром, многочисленными гостями, слезами и смехом.
Дзин плакала, не переставая обнимать Ниу и целуя расплакавшихся от внимания толпы и грома петард близнецов, Гао Ронг и Пу И смахнули скупые мужские слезы и, пожав руку Юну, пробормотали:
– Бай Юн, ты счастливчик! Сестра вернулась, у тебя теперь есть племянники и настоящая семья! Наконец ты снова станешь улыбаться!
Си Ян примчался на рикше, бросив клиента, безошибочно нашел Ниу и кинулся обнимать ее, не видя реакции окружающих.
– Госпожа, госпожа, – причитал слепой экстрасенс, – я верил, что ты обязательно вернешься целой и невредимой! С тобой все в порядке, я чувствую! Теперь у всех все будет в порядке! Вот увидите!
Пан Шен и Сяо Ву тоже поспешили в дом Бай, тоже обнимали Ниу и радовались за Юна. Не было только Суиин, которая вышла замуж за Пу И и была беременна, поэтому сидела дома. Брат девушки не смог противостоять ее воле и дал согласие самостоятельной сестре на брак с бывшим рабом и инвалидом. Молодые жили с ним, и чиновник и писатель Дай признал, что замужество сестры – удачный ход, а Пу И, хоть и однорукий, но сильный, добрый и любящий мужчина со стабильным доходом и уважаемый мастер.
Дом Баев, наполненный непривычным шумом и радостью, вместе с гостями праздновал начало новой жизни и надеялся на процветание и благополучие для всех его обитателей.
***
Свадьба Ниу и господина Фана по требованию невесты была предельно скромной. Родители жениха, познакомившись с выбором сына, остались в недоумении и растерянности, но вмешиваться в жизнь молодых не стали. Избранница была красива, как оказалось, довольно богата, держалась независимо, но почтительно, быстро нашла общий язык с пасынком, а главное, плодовита, о чем свидетельствовали очаровательные пара дракона и феникса, рожденные в первом браке, при этом удивительно похожие на Юйшенга, что подтверждали с изумлением все члены клана Фан.
Отличие имелось только в цвете больших глаз (более темных, почти черных) и волнистых жгуче-черных же волосах. Дети были крупненькие, подвижные, но тихие и разумные. Старший сын второго господина как-то сразу принял близнецов, с удовольствием проводил с ними и мачехой время, никогда не жаловался на притеснения или обиды с ее стороны, наоборот, всегда хвалился успехами новой матери в делах и гордился ею.
– Бабушка, дедушка, мы живем очень хорошо, правда! Мать ..С ней интересно! Она со мной занимается каждый день, учит языкам и каллиграфии, а еще обещала обязательно научить плавать! Старший брат Юн сделал для меня самокат, вырезал новые шахматы и учит в них играть. Отец иногда злится, говорит, мы его не замечаем, он – лишний, а сам тайком улыбается хитренько так!