Чтение онлайн

Дорога повернула в сторону сбежавших селян, будто ринувшись по их следу, и открыла взорам путников затаившуюся в низине деревню. Тотчас на смертника напустилась щемящая сердце тоска, одолевавшая всякого странника бредущего через покинутое селение. Ни единой живой души не было видно среди облупленных мазанок, скромно заслонившихся кустами рябины. Лишь сиротливый лай собаки за подновленным плетнем приветствовал примолкшую процессию.

— Чего-то не слыхать восторгов здешнего люда. А ведь баронов сынок убеждал, что хочет всех спасти, — зашептал Савва, обеспокоенно таращась на опрокинутое ведро, впопыхах брошенное у колодца. — Можно даже подумать, будто народ не уважает отпрыска господина, а скорее боится его. Из деревеньки явно убегали в спешке.

— Что поделаешь если у каждого разное понимание уважения. Для одних оно немыслимо без доверия, а для иных без страха, — печально изрек Пол-лица, заметив человеческий силуэт, промелькнувший в зарослях у околицы.

— Может нам тоже стоит струхнуть и попытать счастья у правильников. Еще неизвестно кто окажется хуже, — в своей излюбленной манере простонал Савва.

— А ты разве еще не наложил в портки? Давно пора. Я так постоянно пребываю в ужасе от собственной беспомощности. Просто не подаю виду. Со временем и ты свыкнешься со своим бессилием. Даже сумеешь подгадать момент, когда надо заткнуться и смиренно шагать вперед, — намекнул Пол-лица, зыркнув на всадников подъехавших ближе.

Оставив позади негостеприимное селение, процессия обогнула пруд заросший камышом и продолжила путь по дороге, петлявшей меж оврагов. Крутые спуски, ожидаемо приводившие к скорым подъемам, быстро умаяли пеших смертников, загодя измотанных тревожным утром. Здоровенный всадник, замучавшись беспрестанно натягивать поводья, глянул исподлобья на ковылявшего Савву и ворчливо предложил:

— Дать вам коня? А то плететесь, как хромые гуси.

— Благодарю за заботу и такое меткое описание нашей ходьбы, но смертники не ездят верхом, — утомленно отказался Пол-лица.

Здоровяк мотнул головой, словно стараясь вытряхнуть из ушей часть витиеватой фразы и туповато брякнул:

— Не научены, стал быть?

— Отнюдь. Просто животные боятся всех, у кого была срезана личина, похлеще огня. Стоит только смертнику сесть на лошадь, как она тут же взбеленится и попробует его скинуть, — снисходительно улыбнувшись, пояснил Пол-лица.

— Вот глупая скотина! — не понятно на кого именно выругался здоровяк. — А волки вас тоже страшатся?

— Если успеть дотронуться до них, то могут испугаться. Правда, сперва они норовят тяпнуть. Так что, пока вся стая разберет, кто перед ней, смертник оказывается уже сильно покусан, — завершив очередное восхождение, произнес Пол-лица.

— А еще говорят, что смертникам живется привольно. Брешут видать, — разочарованно выпятил губу здоровяк и поскакал к усачу.

Когда Пол-лица уже свыкся с бесконечной пыткой оврагами, дорога, словно смилостивившись над ним, выбралась на равнину. Свежий северный ветер, задорно игравший в разнотравье, ободрил взмокших путников. А уж после короткого привала около холодного родника брести стало совсем легко и к вечеру процессия, наконец, достигла сооружения, гордо названного замком. Хотя строение, громоздившееся на крутосклонном холме, больше походило на гигантский валун, опоясанный крепостной стеной, сложенной на скорую руку. Хаотичные пристройки, удовлетворявшие нуждам каждого нового хозяина, обезобразили некогда ладный донжон, треснувший посередине.

Перед покосившимися воротами, ограждавшими замок от ветра малолюдных предместий, усач осадил коня и, дождавшись смертников, распорядился:

— Пойдете сейчас к барону. О перипетиях нашей встречи толкуйте правдиво и кратко. Не забывайте, что свободу вам может даровать лишь один человек.

— Погодьте. Прежде велите накормить нас досыта. А то вместо внятного рассказа барон услышит урчание животов, — воспротивился Пол-лица, страдальчески воззрившись на собеседника.

— Покажи им кухню. Как набьют брюхо, проводи к покоям барона, — подумав, скомандовал здоровяку недовольный усач.

Прошагав по тесному двору, мимо пустующей виселицы соседствующей

с колодцем, смертники, вслед за здоровяком, протиснулись сквозь узкую дверь в царство аппетитных запахов. Оробевшая служанка усадила нежданных гостей за стол, уставленный глиняной посудой и, метнувшись к очагу, вернулась с похлебкой.

Не разобрав вкуса, Пол-лица в несколько глотков опустошил миску, тут же затребовав добавки. После третьей порции приятная усталость разлилась по размякшему телу, но смертник не позволил себе разомлеть и лениво поднялся с лавки.

— Куды?! — взволновался здоровяк, карауливший у входа.

— До ветру прогуляться, — бросил Пол-лица, уловив едва различимое хлопанье крыльев за окном.

— Такого дозволения дадено не было, — возразил здоровяк, перегородив собой дверной проем.

— Прикажешь оправляться в котелок или может сразу тебе в руки? — распуская пояс, осведомился Пол-лица.

Здоровяк поскреб затылок и, отшагнув в сторону, угрюмо пробурчал:

— По левую руку хлев. За него ступай.

Пол-лица надеялся, что его хотя бы на время оставят в одиночестве, но здоровяку, по-видимому, была чужда всякая деликатность. Он сопроводил смертника до самой дыры в крепостной стене, откуда сваливали помои, и встал немым наблюдателем у коновязи.

— Будешь пялиться? Хочешь узнать, как это происходит у смертников? Смею заверить, там я похож на обычного человека. Ничего занимательного, — пронзительно глядя на здоровяка, процедил Пол-лица.

Помявшись, здоровяк все же устыдился собственного невежества и неспешно отошел за конюшни. Облегченно вздохнув, Пол-лица показушно приспустил портки, но вместо того чтобы справить нужду, неожиданно прошептал:

— Лёт, ты здесь?

— Можешь не шипеть. Рядом вроде никого нет, — прозвучала из ближайшего стога речь летунца. — На твое счастье, я шибко догадлив. Враз смекнул, куда следует лететь, когда подслушивал за ставнем кухни.

— Ты понял, о чем я беседовал с сыном барона в лесу? — повернувшись на голос, уточнил Пол-лица.

— Эй-Эй! Потише! Не нацеливай это в мою сторону! — протестующе заскулил стог. — Да, я ухватил соль вашей болтовни, ховаясь по кронам деревьев, но постичь ее нюансы мне удалось. Как ты собрался избавлять барона от проклятия, если его вообще быть не может? Старший сын сам напал на барона, который просто защищался. Проклятие не карает тех, кто изначально не замышлял вредить другому и оберегал свою жизнь.

— Согласен, но они-то об этом не ведают, — опасливо озираясь, вымолвил Пол-лица.

— Покамест. А вот когда проклятие не появится, мигом сообразят, что к

чему и крепко осерчают, — поспорил Лёт, высунув голову из стога.

— Проклятие найдется, — убежденно сказал Пол-лица. — Им притворишься ты!

— Предлагаешь мне ухлопать барона?! — усмехнулся летунец, зашуршав соломой. — Что-то ты со спущенными портками малость поглупел. Запамятовал кто я такой? Мне не под силу влиять на людей не желающих причинять тебе зла.