Чтение онлайн

Она попыталась не обращать внимания на звук, который раздавался, когда нечто проплывало мимо нее, постаралась сосредоточиться на звуке дождя. Но у нее ничего не получалось. Мягкое журчание раздавалось каждый раз, когда тень меняла направление. Зверь искал выход. Как и она.

И снова раздался приглушенный стук из соседней комнаты. Соседка все еще была жива. На несколько секунд Ида так обрадовалась, что даже забыла об опасном звере, но вдруг он показался прямо возле нее и промчался в угол за телевизор. В этот раз она не сдержалась и закричала, из-за чего тень заметалась по всему бассейну. Крик отразился от стен комнаты и стало казаться, что тень превратилась… в тень ее голоса. Ида снова закричала, тень оживилась. Она снова пронеслась прямо возле девочки, в панике Ида вскочила на ноги. Теперь она напоминала… нет, этого просто не может быть. Ради всего святого, только не это. Девочка укусила себя за руку, чтобы не закричать.

Мамочка! Это же… Она даже не могла прошептать это слово.

И снова звук из соседней комнаты. Ида не могла понять точно, что именно, но что-то изменилось. Стук стал слабее, промежутки увеличились. Ее соседка, видимо, очень устала.

И вдруг она поняла, что именно изменилось. Что-то безжизненное болталось в воде в соседней комнате и периодически мягко ударялось о стену. Она была одна. Только она… и зверь.

Хольму из «Хуртируты» понадобилось пятьдесят пять минут на то, чтобы получить все необходимые разрешения.

— Два списка, — сказал он. — Те, кто работает, и те, у кого выходной.

— Прекрасно.

— Мне все еще не нравится электронная почта.

— Мне тоже, — согласился Рино, который в данный момент был готов подтвердить все, что угодно.

— Тогда нажимаю кнопку.

— Все получил, — подтвердил Рино, открывая приложение и распечатывая список. Он заметил, что количество людей в экипаже с годами заметно сократилось. Эффективность.

— Чарльз Тровик. В прошлый раз он тоже был. — Гюру показала пальцем на строчку в списке.

Рино положил листок со всеми именами на стол.

— И он. — В этот раз Гюру коснулась его плеча, наклоняясь поближе, чтобы перепроверить. — Хенрик Хансен. То есть их двое.

— Бергхейм. — Они произнесли имя почти одновременно. В списке тех, у кого выходной.

— Симон Бергхейм. Работает коком, как и тогда.

Рино еще раз проглядел список, а потом вычеркнул все остальные имена.

— Итак, у нас три человека, которые работали на «Лофотене» в те времена и делают это до сих пор. Двое из них сейчас на борту, один дома.

— Мы его нашли? — голос Гюру дрогнул.

— Возможно.

— Нужно выяснить, связан ли кто-нибудь из них с Эйнаром Халворсеном.

И снова Рино почувствовал в ее голосе оттенок сомнения. Что-то поколебало ее абсолютную уверенность в том, что проповедник похитил собственного ребенка.

— Симон Бергхейм, адрес: Мёрквед. Навестим его?

Рино попытался собраться с мыслями. «Хуртирута» — с Чарльзом Тровиком и Хенриком Хансеном на борту — находилась сейчас у побережья Финнмарка. Сам он гораздо в меньшей степени, чем Гюру, верил в теорию третьего дня, то есть вполне возможно, что Иду удерживает все-таки кто-то из тех двоих. Если следовать методу исключения, они предупредят коллег.

— Это может быть и кто-то из остальных двоих, — сказал он.

Гюру вопросительно взглянула на напарника.

— Она совсем не обязательно на борту. Он мог оставить ее без присмотра…

— Или она может быть мертва, — добавила Гюру.

— «Лофотен» — это зацепка. Корабль находился у пристани во время всех исчезновений, и в Тромсё, и в Будё, и в Свольвере. Причем стоял достаточно долго для того, чтобы кто-то из членов экипажа успел похитить девочку и принести ее на борт.

— Или один из пассажиров.

— Или один из пассажиров, — подтвердил Рино, хотя ему очень не хотелось рассматривать эту версию, ведь в этом случае найти преступника будет практически невозможно.

— Черт! — Рино бросился к телефону и снова набрал офис «Хуртируты». — Этот Бергхейм, — спросил он, убедившись, что на другом конце провода все тот же Хольм. — Когда он сошел на берег?

В этот раз Хольм оказался более подготовленным.

— В субботу.

В тот же день, когда была похищена Ида.

— Если вы хотите с ним поговорить, рекомендую поехать в его загородный дом.

— Где он находится?

— Он называет его усадьбой, но на самом деле это старый дом. Он находится в Свольвере, и именно оттуда Бергхейм обычно заступает на службу.

— Вы не знаете, он ездил туда в субботу?

— Эээ… возможно, это на нашей совести. Даже если он так и сделал, то не зарегистрировался ни как пассажир, ни как член экипажа.

Она сама его вызвала. Ремонт в доме, подчеркнула она. Уже неделю стояли морозы, и так как по ночам она все равно не спала, то прекрасно слышала металлическое позвякивание оконных перекладин, когда становилось совсем холодно. Днем скованная инеем трава чуть-чуть оттаивала, но как только наступал вечер, налетал пронзающий ветер с болот, и все вокруг покрывалось беленой пеленой. Ее ждала холодная зима. Во всех смыслах.

Они договорились начать в восемь утра. Ей было важно приступить к работе пораньше. Когда он зашел на кухню, его брови были покрыты инеем. В остальном все было, как и в тот раз, он чуть сутулился и старался не встречаться с ней взглядом.

Неутолимая похоть.

— Вы купили все, что нужно? — спросил он, присаживаясь за стол на кухне. По какой-то причине он говорил вполголоса.

— Да. — Она сказала, что потребуется покрасить стены, но ему не нужно привозить никакого оборудования или материалов.

— Все комнаты, да? — Он все еще говорил шепотом.

— Да, все.

Она сняла чайник с плиты и налила кипяток в заранее заготовленные кружки. Та, что справа, предназначена ему. Белый порошок, в который превратились пять таблеток снотворного, растворился, не оставив на поверхности кофе никаких следов. А если бы следы остались, она бы налила чуть-чуть молока, сославшись на то, что помнит, что он любит кофе с молоком. Она поставила перед ним кружку и поднос с бутербродами.

— Нельзя работать на пустой желудок.

Он съел два бутерброда, и повисла неловкая тишина.

— Нет ничего лучше кофе по утрам. — Она взяла кружку обеими руками и сделала большой глоток.

— Я пил кофе в кемпинге. Не могу без него проснуться.

— Может быть, слишком крепкий?

— Нет, нет, все хорошо.

— Уф, я часто варю слишком крепкий кофе. — Она сделала печальное выражение лица, и он взял кружку в руки. Лишь на мгновение он решился посмотреть ей в глаза.

— Пожалуй, пора начинать.

— Попейте со мной кофе.