Чтение онлайн

Ныряю в сумку. Роюсь. Переворачиваю все внутри. Еще раз.

– Кажется, Ленка не положила, - холодок пробегает по спине.
– Вот же растеряха, как же так?

А малышка уже заливается. Ей явно неудобно, и она сообщает об этом всему зданию, а заодно и соседним кварталам. Ее крик нарастает. Она уже чуть ли не красная.

– Слава, - вдруг произносит генерал, прижав трубку к уху.

Я оглядываюсь на дверь, где почти сразу появляется помощник. Живой, здоровый, с пластырем на брови, но на ногах.

– Сбегай в магазин за подгузниками, - приказывает Костров.

– Ой, а я не знаю, какой размер... Возьми не совсем маленькие, - спохватываясь, кричу я вдогонку.
– И влажные салфетки, детские!

Слава исчезает быстрее, чем я успеваю договорить.

Олеся уже орет так, будто ее режут. Я поднимаю ее на руки, прижимаю к себе, начинаю укачивать, что-то шептать - тот самый гипнотический материнский лепет, который я слышала от Ленки тысячи раз. Малышка постепенно затихает, переходя на всхлипы.

И только тогда замечаю, что Костров смотрит на меня в упор. Не на ребенка, как прежде. Теперь его внимание сосредоточено полностью на мне.

– Вы только ради вчерашней аварии меня сюда вызывали?
– говорю тихо, чтобы не потревожить Олесю. Мало ли, вдруг испугается моего громкого голоса и снова расплачется?
– Может, я могу идти? Как видите, мне немного не до задушевных разговоров.

– Екатерина...

Я замираю.

– Я не называла своего имени, - медленно произношу я.
– А еще не говорила, где нахожусь. Погодите, как ваши люди меня нашли? Откуда узнали, что буду у подруги?

Генерал усмехается.

– У меня свои методы.

– Ага, - я киваю, чувствуя, как внутри закипает злость.
– То есть меня вычислили, а того водителя-нападающего - нет?

– С ним сложнее, - Костров делает шаг ко мне. Останавливается.
– Но мои люди работают. И еще...

Дверь распахивается. Влетает Слава - красный, запыхавшийся, с тремя упаковками подгузников в руках. Кладет на стол и исчезает.

– Живой он у вас, - замечаю я, выбирая, как мне кажется, более подходящий размер из тех, что мужчина принес.
– Шустрый.

– И сообразительный, - коротко бросает генерал.

Я вынимаю подгузник, собираюсь разложить пеленку на столе, которую Ленка догадалась положить. Генерал вскидывает руку и быстро расчищает место от своих важных документов. Ловко раздеваю Олесю, которая опять начинает улыбаться, будто и не было этого концерта. Малышка дрыгает ножками, хватает меня за палец и тащит в рот.

– Вы умеете ладить с детьми, - замечает мужчина.

– У подруги это четвертый, - пожимаю плечом.
– А я нет-нет да помогала ей нянчиться. Знаете, как сложно матери одной, когда муж постоянно на работе? Хотя сейчас он безработный, кстати. Из-за вас.

– По поводу этого...
– Генерал приближается ко мне. Замирает так близко, что я чувствую его дыхание. В его взгляде замечаю опасную темноту, которая способна утянуть в свою пучину.
– Предлагаю нормально познакомиться.

Кладет палец на ворот моего пиджака. Скользит вниз - туда, где майка на бретелях неприлично, вызывающе оголяет грудь. Я не дышу.

– Меня зовут Костров Евгений Витальевич, - произносит он с легкой, почти неуловимой усмешкой.
– И я не имею никакого отношения к мужу вашей подруги.

Я пораженно распахиваю рот.

Что-то щелкает - так складываются пазлы. Никита работал на заводе. Костров - военный. В моей же голове до этого момента вообще несостыковок не нашлось. Я просто вбила в поисковике фамилию, увидела фото - улыбающийся мужчина в форме жмет руку какой-то большой шишке - и все.

– То есть...
– мой голос падает до шепота.

– То есть вы набросились не на того человека, - Евгений Витальевич наклоняется ближе.
– Но, знаете, мне понравилось. Впервые меня так... экспрессивно отчитывали.

Я не могу двинуться. Он слишком близко. Пахнет дорогим парфюмом и чем-то таким мужским, особенным, неповторимым. А еще... теплым!

– И...
– продолжает генерал.
– Предлагаю отменить ваше свидание, - произносит он, наклоняясь совсем близко, гипнотизируя, захватывая пораженную меня в свой плен.
– Мне совесть, которая все-таки есть, не позволит вас отпустить к кому-то другому.

– План «Перехват»?
– выдыхаю я.

– Именно, - улыбается Костров.

И целует.

Целует?!

Рука ложится на затылок, вторая - на поясницу, притягивает ближе. Мой пиджак трещит по швам, но мне плевать. Его губы - требовательные, властные, жесткие - накрывают мои, и я таю. Забываю, где я, кто я, почему должна его ненавидеть. Отвечаю, вкладывая всю свою злость и все недоумение от того, что этот мужчина делает со мной что-то необъяснимое.

Он углубляется, прижимает к себе так, что я чувствую каждую мышцу его тела - твердую, горячую, живую...

И в этот момент Олеся издает звук.

Сначала я не придаю этому значения. Ну, покряхтит, подумаешь.

А потом...

– Черт, - отстраняется от меня мужчина и смотрит вниз.

По его идеально отутюженным штанам расползается мокрое пятно.

Олеся еще более довольная, активнее дрыгает ножками. Как будто специально ждала момента, чтобы напакостить.

Проказница!

– Ох, простите!
– сразу вспоминаю я, что вообще-то сейчас произошла катастрофа. И надо быть серьезной, но внутри уже поднимается истеричный смех.
– Олеся, ну зачем ты, а?! Так делать нельзя, на чужих дядей мы не писяем.

Генерал переводит взгляд на меня. Несколько секунд он просто молчит, и я уже готовлюсь к тому, что сейчас последует приказ «уничтожить».

– Знаете, - произносит он вдруг, - обычно женщины метят территорию по-другому.

– Это не я! Это она. Я тут вообще ни при чем, никого не подговаривала.

Он снова приближается ко мне. Все, сейчас скажет что-то гневное, прикажет убираться, пока я не натворила еще больших бед. И так вон испортили ему одежду по полной.

Но вместо этого притягивает меня к себе. Сильно. Резко.