Луна двадцати рук
Шрифт:
Полет РЅРµ был опасным. До этого человек уже РЅРµ раз ступал РЅР° поверхность спутников Сатурна. Более того, РѕРЅ РїСЂРѕРЅРёРє РЅР° планету Уран, сумел облететь Рё досконально изучить РІСЃСЋ Солнечную систему – Рё РІСЃРµ это РЅР° устаревС?РёС… уже теперь атомных кораблях.
Словом, В«Р?Р±РёСЃСѓВ» РЅРµ грозила серьезная опасность. РќРµ было оснований бояться Рё каких-либо неожиданностей.
Р’ самом деле, тридцатидневный полет протекал как нельзя лучС?Рµ. РќРѕ РїСЂРё посадке РЅР° Титан РїСЂРѕРёР·РѕС?ла небольС?ая авария – был поврежден антиграв.
Только через двое суток командиру корабля Арне Лагерссону и инженеру-пилоту удалось обнаружить, что, хотя индикатор стоит на отметке «нормально», драгоценная энергия антигравитационного устройства катастрофически убывает.
– Мы подчас похожи на погонщика верблюдов в пустыне, который преспокойно идет во главе каравана и не замечает, что у него продырявлен бачок с водой, – сказал Арне Лагерссон.
Р’ навигационный салон, РіРґРµ собрался командный состав корабля, РІРѕС?ел Р±РѕСЂС‚-инженер Алексей.
– Я укрепил соединительные кабели и осмотрел весь комплекс антиграва, теперь все в порядке, – доложил он и посмотрел на свои перепачканные в масле руки. – Подумать только! Двое суток мы спокойно спали и ели и даже не подозревали, что в конденсаторах утечка. Я готов сам себя высечь.
– Перестань, – сказал второй пилот Фултон. – Я все думаю, как это могло случиться?
РђСЂРЅРµ Лагерссон отоС?ел Рё пристроился РІ углу. РћРЅ неподвижно
глядел прямо перед собой, то и дело негромко похрустывая пальцами. К нему подсел Фултон.
– Вероятность утечки энергии РІ антиграве примерно РѕРґРЅР° тысячная, – сказал РѕРЅ. – Учти также, что отказал предохранительный клапан. Мало того, РЅРµ сработал Рё аварийный. Рто СѓР¶ чересчур.
Лагерссон в ответ только пожал плечами.
– Ничего РЅРµ понимаю, – продолжал Фултон. – Тысяча, помноженная РЅР° миллион, дает миллиард. СлыС?РёС?СЊ, РђСЂРЅРµ? Вероятность была РѕРґРЅР° миллиардная. Повезло, нечего сказать!
– Твои расчеты неверны, – сказал Лагерссон. – Посадка была РЅРµ особенно удачной, Рё РјРЅРѕРіРёРµ клапаны РІС‹С?ли РёР· строя. Что Р¶ РІ этом странного? Так СѓР¶ случилось, Рё теперь нам приходится С…СѓРґРѕ. Рђ что показывает индикатор антиграва?
– Мало утеС?ительного. РџРѕРєР° С?естьсот пятьдесят килограммов, ниже предельной РЅРѕСЂРјС‹. РќРѕ если учесть, что люди Рё механизмы весят тысячу С?естьсот килограммов, то нетрудно подсчитать. РќР° корабле девятьсот пятьдесят килограммов лиС?него РіСЂСѓР·Р°.
Лагерссон РґРѕ боли закусил РіСѓР±Сѓ Рё СЃРѕРєСЂСѓС?енно покачал головой:
– Плохи РЅР°С?Рё дела, Фултон.
– Да уж хуже некуда. – Фултон осмотрелся по сторонам, словно одним-единственным взглядом хотел окинуть все вокруг.
– Нелегко будет сбросить эти лиС?РЅРёРµ девятьсот килограммов.
Лагерссон созвал всех офицеров.
РќРµ дожидаясь РѕСЃРѕР±РѕРіРѕ приглаС?ения, Рє РЅРёРј присоединились Алексей, Р?СЂРёРЅР° Рё доктор Паульсен.
– ПроС?Сѓ всех вас держать случивС?ееся РІ тайне, – сказал командир корабля. – Незачем заранее тревожить экипаж.
Он поднялся на командный мостик и медленно побрел в свою рубку, чувствуя себя смертельно усталым и близким к обмороку. «Старею, – подумал oн. – Скоро сорок. Многовато, многовато для такой работы».
Он закурил сигарету и взглянул в плексигласовый иллюминатор.
Отсюда Титан казался безжизненной равниной, насколько РјРѕРі охватить глаз скованной ледяным панцирем. Р?Р· расщелин РІ синеватых ледяных глыбах тонкими красными струйками вытекал ксемедрип, стелясь над самой поверхностью планеты. Лагерссон РЅРµ раз бывал РЅР° Титане. Впервые РѕРЅ прибыл СЃСЋРґР° РІ РґРІРµ тысячи одиннадцатом РіРѕРґСѓ, РєРѕРіРґР° РїСЂРѕРёР·РІРѕРґРёР» съемки местности, Р° затем вторично, СЂРѕРІРЅРѕ через десять лет, делал новые, периодические съемки. Р? РІРѕС‚ теперь РѕРЅ попал СЃСЋРґР° РІ третий Рё, как опасался, последний раз.
Примерно РІ трехстах метрах РѕС‚ корабля РёР·-Р·Р° ледяного холма показались космонавты. Р’ РіСЂРѕРјРѕР·РґРєРёС… термических скафандрах РѕРЅРё двигались медленно, РіСѓСЃСЊРєРѕРј, неся РЅР° плече баллоны СЃ ксемедрииом, собранным РёР· расщелин после долгих часов утомительнейС?ей работы. Лагерссон узнавал СЃРІРѕРёС… людей РїРѕ РїРѕС…РѕРґРєРµ. РќРµ всех, конечно: РЅР° корабле было несколько новичков, – РЅРѕ каждого, СЃ кем ему доводилось летать прежде, РѕРЅ, РЅРµ колеблясь, узнал Р±С‹ Рё Р·Р° тысячу метров.
Он в изнеможении прилег на койку.
Девятьсот килограммов! Р?С… нужно сбросить любой ценой. РќРѕ Лагерссон РЅРµ РјРѕРі сосредоточиться РЅР° этой мысли. РћРЅ поймал себя РЅР° том, что думает РѕР± иррациональности РјРёСЂР° Рё самой истории – право же, нелепо, если РјРёСЂ агонизирует РёР·-Р·Р° какой-то ничтожной, неизвестной доселе бактерии, Р° спасительное лекарство можно добыть только РІ миллионах километров РѕС‚ Земли! Рђ, впрочем, возможно, РІ этом есть СЃРІРѕСЏ логика Рё даже счастливая закономерность. Ксемедрин! РљРѕРіРґР° РјРЅРѕРіРѕ лет назад РЅР° Титане производились первые съемки местности, кто Р±С‹ РјРѕРі подумать, что реденькие красные струйки газа принесут спасение человечеству? Рђ врач РёР· Гамбурга! Ведь это РѕРЅ догадался, что РІ Р±РѕСЂСЊР±Рµ СЃ бактерией можно использовать только ксемедрин. РћРЅ случайно обнаружил это, изучая всевозможные катализаторы для получения противоэпидемической сыворотки. РќРѕ была ли то случайность или же закономерность?