Пыль на губах
Шрифт:
Сердце Ланты замерло. Если она выскочит и крикнет, охотники отвлекутся и у Кэля появится шанс спастись. Если останется лежать, шанс выжить есть у нее, особенно если со смертью юноши мост прервется. Это был самый легкий выбор в жизни минатленты.
Ланта рывком выпрыгнула из норы, перекатилась через голову, пихнула в спину ближайшего охотника и побежала в сторону, начиная песню об одинокой воительнице.
На бегу она размышляла: "Какая я все-таки бестолковая! Я же могла тихо петь в берлоге и обрушить на их головы молнии. Но вдруг я попала бы в Кэля? Или доспехи могут защитить охотников, иначе зачем консул привела этих латников?"
Ланта резко затормозила. Прямо перед ней стоял мужчина с распухшей и посиневшей нижней губой, около него на длинных ногах покачивались около двух десятков сайроновых тварей. У них были мерзкие лица с выпученными глазами и перемазанными густой желтой слюной подбородками. Волшебник выдавил злорадную ухмылку.
– О, какая красавица! Ты не потерялась?
– почти ласково сказал незнакомец.
– Не видела здесь юношу в мехах или парочку скорлов?
Страх сковал тело Ланты и она ничего не ответила. Она повернула голову и поняла, что оказалась между двух огней. Из-за деревьев уже выбегали охотники на поющих.
***
Рыжеволосая девушка, с прилипшими к голове листьями, почти мгновенно скрылась за деревьями. Мужчины только подняли арбалеты, но ни один болт не успел покинуть свое ложе. Охотники повернулись к консулу.
Женщина указала пальцем на Кэля.
– Пусть каждого охраняет один воин. Они нужны мне живыми, попробуем через них надавать на поющую, если вдруг снова её упустим. Остальные за мной.
Звонкий голос Ланты уже затих в отдалении, когда воины вслед за женщиной бросились догонять минталенту.
Кэль тоже не стал бездействовать. Его взгляд уже давно нашарил длинный боевой нож на поясе латника, и пока его сторож смотрел вслед соратникам, Кэль выхватил клинок из ножен, проскользнул между широко расставленных ног латника и вонзил лезвие в прорезь под коленом.
Воин истошно закричал и упал вперед. Кэль тут же выдернул нож и вонзил в прорезь на плече, латник дернулся и оружие выпало из его рук.
Воин, который стерег Джоль, бросился на помощь товарищу, но девушка запрыгнула ему на спину и закрыла руками прорези в шлеме. Это дало Кэлю драгоценные секунды, он успел поднять секиру его сторожа и развернуться навстречу следующему противнику.
Это был третий латник, который видел поступок Джоль. Он, не раздумывая, обрушил стальной кулак на голову Мейта. Горшечник закатил глаза и рухнул на землю. Латник побежал на Кэля.
Юноша поднырнул под секирой противника, оказался за спиной неповоротливого латника и с разворота ударил обухом топора в шлем воина. Латник дернулся, на секунду замер, а затем упал лицом вниз.
Кэль подбежал к своему сторожу, который пытался извлечь кинжал из плеча. Юноша надрывно крикнул и опустил лезвие секиры на голову воина. Из прорезей шлема хлынула кровь, и латник завалился на бок.
Воин с помехой на спине додумался подбежать к дереву и попытался ударить Джоль об ствол. Девушка спрыгнула и отбежала за спину Кэля.
Латник попытался обрушить оружие на секиру юноши, но Кэль правильно оценил силы противника. Он не стал бороться и сделал ставку на скорость, все-таки у него не было столь тяжелых лат.
Джоль как завороженная следила за смертельным танцем, за стремительным блеском секир, за ловкими прыжками друга. В один момент Кэль смог переиграть латника и все решилось удачным ударом в кольчужный воротник. С противным чавканьем секира вошла в шею, и воин с хрипом упал на бок. Еще одним ударом Кэль прекратил его мучения.
– Кто эта девушка? Ты знаешь её?
– спросила Джоль. Юноша подбежал к Мейту и нащупал пульс на его шее.
– Жив, - пробормотал Кэль себе под нос.
– Что ты спросила? Знаю ли я Ланту? Очень хорошо знаю. Мы должны ей помочь.
– Но как?
– Джоль развела руки в стороны.
– Их там целая армия.
Кэль замер на секунду, а потом махнул рукой вглубь леса.
– Бежим, я кое-что придумал!
***
Ланта тяжело дышала, переводя взгляд с охотников на сайроновых выродков.
Волшебник увидел преследователей минталенты и шагнул за спины морозных тварей.
– Вы еще кто?
– спросил он, краем глаза присматривая за Лантой.
– Я чувствую в нем силу, - сказал консулу один из мужчин в черном.
Женщина кивнула.
– Отблески звездного света Эотери. Это первый мир, где я встречаю что-то подобное. Когда-нибудь мы избавимся и от этих ублюдков, так будет лучше для Эотери. А пока...
– консул повернулась к волшебнику.
– Беги отсюда, пока не зашибли.
– Предупреждаю!
– волшебник поднял руку, - я служу лорду Мардегору, властителю...
– Нам плевать на местную знать, - прервала его консул и мотнула головой в сторону Ланты.
– Убейте поющую.
У Ланты было всего несколько секунд на размышления, пока руки охотников ныряли под плащи за арбалетами. Она решилась и крикнула волшебнику: - Я знаю, где скрывается северянин Кельстен!
Колдун улыбнулся и указал на Ланту рукой. Несколько сайроновых выродков расплылись в сером тумане и появились прямо за ней, закрывая от охотников.
– Уничтожить!
– консул указала на волшебника. Защелкали арбалеты.
Глаза колдуна засветились фиолетовым. Болты вспыхнули и сгорели дотла на расстоянии пальца от лица волшебника. Он улыбнулся, мотнув лиловым шаром нижней губы, и поднял руку, чтобы поймать пригоршню черного пепла. А затем поднес пепел ко рту и дунул на ладонь. Поток сиреневого сайрона сплелся с пеплом и с дикой скоростью выбросил затвердевшие черные комочки в сторону охотников.
Консул подняла полу плаща и закрылась от удара. По ткани пробежала едва заметная молочно-белая волна и черные комки упали на землю, словно безобидные песчинки.
А следом рухнули трое охотников. На их теле появилось множество мелких отверстий, из которых неохотно выступила темная и резко загустевшая кровь.
Двое других достали жезлы и шагнули ближе к консулу. "Сейчас снова попытаются сплести ту красную сеть против магии", - подумала Ланта.
Но женщина просто отдала приказ и два десятка латников бросились вперед.
Волшебник закрыл глаза и навстречу воинам бросились сайроновые выродки. Ланта невольно охнула, когда из-за деревьев на голову ближайшему латнику приземлилась ищейка и впилась игольчатыми зубами в шлем, легко отрывая куски железа.