Луна двадцати рук
Шрифт:
– Нам РёС… РЅРёРєРѕРіРґР° РЅРµ отыскать, – сказал Алексей. – РќР° корабле нет больС?Рµ ничего лиС?него.
Лагерссон пристально поглядел РЅР° друзей, Р° те РІ СЃРІРѕСЋ очередь смотрели РЅР° него так, словно СЂРµС?ение проблемы зависело только РѕС‚ него РѕРґРЅРѕРіРѕ.
РЎРЅРёР·Сѓ слыС?ался глухой СЂРѕРїРѕС‚ космонавтов, никто больС?Рµ РЅРµ
смеялся. Недовольство нарастало с каждой секундой.
– Чего вы от меня ждете? – со злостью спросил Лагерссон.
– Конечно, проще всего собрать всех Рё сказать: «Друзья, РѕРґРёРЅ РёР· нас лиС?РЅРёР№. Давайте кинем жребий, Рё тот, РєРѕРјСѓ РЅРµ повезет, должен умереть. Р’ одиночестве, как Р±СЂРѕС?енная собака».
Четверо офицеров не отрывали от него взгляда, и в их глазах читались растерянность и немой упрек.
– А РєРѕРµ-кто РёР· вас считает, что СЏ должен добровольно покинуть В«Р?Р±РёСЃВ», РЅРµ так ли? Еще Р±С‹, ведь СЏ командую кораблем, Р° командир обязан показывать пример!
– Никто этого не говорит, – отозвался Фултон.
– СмеС?РЅРѕ – обычно РІ случае опасности капитан покидает корабль последним. Рђ СЏ, РїРѕ-РІР°С?ему, должен покинуть его первым. – Р? Лагерссон неестественно рассмеялся.
– ПослуС?ай, РђСЂРЅРµ, РІРѕ время посадки индикатор антиграва был блокирован. Может, быть, РѕРЅ просто испорчен? – сказал Фултон.
– Что ты этим хочеС?СЊ сказать?
– Он показывает С?естьдесят четыре килограмма лиС?него веса, РЅРѕ, возможно, это РѕС?РёР±РєР°. Почему Р±С‹ нам РЅРµ попытаться взлететь?
Лагерссон на секунду задумался.
– Согласен, – сказал он. – Попробуй.
Двадцать минут спустя Алексей нажал кнопку, корпус космического корабля вздрогнул и завибрировал. Лагерссон не отрывал взгляда от альтиметра. Пятнадцать секунд пролетели в напряженном ожидании.
– Нуль! – в ярости крикнул Лагерссон. – Мы не поднялись
ни на сантиметр!
Все снова собрались в центре салона. Командир обратился к Паульсену:
– Ну, а что вы предлагаете, доктор?
– Р, нам остается только сесть РЅР° жесточайС?СѓСЋ диету. Через три-четыре РґРЅСЏ РјС‹ РёР·СЂСЏРґРЅРѕ похудеем Рё сумеем взлететь.
– Невозможно.
– Не вижу другого выхода, командир. Либо полетим без ксемедрина, либо подождем, пока народ не похудеет.
– Доктор, вы забываете, что курс и время полета были рассчитаны заранее. Если мы отложим полет иа несколько дней, то наткнемся в пути на облако В-36, а это – верная гибель. Значит, лететь надо либо через восемнадцать часов, либо через двадцать дней, когда нам уже не будет угрожать встреча со смертоносным облаком.
– А разве нельзя отклониться от курса?
– Нет, тогда нужно подняться по нормали к орбите планеты, а это связано со значительной потерей скорости. Мы прилетим на двадцать дней позже срока, не говоря уж о дополнительном риске. А вы представляете себе, что значит опоздать на двадцать дней?
– Знаю! – крикнул врач. – На Земле каждый час умирает в
среднем тридцать тысяч человек. Вы это уже неоднократно повторяли. Но что я могу сделать? Разве моя вина, что вспыхнула эпидемия?
– Замолчите!
– Р? РЅРµ подумаю! Р’С‹ сами интересовались РјРѕРёРј мнением.
Лагерссон повернулся Рє нему СЃРїРёРЅРѕР№. Опустив голову, РѕРЅ расхаживал РїРѕ РєСЂСѓРіСѓ вдоль стенки корабля, то Рё дело РІ ярости ударяя СЂСѓРєРѕР№ РїРѕ РѕР±С?РёРІРєРµ.
– ХороС?Рѕ, попробуем сократить дневной рацион РІРґРІРѕРµ, – сказал РѕРЅ.
– Ничего не получится, Арне, – спокойно заметил Фултон. – Ты уже дважды снижал норму, да к тому же у нас осталось всего несколько килограммов концентрата.
– Значит, надо вылить С?естьдесят четыре литра РІРѕРґС‹!
– Арне, – РІ голосе Фултона послыС?ались мрачные ноты. – Посмотри, сколько Сѓ нас осталось РІРѕРґС‹. Нам Рё так приходится беречь каждую каплю. Еще раз урезать запас РІРѕРґС‹ Рё кислорода – значит, обречь полет РЅР° верную неудачу.
– Ума РЅРµ приложу, что делать, – пробормотал Лагерссон. РћРЅ РІ отчаянии поглядел РІРѕРєСЂСѓРі. – Неужели РЅР° корабле ничего больС?Рµ нельзя убрать?