Чтение онлайн

— Я пресытился одним подмастерьем. Еще дюжина мне ни к чему, —

покачав головой, категорично сказал Пол-лица.

— Ну раз ты не хочешь помогать ордену в этом деле, то отправляйся выпалывать сорняки на наш огород. Под моим постоянным доглядом трудиться будет намного веселей, — хитро прищурившись, с ходу предложил Белорук.

— Всегда мечтал стать хлеборобом, но старый глава полагал, что проклятия я секу лучше ботвы, — раздосадованно скривившись, молвил Пол-

лица.

— Надеешься сыскать работенку для смертника за рекой и пропасть еще на год? Не выйдет! Либо подмастерья, либо сорняки, — отрезал Белорук, хватив кулаком по столу.

Деланно поклонившись, Пол-лица выскочил из комнаты и, сбежав по лестнице, проследовал во двор. Плетущийся позади Савва бубнил что-то о страстной любви к садоводству чуть ли не с раннего детства, явно не желая еще раз одолевать опасный переход.

Страдальчески воззрившись на грядки, над которыми горбились взмыленные подмастерья, Пол-лица предпочел ретироваться подальше от главы ордена. Не обращая внимания на трусливую трескотню Саввы, он неспешно добрался до берега и прогулочным шагом миновал скрипучий мосток. Дождавшись умученного подмастерья, вынужденного вновь взывать к остаткам своего мужества, Пол-лица направился прямиком в сосновый молодняк. Углубившись в дебри, смертник молча уселся на хвойную подстилку и погрузился в раздумья.

— Опять хоронимся от кого-то? — удрученно вздохнув, протянул заскучавший Савва.

— Караулим летунца. Мы прежде с ним у той высоченной сосны встречались после моих визитов в дом, — сухо пояснил Пол-лица, облокотившись на поваленное деревце.

— А разве в ордене о нем не знают? — осведомился подмастерье, устраиваясь рядом со смертником.

— Старому главе было кое-что известно. А другим лучше вообще не сталкиваться с Лётом. Это с тобой он довольно-таки приветлив. Чужаков и любопытствующих глупцов летунец не жалует, — лениво растолковал Пол-лица.

— Приветлив со мной?! — вскинув брови, воскликнул Савва. — Не хотелось бы мне лицезреть его грубую сторону.

— Все кому не посчастливилось застать Лёта в дурном расположении духа скверно заканчивали. В нем уживаются… Впрочем, для тебя будет безопаснее пребывать в неведении, — неожиданно оборвал рассказ Пол-лица, словно спохватившись, что сболтнул лишнего.

— Безопаснее для меня было бы упомянуть, что я не простолюдин. Может тогда Белорук проявил бы к нам снисхождение, — проворчал

обиженный недоверием Савва.

— Да ему наплевать кто ты, ежели притащился без золота или влиятельной родни обеспокоенной твоим благополучием. Сорняки бы тебе, вероятно, не грозили, а вот работы на душной кухне сирому голодранцу не избежать, — сочувственно глянув на помрачневшего подмастерья, усмехнулся Пол-лица.

Разлапистые ветви сосен заколыхались, будто соглашаясь со словами смертника, и из гущи иголок вынырнул мокрый летунец.

— Ну как там в ордене? Порядочно проблем навешали? — справилась

рыбина, стряхивая капли с хвоста.

— Про нового главу ты, конечно, уже слыхал? — уточнил Пол-лица, заслоняясь рукой от брызг.

— А то! Тебя изгнали? — флегматично поинтересовался летунец.

— Хуже! Повысили до младшего смертника, — нахмурившись, проговорил Пол-лица.

— Не повезло. Надо было вмазать Белоруку хорошенько. После такого всенепременно бы вытурили, — со знанием дела посоветовал Лёт.

— Скорее сослали бы до скончания дней пропалывать огороды. Белорук сразу смекнул, что изгнанием меня не проймешь. Потому-то и приказал разыскать трех подмастерьев. Унизительное занятие для наторелого смертника. Ни тебе денег, ни почета, а повинностей и для десятерых с избытком будет, — озлобленно сплюнув, поспорил Пол-лица.

— Чего вы так трепещите перед этим повышением? По мне, так радоваться пристало. Неужели возвеличивание в ордене кому-то вредило? — недоуменно произнес Савва.

— С рядового смертника спрос невелик. Зато младший, кроме того чтобы обучать подмастерьев азам ремесла, вынужден еще и подчищать за ними. Если кто-нибудь из них не совладает с проклятием, завершать работу приходится наставнику. Предлагаешь радоваться лишнему риску или отсутствию приплаты за дополнительный труд? В довесок из низших чинов вовек не выслужиться до безмятежной жизни. Подохнешь раньше! — с жаром возразил Пол-лица, вскочив на ноги.

— Раз Белорук так жаждет напакостить, то почему он не поручил тебе гибельное дело, связанное с жутким посмертием? — с сомнением промолвил Савва.

— Что может быть гибельней ответственности за толпу остолопов? — грустно улыбнулся Пол-лица. — Я с тобой-то одним уже извелся. А пяток таких удальцов кого угодно загонят в могилу.

— А ты не думал подобрать для ордена особенных подмастерьев? — уцепившись за макушку корявой сосенки, полюбопытствовал непривычно сосредоточенный летунец.

— Это каких же? — озадачился Пол-лица.

— Самых никчемных. При одном виде которых тебя тут же захочется

лишить чина и послать на все четыре стороны, — разъяснил Лёт, глубокомысленно вороша плавником иголки.

— Здравая идея. Меня не за что будет карать сорняками, потому как я не отказывался от работы. Но и новое дело мне доверять станет боязно. Поди угадай каким еще манером я соображу насолить Белоруку, — воодушевленно рассудил Пол-лица.

— Осталось найти этих отборных неумех с талантом к вредительству, — заключил летунец, гордясь собственной башковитостью.

— Я догадываюсь кто нам поможет, — ухмыльнувшись, бросил Пол-лица.

Вновь разлучившись с летунцом, путники выбрались из леска и бодрым шагом дошли до старой ивы. Издали заметив возвращавшегося смертника, Живчик удивленно растопырил руки, прокричав:

— Что-то ты к нам зачастил. Не иначе сотоварищи по ордену осчастливили тебя приятной повинностью.

— Да уж, приятней некуда. Надобно подмастерьев отыскать, — посетовал Пол-лица, приблизившись к живцу. — Ты ведь всегда был охоч до досужих слухов. Не подскажешь, где обретаются мечтающие попасть в орден смертников?

— Все-таки Белорук понудил тебя в наставники податься. Не переживай, есть у меня на примете достойные кандидаты, — почесав затылок, кивнул Живчик.

— Мне бы лучше самых недостойных с ворохом передряг в придачу, — поспешил уточнить Пол-лица.

— Так и подмывает выспросить, на кой ляд тебе напрасные тяготы. Но я, пожалуй, стерплю. Авось проживу дольше, — огорошенно таращась на смертника, протянул живец.

— Неизменно ценил тебя за понятливость и тактичность, — поблагодарил Пол-лица.