Чтение онлайн

для доставки в дом тяжелых грузов. Все смертники перебираются по шаткому гнилью.

— Да эта досточка и заморенной блохи не выдержит! — заскулил подмастерье, стараясь не таращиться на блестевшую внизу реку.

— Если она вообразит собственное падение, то тут еще стадо блох перебежать сможет. Помнишь, что я талдычил о способностях смертников? — отмахнулся Пол-лица и первым шагнул на жалобно скрипнувшие доски.

— Оставь меня здесь! Я подожду тебя неподалеку от живцов, — взмолился Савва, пятясь от обрыва.

— Охотно передал бы тебя на попечение летунцу, да боюсь, Посвист успел приметить мою забывчивую свиту. Так что добро пожаловать в орден, — поманив подмастерья рукой, натужно улыбнулся Пол-лица.

Савва измученно вздохнул и, силясь унять дрожь в ногах, взошел на тщедушный мосток.

— На кой ляд его таким узким сделали? Оступиться ведь проще простого, — шаркая сапогами по рассохшемуся дереву, просипел напрягшийся подмастерье.

— Для пущей защиты от донельзя любопытных правильников, которым повеление городского совета не указ. К тому же это недурное испытание для подмастерьев. Ежели они перед какой-то пропастью струхнут, то уж об усмирении проклятий и толковать нечего. Таких сразу из ордена вышвыривают, — будничным тоном сообщил Пол-лица и, согнав наглую чайку, словно заправский акробат, быстро прошел по пляшущим доскам на остров.

Угроза изгнанием придала Савве необычайную уверенность. Не помня себя от страха, он, подражая смертнику, засеменил по мостку и, чуть не оскользнувшись на неоконченной трапезе чайки, все-таки добрался до противоположного берега.

Осев в траву у дорожки, Савва с наслаждением втянул носом отчего-то особенно приятный аромат полыни. Будто опьяненный ее запахом, подмастерье не заметил, как оказался на ногах рядом со смертником. Мимо него стали проплывать добротные срубы вперемешку с ухоженными огородами и незнакомыми физиономиями, приветствовавшими Пол-лица.

Туманная пелена спала с глаз Саввы лишь внутри сложенного из камня домища перед крытой ковром лестницей, выведшей смертников к приотворенной двери второго этажа. Постучавшись для приличия, Пол-лица взялся за кованую ручку и решительно вошел в светлую комнату.

— А вот и Пол-лица пожаловал. Ну, здравствуй, — тоненьким голоском сказал стоявший у окна приземистый человек, обернувшийся на посетителей. — Когда Посвист любезно поведал, что ты соизволил-таки почтить наш скромный орден своим присутствием, я, признаться, не поверил. Ведь каждый смертник обязан помесячно наведываться в дом и выплачивать взнос. Ну, или по крайности отправить весточку о необоримых затруднениях понудивших его задержаться. А ты сгинул с концами на целый год. Не иначе Пол-лица пал жертвой коварного проклятия — рассудил я. И тут нате! Он вдруг является живой и невредимый.

Сидевший на стуле у стены Посвист тихонько кашлянул и с выражением промолвил:

— Господин Белорук, его не было год и два месяца.

— Благодарю за уточнение, — не отрывая пронзительного взора от визитеров, бросил раскрасневшийся человек в бардовом камзоле. — Что же заставило тебя пренебречь своим долгом перед орденом?

— Был в плену у правильников, — лаконично оправдался невозмутимый Пол-лица, не отходя от распахнутой двери.

— Неужто весь год? Мне казалось, что правильники куда шибче разбираются с пойманными смертниками, — театрально поразился глава ордена.

— По-разному случается. Если хотя бы изредка вылезать из дома по делам смертника, то можно наткнуться на уйму историй, дотоле представлявшихся несусветными, — пожав плечами, многозначительно изрек Пол-лица.

Белорук сердито дернул пухлой щекой, но более ничем не обнаружил негодования. Нарочито медленно опустившись в кресло, едва видное из-за громоздкого стола, он важно произнес:

— Правильники обошлись с тобой как-то подозрительно ласково. Ты даже раздобрел с нашей прошлогодней встречи. Кто-то способен засвидетельствовать это мифическое заточение?

— Вряд ли те правильники захотят прийти к вам с докладом, — мечтательно закатив глаза, прикинул Пол-лица.

— Стало быть, никто, — погано ухмыльнулся Белорук. — Ну, уж просроченные взносы ты, надеюсь, готов уплатить сполна. Только не говори, что их отняли те вымышленные правильники.

— Обчистили до нитки, — мигом подтвердил Пол-лица.

— Ты глянь, какие алчные! — всплеснул холеными руками глава ордена. —

Единственно работу свою довершить запамятовали. Подсобить им что ли, да выдворить тебя?

Услышав последнюю фразу, Посвист нетерпеливо заерзал на стуле, будто ребенок предвкушавший нечто чрезвычайно увлекательное.

— Я за. Валяйте, — с легкостью покорился Пол-лица, опершись плечом о дверной косяк.

— Ты же помрешь без ордена, — завороженно пробормотал Посвист. — У тебя отберут кинжал и окуляр. Без них бедолаге со срезанной личиной не добыть даже черствой краюхи хлеба.

— Ну, до ближайшего дома, что ниже по течению, я как-нибудь дотяну. Думается мне, тамошний глава доверится слову бывалого смертника и найдет свободное местечко в своем ордене, — с непреложной убежденностью заявил

Пол-лица.

— Я разошлю всем главам орденов письма с предостережением. Никто не пожелает выслушать враки изгнанника. Да тебя и на порог-то дома смертников нипочем не пустят, — ожесточенно пообещал Белорук, сжав кулаки.

— Разок меня уже вышвыривали из ордена с гораздо худшими напутствиями. Однако ваш предшественник счел мои доводы весьма разумными и согласился принять обратно, — ничуть не убоявшись прозвучавшей угрозы, напомнил Пол-лица.

— Дозволь полюбопытствовать, что же за фантазии умилостивили выжившего из ума старикашку? — испытующе всматриваясь в непроницаемое лицо смертника, вопросил Белорук.

— Ну зачем же я буду отнимать ваше драгоценное время, толкуя о всякой чепухе. Вы, по-моему, замыслили меня выдворять? Довершайте начатое. Да я пойду уже, пожалуй, по своим делам, — наигранно подавив зевок, посоветовал Пол-лица.

Смерив собеседника ненавистным взглядом, Белорук беспокойно огладил усы и внезапно выпалил:

— Не дождешься! Я оставляю тебя в ордене и повышаю до младшего смертника!

— Как же так-то, — пролепетал изумленный Посвист, откинувшись на спинку стула.

— Признателен за оказанную честь, но я не заслужил подобной привилегии, — силясь побороть замешательство, попробовал отвертеться Пол-лица.

— Ничего. По мне, так ты и ордена не достоин. Но не могу же я отказать столь наторелому смертнику в праве на искупление, — самодовольно осклабился Белорук, заметив смятение собеседника. — Кстати, кого это ты с собой притащил?

— Подмастерье мой, — буркнул Пол-лица, нервно забегав глазами по комнате.

— Так ты, получается, жаждешь проявить себя на поприще наставничества. Похвально. Значит, работа по поиску новых подмастерьев будет тебе только в радость. Сперва разыщи трех, а после мы обсудим твои успехи, — бодрым фальцетом распорядился Белорук.