Чтение онлайн

• УБИЙСТВО МОЛОДОГО ПИЗОНА, СОПРАВИТЕЛЯ ГАЛЬБЫ, ПО ПРИКАЗУ ОТОНА. — Одновременно с Гальбой убит и молодой Пизон, его соправитель. При этом Плутарх напрямую связывает гибель Пизона с приказом Отона (Годунова). Известно следующее: «Отон, однако же, когда ему принесли эту добычу (отрубленную голову Гальбы — Авт.), воскликнул: „Это еще ничего не значит, друзья, а вот, покажите-ка мне голову Пизона!“ И спустя немного ему принесли и эту голову. МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК был ранен, бежал, но некто Мурк настиг его у храма Весты и убил» [660], т. 3, с. 418.

Таким образом, Отон приказывает убить молодого правителя Пизона. Перед нами — еще одно отражение романовской легенды о том, что «плохой» Годунов (Отон) приказал убить юного царевича Дмитрия (Пизона), которого рассматривали как законного претендента на трон.

• ОТРУБЛЕННАЯ ГОЛОВА ОЛОФЕРНА. — Напомним, что библейская история полководца Олоферна, погибшего от руки коварной Иудифи, это — отражение гибели русско-ордынского правителя (Ивана Ивановича или Малюты Скуратова) в истории Есфири = Елены Волошанки. То есть яркое событие из эпохи Ивана Грозного. Поэтому сообщения Светония и Тацита об отрубленной голове Гальбы тоже могут быть смутным отражением одного из сюжетов «истории Есфири». Ведь голова Олоферна была отрублена. Кроме того, тот факт, что царевичу Дмитрию перерезали горло, некоторые летописцы могли истолковать в том смысле, что ему отрезали, «отрубили» голову, рис. 7.13.

Теперь становится понятно, почему у Светония и Тацита так мало говорится о Гальбе (по сравнению с предыдущими Цезарями). По той простой причине, что он является «склеенным» отражением Симеона Бекбулатовича и царевича Дмитрия. А в русской истории и том и о другом персонаже сведений сохранилось действительно немного.

Рис. 7.13. Царевич Дмитрий убит. Вокруг собираются люди. «И текоша вси на гласъ звона ко двору цареву, и видеша государя своего царевича Димитриа, по среде двора лежаща, яко агнца закланна… Матерь же благоверную царицу Марию Феодоровну, такодже и кормительницу, обе лежащи, яко мертвына земли». «Из жития царевича Димитрия» Императорского общества любителей древней русской письменности. Взято из [578], кн. 2, с. 679, илл. 250.

На рис. 7.14 приведен рисунок XIX века, показывающий так называемый «Терем Димитрия царевича» в Угличе.

Рис. 7.14. «Терем Димитрия царевича в Угличе». Взято из [578], кн. 2, с. 675, илл. 246.

Двигаясь шаг за шагом по книгам Светония и Тацита, мы вступаем в эпоху Великой Смуты. Здесь характер повествования у «античных классиков» меняется. Теперь основной упор делается на военных действиях. Многими страницами начинают идти описания гражданских войн, битв, восстаний в имперских провинциях. Сообщается масса подробностей о воинских походах, происходивших в самых разных концах Римской Империи. Если при Отоне смута только-только зарождается, то при его преемниках она уже разрастается до грандиозных размеров. Вряд ли имеет смысл прослеживать все детали военных действий. Они многочисленны и запутаны. Мы не будем в них разбираться и сосредоточим внимание лишь на узловых событиях.

Начнем с русской истории. Следующим русско-ордынским царем-ханом, после Федора Иоанновича, был Борис Годунов. В книге «Новая хронология Руси», гл. 9:2, мы задали вопрос: Был ли царь Борис «Годунов» сыном захудалого помещика Федора Ивановича? И показали, что ответ — отрицательный. Напомним, что пишут о происхождении «Годунова» историки. Традиционно, Борис Годунов считается сыном никому не известного «помещика Федора Ивановича» [777], с. 5. И опять отцом является Федор Иванович! А почему «никому не известный»? Да потому, что историки не могут указать никакого другого Федора Ивановича, КРОМЕ ЦАРЯ. А назвать реального царя Федора Ивановича отцом «Годунова» они не догадываются. Вот и получается, что пришлось объявить Федора Ивановича — отца будущего царя «Годунова» — БЕЗВЕСТНЫМ ПОМЕЩИКОМ. Более того, нам сообщают, что когда «московские власти составили списки „тысячи лучших слуг“, включавшие весь цвет тогдашнего дворянства, ни Федор, ни его брат Дмитрий Иванович Годунов не удостоились этого звания» [777], с. 6. То есть Годуновы не вошли в список! Историки пытаются придумать объяснение. «Вытесненные из узкого круга правящего боярства в разряд провинциальных дворян, они перестали получать придворные чины и ответственные воеводские назначения» [777], с. 5. Таким образом, царь Борис Годунов в миллеровско-романовской истории возник как бы «из ничего». То есть, его непосредственные предки были якобы совершенно неизвестными людьми, не имевшими никакого отношения к царскому московскому двору. В общем, выскочки.

Наше мнение таково. Предки Бориса «Годунова» по отцовской линии были русско-ордынскими ЦАРЯМИ, а не какими-то там худородными безвестными помещиками. В частности, отец Бориса — Федор Иванович — был, попросту, ЦАРЕМ. Поэтому, само собой разумеется, никак не мог упоминаться в списках СВОИХ ЖЕ «лучших слуг».

Обратимся теперь к жизнеописанию «античного» Отона. На рис. 8.1–8.3 приведены его старинные бюсты. На рис. 8.4 — монета Отона.

Рис. 8.1. Римский император Отон. Мрамор. Мюнхен. Глиптотека. Это — западное-европейское смутное представление о царе-хане Борисе Годунове. Взято из [874], илл. 20.

Рис. 8.2. «Античное» изображение императора Отона. Хранится в Ватикане. Скорее всего, перед нами — поздняя скульптура XVII–XVIII веков. Так западные европейцы представляли Бориса Годунова. Взято из [304:1], т. 1, с. 690.

Рис. 8.3. Еще одно изображение того же «античного» бюста Отона. Рим, Ватиканские музеи. Взято из [760], вклейка между с. 184–185.

Рис. 8.4. Отон. Медная монета. Взято из [660], т. 3, вклейка между с. 424–425.

Рассказывая о происхождении Отона, Светоний сообщает, что «дед его, Марк Сальвий Отон, был сыном римского всадника и женщины НИЗКОГО РОДА — МОЖЕТ БЫТЬ, ДАЖЕ НЕ СВОБОДНОРОЖДЕННОЙ (то есть рабыни! —

Авт.); благодаря расположению Ливии Августы, в доме которой он (дед Отона — Авт.) вырос, он стал сенатором, НО ДАЛЬШЕ ПРЕТОРСКОГО ЗВАНИЯ НЕ ПОШЕЛ» [760], с. 181.

Таким образом, по одной линии император Отон был, дескать, низкого происхождения. Потому и дед его многого не достиг.

Скорее всего, перед нами — отражение поздней романовской точки зрения на Годунова-Отона. Его старались «выкрасить» в неблагородные цвета.

В то же время Светоний сообщает следующее. «Предки Отона… из семейства древнего и знатного, берущего начало от этрусских князей… Отец его, Луций Отон, по матери принадлежал к ОЧЕНЬ ЗНАТНОМУ РОДУ со многими влиятельными связями, а лицом БЫЛ ТАК ПОХОЖ НА ИМПЕРАТОРА ТИБЕРИЯ И ТАК ИМ ЛЮБИМ, ЧТО ИНЫЕ ВИДЕЛИ В НЕМ ЕГО СЫНА…

Сенат почтил его редкою честью — статуей на Палатине, а Клавдий причислил его к патрициям, восхвалял его в самых лестных выражениях, и даже воскликнул: „Лучше этого человека я и детей себе желать не могу!“» [760], с. 181.

Мы видим, что по другой линии, по отцовской, император Отон принадлежал к весьма знатному роду. Более того, говорится, что его отец был настолько похож лицом на императора Тиберия, что некоторые считали его СЫНОМ ИМПЕРАТОРА ТИБЕРИЯ. То есть Грозного, по нашим результатам.