Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться
Шрифт:
И всё же Варя видела: люди напротив слушают не так, как должны.
Сергей Павлович кивал, но взгляд его скользил к экрану без интереса. Инга делала заметки, но не задавала вопросов. Владислав сидел, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на проект так, будто перед ним не будущий жилой комплекс, а ещё один аккуратный объект в папке с названием «можно, но не хочется».
Марк этого тоже не мог не видеть.
Но продолжал.
— При текущей структуре финансирования, — говорил он, — мы выходим на устойчивые показатели доходности при сохранении консервативного сценария продаж. Основной акцент сделан на…
Варя почувствовала, как воздух в переговорной начинает густеть.
Не от скуки даже. От безличности.
Проект был хороший. У него действительно была сильная локация, внятная экономика, перспективы. Но сейчас он звучал как таблица, переодетая в жилой комплекс. А люди не вкладываются сердцем в таблицы. Разумом — да. С осторожностью — да. Но решение, особенно крупное, редко бывает только сухим расчётом. Даже самые деловые люди хотят почувствовать, что перед ними не просто схема, а будущая история успеха, которую им не стыдно поддержать.
Степан сидел напротив Вари и улыбался.
Не партнёрам.
Ей.
Будто ждал, когда она нарушит один из пунктов Марка. Будто заранее знал: Плюшкина не выдержит.
Варя сжала ручку.
Не вмешиваться.
Не перебивать.
Не спорить при партнёрах.
Не называть генерального директора ходячим регламентом.
Последний пункт особенно мешал думать.
— …и таким образом, — продолжал Марк, — мы получаем продукт, который закрывает потребность целевой аудитории в качественном жилье бизнес-класса с высоким уровнем инфраструктурной обеспеченности.
Владислав Ордынцев чуть заметно прикрыл глаза.
Варя внутренне застонала.
Гибель смысла.
Она взглянула на Марка. Тот стоял у экрана, спокойный, уверенный, безукоризненный. Но его пальцы чуть сильнее сжали кликер. Он видел. Конечно, видел. Просто считал, что надо давить точностью до победного конца.
Сергей Павлович поднял руку.
— Марк Романович, с цифрами всё понятно. Они у вас сильные. Вопрос в другом.
Марк остановился.
— Слушаю.
— Мы смотрим на «Северное сияние» уже второй месяц. Экономика привлекательна, площадка интересная. Но у меня есть ощущение, что проекту не хватает… лица, что ли.
Варя медленно подняла глаза.
Степан перестал улыбаться.
Марк повернул голову к Сергею Павловичу.
— Что именно вы имеете в виду?
Крайнов постучал пальцами по блокноту.
— Вы показываете нам объект как идеальную конструкцию. Но рынок сейчас устал от одинаковых обещаний. Все говорят о комфорте, безопасности, инфраструктуре. У всех рендеры с улыбающимися людьми и деревьями. Почему покупатель должен поверить именно вам? Не банку, не застройщику в соседнем квартале, не красивым картинкам, а вам?
В переговорной стало тише.
Это был не агрессивный вопрос. Даже не провокационный. Он был честный. И потому опасный.
Марк положил кликер на стол.
— Потому что мы отвечаем за сроки, качество и юридическую прозрачность. Репутация «Громов Девелопмент» построена на выполненных обязательствах.
— Это важно, — согласился Крайнов. — Но этого мало для эмоционального выбора.
Марк чуть выпрямился.
— Мы говорим об инвестиционном решении.
— Да. А инвестиционное решение тоже принимают люди, Марк Романович.
Варя почувствовала, как внутри у неё что-то звонко щёлкнуло.
Вот оно.
То самое место, где проект мог либо остаться в ледяной зоне «качественный продукт с инфраструктурной обеспеченностью», либо стать тем, что партнёры захотят защищать на своём совете.
Марк молчал.
Слишком долго.
Степан наклонился вперёд, явно собираясь перехватить инициативу.
— Сергей Павлович, мы прекрасно понимаем эмоциональную составляющую, — начал он гладко. — Именно поэтому маркетинговый блок готовит комплексную кампанию, включающую визуальные материалы, наружное присутствие, цифровые каналы…
Варя увидела, как Инга Белова перестала писать.
Плохо.
Очень плохо.
Ещё минута — и встреча окончательно уйдёт в безопасную болтовню, где все вежливо кивают и никто ничего не решает.
Варя подняла руку.
Марк повернул к ней голову.
Взгляд был мгновенным.
Предупреждающим.
Прямо как пункт второй, третий и четвёртый вместе взятые.
Но Сергей Павлович уже заметил её движение.
— Да? — спросил он. — Вы хотели добавить?
Степан улыбнулся шире.
Марк смотрел на Варю так, что любой разумный человек опустил бы руку и вернулся к заметкам.
Варя не была уверена, что сегодня проходит по категории разумных.
— Если позволите, — сказала она.
— Варвара Андреевна у нас отвечает за коммуникационную часть проекта, — произнёс Марк.
Голос был ровный.
Но Варя уловила паузу между «позволю» и «потом обсудим».
— Я добавлю коротко, — сказала она.
— Желательно, — тихо заметил Марк.
Варя встала.
Ей не нужно было подходить к экрану. Не нужно было включать новый слайд. Иногда лучший способ вернуть внимание — убрать всё, за что люди привычно цепляются глазами.
— Мне кажется, проблема не в том, что у проекта нет лица, — сказала она. — Лицо есть. Просто мы пока показываем его так, будто оно пришло на собеседование в банк и очень боится сказать что-нибудь живое.
Сергей Павлович медленно улыбнулся.
Владислав чуть подался вперёд.
Инга подняла глаза от планшета.
Варя продолжила спокойнее:
— «Северное сияние» не нужно продавать как очередной жилой комплекс бизнес-класса. Таких обещаний правда много. Вид из окна, двор, кофейня внизу, паркинг, безопасная среда — всё это люди уже слышали. Но у этого проекта есть другая сильная сторона. Он стоит на границе старого района и новой набережной. Там сейчас место, которое люди привыкли проезжать мимо. А мы предлагаем не просто построить дома, а изменить маршрут жизни района. Сделать точку, где люди начнут задерживаться.