Расколотые небеса
Шрифт:
Она махнула на него, но он быстро свернул с ними в узкий коридор, в затемненную нишу. Он прижал ее к стене между своими руками, загораживая голову. Она распластала ладони на прохладном камне за спиной, моргая.
— Что, ради Небес, на тебя нашло? — прошептала она хрипло, сквозь стиснутые зубы. — Мы посреди замка, где любой может на нас наткнуться, и это не самое дружелюбное положение.
— Не отмахивайся от меня, как от одного из своих временных увлечений, — отрезал он, вглядываясь в ее лицо. — Мы значим друг для друга куда больше этого.
— Это не одна из твоих головоломок, которые нужно решить, Пирс, — пробормотала она, сужая глаза. — Ты мне ничего не должен.
— Я не жалею, что поцеловал тебя. — Его дыхание опалило ее щеки, скользнув по уху. — А ты сожалеешь?
Она несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем ответить:
— Неважно, сожалею я или нет. Ты в отношениях с Гаврилом и заявляешь, что любишь нас обоих, но я не слышала из его уст, в курсе ли он.
— Сиб… — Пирс простонал, запрокинув голову. — Я чуть не увидел, как ты умираешь. Мне еще предстоит осознать, через что я прошел и что это значит для меня сейчас. С тех пор случилось слишком много.
— Тогда тебе нужно подумать об этом. — Она фыркнула, нахмурившись с недоверием. — Ты не можешь сидеть и использовать меня в это время.
— Я не использую тебя, Сибил. — Пирс усмехнулся, но в его глазах был темный огонек. — Если бы я хотел кого-то использовать, у меня не было бы проблем найти добровольца. Я жажду тебя — ничто не может сравниться с твоим вкусом подо мной.
Сибил всхлипнула, когда он прижался бедрами к ней, его грудь прижала ее между ним и стеной. Она отвернула голову, чтобы сопротивляться желанию, нарастающему внутри нее. Он наклонился и прикусил ее кожу, выманивая у нее вздох.
— Ты стремишься пытать меня как мое искупление, — прошептала она, задыхаясь.
— Искупление? — Голова Пирса резко отдернулась. — За что?
— За все те разы, когда я дразнила и подначивала тебя, — призналась она, сглотнув под его яростным взглядом. — Ты сам сказал это в Гите.
Пирс зарычал, и этот звук отозвался в ее первобытной части, и он захватил ее губы. Она взвизгнула от внезапного движения, но его мягкие губы втянули ее в более глубокий поцелуй, его язык скользнул по ее нижней губе. Она застонала, потерявшись в моменте, пока его огрубевшая рука не схватила ее за щеку.
Сибил уперлась обеими руками в его грудь и, используя свою силу, оттолкнула его. Он отшатнулся в легком шоке, но этого ей хватило, чтобы проскользнуть обратно из темного коридора и продолжить свой путь.
Слезы собрались в уголках ее глаз, а пальцы задрожали у губ. Ее сердце с трудом билось, колотясь в груди. Оно злилось на нее за уход и в равной степени злилось за то, что она снова ответила на поцелуй.
Она никогда не переставала любить его. Хотя его признание в Селестии в том, что он все еще любит ее, согревало каждую частичку ее существа, факт оставался фактом: он и Гаврил были парой, и она не знала, говорил ли Пирс с ним о случившемся.
Сибил была уже около коридора, ведущего к конюшням, когда острая боль пронзила ее от затылка до глаз, и зрение полностью пропало. Она вскрикнула, ее ладони и колени ударились о грубый пол. Это ощущение исчезло вместе с любым подобием реальности.
Крики эхом разносились бесконечно, тону в кровавой влажности. Она забивала воздух, сдавливая, пока не сочилась из раненых конечностей.
Эфир кружился, как паутина, сквозь тела, громоздящиеся по обе стороны, молнии прочерчивали небо с яростным грохотом, вызывавшим грохочущий рев.
— Теперь ты будешь смотреть, как я уничтожаю единственное, что ты когда-либо любила.
Мир содрогался, хор криков поднимался снова, пока синий огонь преследовал вспышки белого и золотого, бесплотные голоса произносили слова, слишком искаженные, чтобы понять.
Середина пустынного поля поднялась, зеленовато-карие глаза потускнели, пока кровь капала из уголка его рта. Зов змея выл, его мука ослепляла, дыхание вырывалось, когда он падал на землю…
Сибил очнулась резко, задыхаясь от воздуха, который был вырван из ее легких.
— Все хорошо, — прошептал Пирс у нее над головой, держа ее на коленях. Он успокаивал ее, целуя в висок. — Я здесь. Ты в безопасности.
Сибил в панике вырвалась с его колен, задыхаясь, пока образы в голове медленно угасали. Она замотала головой из стороны в сторону, изучая окружение, потому что она больше не была в коридоре.
Это были покои Пирса, это она знала, хотя не понимала, как здесь оказалась. Он сидел на диване посередине комнаты, смотря на нее так, будто она могла превратиться в змея прямо в его комнате.
— Дыши, — мягко сказал он, поднимаясь с дивана мучительно медленно. — Оставайся со мной.
Она сглотнула, поморщившись от сухости в горле.
— Что случилось?
— Ты упала в коридоре, и у тебя началось видение, — сказал он, делая один шаг вперед. — Я принес тебя сюда, потому что ты задыхалась. Прямо перед тем как очнуться, ты начала кричать.
Она покачала головой, заставляя свое дыхание успокоиться, закрыв глаза. Они тут же распахнулись, когда на обратной стороне век проигралось видение.
Она встретила взгляд Пирса.
Его зелено-карих глаз.
Неожиданно рыдание поднялось в ее груди, и она попыталась подавить его рукой у губ, пока он приближался.
Сибил знала, что в ее видении был Пирс. Правда гудела в ней, как колокол, звеня в груди.
И она не могла сказать ему, что видела.
— Эй. — Он мягко опустил ее руку с губ, другой положив на ее щеку. — Ты дрожишь. Ты можешь вообще говорить об этом?
Она яростно замотала головой, и это выпустило слезу по ее щеке. Пирс поймал ее большим пальцем, его губы слегка поджались.
— Чем я могу помочь? — Его рука скользнула вниз по ее бицепсу, в то время как другая поднялась к другой стороне. — Что тебе нужно?
Ты.
Ей нужен был он.
Ей нужно было вернуться в прошлое и остановить себя от разрыва между ними. То, что она видела, было не так далеко, а это означало, что она потеряет его в этом мире.
Сибил думала, что потеряет его от старости, десятилетия спустя. Она чувствовала себя полной дурой за то, что потратила последние несколько лет на дружбу с ним, держа дистанцию, когда могла бы провести остаток его жизни с ним.