Чтение онлайн

– Разрази меня гром, но на этот раз слухи не подвели, - пророкотал он, улыбаясь; правда, улыбка его искренней Джейд не показалась. Наоборот, она была холодной, циничной и откровенно зловещей.
– Когда Вирджил Тэйлор сказал мне, что младшая Макбрайд вновь заявилась в Гэллахер-сити, я решил, что он опять перебрал того зверского зелья, которое привозит его шурин Эрнест из Теннесси. Однако - вот она ты.

Собственной персоной.

Серые глазки жадно обшаривали ее с ног до головы. Джейд поплотнее запахнула ворот кимоно.

– На тот случай, если вы ни о чем не слышали, меня зовут Джейд Сазерленд.

Шериф пожал плечами.

– Знаешь, подруга, я всегда говорил, что леопард своей пятнистой шкуры не меняет. И как вижу теперь, младшая Макбрайд - все та же маленькая белая шваль, неважно, какое звучное имя носит, какое дорогое барахло надевает.

– У вас какое-то конкретное дело, шериф?
– отчеканила Джейд.
– Или в Гэллахер-сити появилась ключница, встречающая гостей хлебом-солью?

Раздражение шерифа угадывалось по ярко-красным пятнам на обвислых щеках.

– Что, девочка, языком все так же мелешь?

Все остришь?

– Это еще как сказать.
– Первый испуг уступал место неприязни и раздражению.
– Может, вы, шериф, вернетесь все же к своим прямым обязанностям, пока дождь окончательно не испортил вашу новую ковбойскую шляпу?

Краснота на щеках Локли стала более интенсивной. Он вцепился взглядом в глаза Джейд и провозгласил, стараясь перекричать раскаты грома:

– Мисс Кэсси Макбрайд, то бишь Джейд Сазерленд, ты арестована. За убийство Кинлэна Гэллахера.

***

Все складывалось чертовски плохо. Пятно на юбке, мокнущей в раковине, приняли за следы крови Кинлэна Гэллахера; нашелся еще и заляпанный кровью носовой платок старика, который Джейд обронила в машине.

– На револьвере, найденном в гостиной Гэллахера, - твои отпечатки пальцев, - заявил Локли.
– Как ты можешь объяснить это?

– Кинлэн хотел, чтобы я приняла его коллекцию на консигнацию для аукциона.

В сущности, так оно и было. Джейд не видела пока необходимости сообщать, что она отвергла предложение старого Гэллахера.

– Мне нужно было осмотреть оружие, чтобы определить его примерную стоимость, - продолжала Джейд.

Локли даже не скрывал недоверия.

– А как насчет пороховой гари на твоих пальчиках?
– перебил он.

Джейд опустила плечи.

– Ладно, - призналась она.
– Я стреляла из этого чертового револьвера. Но только не в Кинлэна.
– Джейд перевела дыхание.
– Видите ли, я была вне себя. И выстрелила в его портрет.

– Да, мы обнаружили дырку в картине, - подтверди Локли.
– Ты здорово изуродовала ценное произведение искусства. Но сдается мне, в первый раз ты просто промахнулась. В Кинлэна Гэллахера ты попала со второго выстрела.

– Второго выстрела?

– Брось, не хуже моего тебе известно, что из револьвера стреляли дважды.

– Ничего такого мне не известно. Я не убивала старика.

– А что же делать со свидетелями?

– Свидетели?
– Джейд побелела.

– Двое рабочих с ранчо видели, как ты улепетывала в аккурат после второго выстрела, который они прекрасно слышали. Есть также очевидцы, помнящие, как ты поклялась обязательно расправиться с Гэллахером, даже если для этого придется ждать годы.

– Выстрел был один. А насчет расправы, то это дела давно минувших дней, - возразила Джейд.
– Тогда я была девчонкой. Напуганной и оскорбленной, кстати сказать.

Лицо шерифа скривилось в ядовитой ухмылке.

– Это ты будешь объяснять суду.

Когда наконец Джейд разрешили воспользоваться телефоном, она набрала номер Нины.

– Ни о чем не беспокойся, - сразу успокоила ее Нина.
– Я разыщу лучшего адвоката по уголовным делам.

Джейд, которая ожидала увидеть кого-нибудь вроде Перри Мейсона, восприняла появление Маргарет Браун как удар. Адвокат Браун прибыла в полицейский участок сразу из аэропорта.

Одета она была в простенькие джинсы и футболку. Копна кудрявых темных волос обрамляла почти ангельское личико. С виду Маргарет была как девочка-подросток. Сердце Джейд сжалось.

– Я очень признательна вам за скорый приезд, - осторожно подбирая слова, сказала Джейд.
– Но позвольте спросить, сколько же вам лет?

Густые темные брови Маргарет взметнулись вверх.

– Вот уж не думала, что подозреваемые в убийстве могут интересоваться моим возрастом.

Джейд смутилась.

– Просто я хотела узнать...

– ..мой послужной список?
– закончила Маргарет.
– Что же, извольте. В высших юридических сферах меня считают в своем роде феноменом. В девятнадцать лет я закончила высшее образование - Станфордский университет. Меня сразу приняли на работу в юридическую фирму "Дэли, Хартвелл, Каплан и Штейнберг", о которой вы, разумеется, слышали.

"Их услугами всегда пользовался Сэм", - вспомнила Джейд и коротко ответила:

– Конечно.

– Два года назад я стала одним из совладельцев фирмы. За прошедшие десять лет выиграла девяносто процентов дел. И эта цифра была бы выше, если бы клиенты были полностью со мной откровенны, чего я жду от вас. Услуги мои очень дороги, но поскольку вы при деньгах, это обстоятельство нам не помешает.
– Маргарет села за стол.
– Еще вопросы?

– Только один, - сказала Джейд.
– Когда вы приступите к работе?

– Я уже приступила, - улыбнулась Маргарет.

Она подробно и настойчиво начала расспрашивать Джейд, и та поведала всю свою историю, включая "тайну", что Рорк Гэллахер, отец Эми, якобы приходится ей сводным братом.

– А, соответственно, Кинлэн Гэллахер якобы приходится вам отцом, заметила Маргарет, не переставая строчить что-то на листах желтой бумаги. Предательство - мотив, освященный веками. Узнав подробности ваших отношений с убитым, я могла бы предположить, что в свое время у вас были серьезные мотивы. Особенно когда вышел на поверхность факт шантажа вашей матери, имевшей целью разрушить отношения между вами и человеком, которого вы любили.

– В юности - после тюрьмы - я Кинлэна ненавидела. Слепо, безумно ненавидела. Хотела его смерти, - призналась Джейд.
– Сколько раз представляла себе, как покончу с ним. Но совершить убийство... Я бы никогда не пошла на это.

– Значит, нет?

– Нет.

Маргарет что-то черкнула в своих бумагах.

– Тогда - нет. А позднее?

– Позднее у меня появилась свой жизнь - Эми, работа, Сэм. Все эти мысли отошли в прошлое. В каком-то смысле я могу быть благодарной Кинлэну Гэллахеру.