Чтение онлайн

— Вот почему я их не люблю. Даже для них я — нечто, вызывающее отвращение, несмотря на их собственную мерзость. — Она подпрыгнула у него на руках, когда он подбросил ее. — Какого черта ты выглядишь грустной? Это было более ста восьмидесяти лет назад. Все кончено, и нет смысла что-либо чувствовать по этому поводу. Я отомстил за нее.

Он ненавидит людей. Он ненавидит Демонов. Кажется, он даже не любит свой собственный вид.

— Ты ненавидишь Элизийцев за то, что они оставили здесь Демонов?

— Нельзя ненавидеть то, чего никогда не встречал, — легко ответил он. — С другой стороны, может быть, мне стоит, учитывая одну особенно надоедливую Эльфийку.

Рэйвин поджала губы, когда они попытались изогнуться в улыбке, но ее мрачные мысли победили. Мне нужно знать. Я должна знать.

— Был ли Джабез одной из причин ее смерти? — Что на самом деле принес ее народ в этот мир?

— Я думал, что он причастен, но нет. Я обнаружил, что он не имел никакого отношения к её смерти.

Она опустила лицо, чтобы скрыть его.

— Что ты к нему чувствуешь?

— К Джабезу? — Жёлтая искра мелькнула на краю её зрения, прежде чем угаснуть. — Мои отношения с Джабезом сложные.

Она не ожидала такого ответа. Честно говоря, она думала, что это будет хвастовство ненавистью, что он начнет выкладывать ужасы преступлений Джабеза.

— Насколько? — копала она, пытаясь выглядеть беззаботной. Она даже вскинула подбородок, странно обороняясь, несмотря на разгулявшееся любопытство.

— Ничего особенного.

Какой ужасный ответ!

Рэйвин заныла, откидывая голову назад. Только тогда она закатила глаза, чтобы он мог их видеть.

— Ты не можешь сказать, что всё сложно, и не рассказать мне.

Когда она подняла голову и уставилась на него, он фыркнул.

— Он когда-то был моим другом…

— Что? — закричала она. — Ты дружил с ним?

Мерих остановился и глубоко вздохнул.

— Ты очень раздражающая, ты знаешь это? К чему все эти вопросы сейчас? Небольшой массаж члена, и вдруг ты стала разговорчивее, чем когда-либо.

У Рэйвин отвисла челюсть. Он не мог только что сказать это!

— Т-ты не можешь просто сказать, что дружил с Джабезом, и оставить меня в неведении! — сказала она, чтобы отвлечься от всего этого массажа члена, так как он использовал это, чтобы уйти от её вопроса!

— Конечно, могу. Чем ты собираешься мне угрожать?

Рэйвин удалось вытащить руку из-под плаща, чтобы показать ладонь.

— Я… я шлепну тебя по носу!

— Тебе это будет больнее, чем мне.

— О, да ладно тебе, Мерих!

Он издал ещё один вздох, на этот раз более раздражённый, чем раньше. Он снова пошёл, говоря:

— Это было очень давно. Это больше не имеет значения.

Должно быть, он посмотрел вниз и заметил её усиливающийся сердитый взгляд.

— Ты не отстанешь, пока я не расскажу, да?

Она покачала головой, и «угх», которое вырвалось у него, было полным глубокого разочарования.

— Ладно. Это было около двухсот пятидесяти лет назад. Я уже жил какое-то время и приобрел немного человечности, но не так уж много. Большинство Демонов тогда не были умными и только начали формировать свою дурацкую деревню. Ему было любопытно узнать обо мне, о том, кто я такой, откуда я вдруг взялся. Я знаю, что он наблюдал за мной. Он понял, что чем больше людей я ем, тем умнее становлюсь, поэтому он продолжал находить мне принудительные жертвы для еды.

— И ты просто… ел их? — Она пыталась скрыть изумление в голосе, правда пыталась.

— Ну, да. Они пахли страхом, и если это не заставляло мой разум переключаться на неконтролируемый голод, он пускал им кровь. Через какое-то время он начал разговаривать со мной, и когда я начал отвечать нормально, он был очарован. На тот момент в живых было всего два Сумеречных Странника, и я не думаю, что он уже наткнулся на другого. Орфей был свежим, неспособным понимать что-либо за пределами того, что понимает животное.

Орфей? Это имя одного из его братьев? Она предположила, что они все родственники, если у них общий родитель Велдир.

— Его интерес поначалу был поверхностным, но чем умнее я становился, тем больше он держал меня при себе. Я нашел компаньона, и мне было всё равно, кто он. Думаю, ему нравилось, что я не такой, как Демоны. Ему было комфортно говорить со мной о своих разочарованиях, прошлом, планах, потому что я не был безмозглым и кровожадным, как Демоны в то время.

Они разговаривали друг с другом, стали друзьями?

Голос Мериха затем стал более глубоким и мрачным, когда он добавил:

— Я планировал помочь ему в его войне с вами, Эльфами.

Рэйвин сглотнула. Демоны были достаточно страшными, но в их путешествиях, особенно прямо перед тем, как попасть в горы, он убил в общей сложности шесть Демонов. Каждая битва была короткой. Она спрашивала, ранен ли он, и большую часть времени он отвечал «нет».

Мерих был сильным, быстрым, опасным.

Если бы он присоединился к армии Джабеза и помог вторгнуться в её мир, он уничтожил бы многих из её вида, прежде чем они смогли бы его остановить, если бы вообще смогли.

— Что случилось?

— Женщина, — ответил он. — Через много лет после того, как мы встретились, он стал одержим женщиной, которую держал другой из моего вида. Орфей, Мавка, которого я только что упомянул, нашел человека, чтобы жить с ним. Чем дольше он держал её, тем больше Джабез был заинтригован ею. Он хотел её, а не Демонов, которые его окружали, и она ничего не боялась. Поэтому, когда представилась возможность, он предложил забрать её, и она добровольно пошла с ним.

— Она пошла добровольно? — с недоверием спросила Рэйвин.

— Катерина ненавидела Орфея. Следовательно, она ненавидела Мавку. Она просто хотела сбежать, туда, где ей, возможно, не причинят вреда.

— О.

Я всё равно не понимаю. Кто пойдёт с Джабезом?

— Она быстро вбила клин между нами, — продолжил Мерих. — Думаю, по-своему он любил её. Он баловал её, как мог, потому что она была гигантской грёбаной стервой. Она знала, что может использовать своё «несчастье» против него. Если я не был в своей пещере или не охотился на людей на поверхности, я был в его замке, наблюдая за их общением. Она много ссорилась со мной, называла меня зверем, животным, чудовищем. Она часто лгала Джабезу, что я пытаюсь съесть её, украсть её у него, изнасиловать её, несмотря на то, что я не хотел иметь с ней ничего общего.