Чтение онлайн

– Ты что, старая крыса, еще торговаться будешь? Черта с два! Сделаешь, что тебе сказано, или тебе крышка. Во время одного из твоих поджогов погибло два человека. А это уже умышленное убийство, понятно тебе?

– Я не...

Я грохнул по столу кулаком и наклонился к нему еще ближе. Теперь мое лицо было всего сантиметрах в пяти от него.

– Кончай прикидываться дурачком, еще одно "я не" услышу, сгниешь, скотина, за решеткой.

Я замолчал, подумав, что, наверное, немного перегнул палку, когда стукнул кулаком по столу. Но, похоже, нет. Он весь сжался, словно складной стул.

– Хорошо, хорошо. Конечно. Я все сделаю.

– Еще бы ты не сделал, - проревел я.
– И запомни, будешь плохо стараться, и глазом моргнуть не успеешь, как сядешь за убийство первой степени. Но сначала я лично разорву на две половины твою паршивую задницу.

– Хорошо, хорошо, - залепетал он.
– Хорошо. Сколько нужно для начала?

– Я пришлю счет. А если после моего ухода тебе вздумается позвонить и попросить Гарри Коттона, чтобы он меня убил, ты будешь сильно разочарован.

– Нет-нет, я и не думал даже.

– Счета оплачивать сразу по получении, - отрезал я.

– Да-да, конечно. Сразу по получении.

Я круто повернулся и вышел из кабинета. Подождал минуту и снова распахнул дверь. Джакомин висел на телефоне. Увидев меня, он сразу же бросил трубку.

– Ну да, нетрудно было догадаться, - сказал я.
– Лучше не надо, Мэл. Иначе суд можно будет провести и в столице. А уж после него никакой амнистии не жди.

Он молча смотрел на меня. Я оставил дверь открытой и, не оглядываясь, вышел из конторы.

Теперь нужно было побеседовать с Пэтти Джакомин. Ее Стивен жил в Бостоне, в Чарлз-ривер-парк. Я остановил машину на Блоссом-стрит и прошелся пешком.

Мне открыла Пэтти. Стивен тоже сидел дома. Он был одет в голубую рубашку "Ливайз", выгоревшие джинсы и высокие мокасины. На шее висел тонкий кожаный ремешок. Он сидел в кресле, держа в руке огромный стакан.

– Что вам здесь надо, черт бы вас подрал?
– спросила Пэтти, пропуская меня в дом. В руке у нее был такой же стакан, как и у Стивена.

– О Боже, это, похоже, у вас семейное.

– Что?

– Такое приветствие.

– Так что же вам все-таки надо?

– Нужно поговорить. Наедине.

– От Стивена у меня секретов нет.

– А по-моему, все же есть. Не думаю, что вы много рассказываете своему диско-мальчику о поездках в Нью-Йорк.

– Что, простите?
– Пэтти чуть вскинула голову.

– Мы можем хотя бы пять минут поговорить наедине? Она ненадолго замолчала, потом кивнула:

– Конечно, если вы настаиваете. Стивен? Ты...

– Конечно, дорогая, - быстро ответил он.
– Если понадоблюсь, я буду в спальне.

Я еле удержался, чтобы не отпустить какую-нибудь колкость. Я прошел через комнату и встал возле нее. Отсюда Стивен не мог услышать наш разговор.

– Что вы делаете, мерзкое животное, - тихо прошипела Пэтти.

– Ничего. Просто говорю вам, что знаю о ваших ежемесячных путешествиях в нью-йоркский отель "Хилтон", где вы трахаетесь с первым, кто подвернется под руку.

– Гнусный ублюдок, - все так же тихо прошипела Пэтти.

– Ага, - улыбнулся я.
– Значит, поняли, что к чему?

Она покраснела и замолчала, не в силах вымолвить ни слова. Потом поднесла стакан к губам и сделала большой глоток бренди.

– Я уже имел беседу с вашим мужем, - продолжал я.
– Для него у меня тоже нашлись подарки. Мы решили, что он не трогает Пола и оплачивает его счета, а я держу рот на замке. Вам же я предлагаю гораздо более выгодные условия: вы просто не трогаете Пола, а я держу рот на замке. Вам даже не придется ничего платить.

– А что за подарки вы приготовили Мэлу?

– Давайте лучше вернемся к нашим баранам, милочка.

– И все же?

– Это не ваши проблемы. Ваши проблемы в том, чтобы либо согласиться с тем, что я вам предлагаю, либо смириться с тем, что я сейчас пойду в спальню и немножко поболтаю с вашим диско-мальчиком.

– Не называйте его так. Его зовут Стивен.

– Так вы отстанете от Пола?

– От собственного сына?

– Именно. Ну так что?

– Что значит "отстанете"?

– Это значит позволите ему уехать учиться, проводить каникулы у меня или там, где ему захочется, не будете делать никаких попыток заявлять в суд свои права на него или заставлять его жить с вами или вашим мужем.

– О, Боже, и за все это вы не станете рассказывать о каком-то одном неблаговидном поступке?

– О ежемесячных неблаговидных поступках. О ежемесячных случайных связях - наугад, с кем попало. И возможно, еще и на почве психического расстройства. Я бы на вашем месте обратился к врачу. И еще. Если вы не сделаете то, что я говорю, вы не получите от своего мужа ни единого цента, ни алиментов, ничего.

– Как вы можете...

– Позвоните ему. Посмотрим, что он скажет.

Пэтти покосилась на телефон.

– Вот так вы и останетесь, - продолжал я.
– Одна - одинешенька, позабыта-позаброшена. Ваш диско-Стив бросит вас тут же, как только узнает, что случилось.

– Это не психическое расстройство, - попыталась возразить Пэтти. Если бы так делал мужчина, все бы считали, что это вполне нормально.

– Я бы не считал, но это уже другой вопрос. Я хочу спасти мальчишку и сделаю все, чтобы вырвать его у вас из рук. Так что либо вы согласитесь, либо останетесь доживать свои дни в нищете и одиночестве, как говорят в мыльных операх.

Она посмотрела на дверь спальни, куда ушел Стивен. Покосилась на телефон. Выглянула в окно. И медленно кивнула.

– Значит "да"?
– спросил я.

Она снова кивнула.

– Я хочу услышать ответ.

– Да, - прошептала она, не отрывая взгляда от окна.

– Хорошо, - сказал я.
– Можете звать Стивена и допивать бренди.

Я повернулся и зашагал к двери.

– Спенсер?

– Да.

– Так что же все-таки сделал Мэл?

Я покачал головой, вышел и закрыл за собой дверь.