Чтение онлайн

Морана вопросительно посмотрела на нее, приподняв одну бровь.

Ноздри Астерии раздулись, ее губы сжались в твердую линию, и она один раз покачала головой.

Им нужно будет поговорить позже.

ГЛАВА 61

АСТЕРИЯ

Астерия переместилась прямо в комнату Уэллса в дворце Аггелос, надеясь, что он будет там. Камин был растоплен — весенний воздух Эльдамайна по ночам все еще был слишком холоден, чтобы обходиться без огня, — и согревал пространство помимо исходящего от него жара. Все в этой комнате кричало об Уэллсе — от мебели из вишневого дерева до темно-синих шелковых простыней, покрывавших кровать.

Когда он вышел из ванной комнаты, его кудри были влажными, а грудь обнаженной, ее тело мгновенно расслабилось после разговора с Лиранцами.

— Как прошла встреча? — спросил Уэллс, скрестив руки и прислонившись к дверному проему. По его щекам расплылась хитрая ухмылка. — Вы вообще пришли к какому-то выводу, или ты снова ушла в припадке?

Она бы закатила глаза и подыграла ему, будь она в другом настроении.

Но ее мысли были разрозненны. Она больше всего на свете хотела поговорить с ним о произошедшем — о том, что может ждать впереди. Это было все, о чем она могла думать, чем глубже заходили ее дискуссия с Лиранцами. Она хотела поговорить с ним.

Она нуждалась поговорить с ним.

— Блю? — Уэллс оттолкнулся от стены и медленно направился к ней. Он взял ее руки в свои, притянув ее тело к себе. — Что случилось?

— Без Селестии и Эфирии у нас остался один последний вариант, чтобы победить других Лиранцев, если что-то пойдет не так. — Она нахмурилась, покачивая головой. — Это… Я не знаю, что об этом думать.

— Иди сюда, — сказал Уэллс, отступая к своей кровати. Он сел на матрас, обхватил ее за талию и усадил на свое колено, обернутое полотенцем, пока сам сидел на краю. — Говори со мной.

— Есть такая штука… — Она раздумывала, как это назвать, не зная, как ему объяснить. — Там, откуда Лиранцы, есть нечто, называемое Затвор Ахлис. Он используется, чтобы скрыть Королевство. Они хотят заманить других Лиранцев на встречу в Эонию, а затем развернуть Затвор вокруг Авиша, чтобы запереть их снаружи.

— Почему это не было вариантом с самого начала? — Уэллс выпрямил спину, его взгляд бегал по ее лицу. — Честно говоря, это звучит предпочтительнее войны.

— Есть несколько моментов, которые требуют обдумывания, — объяснила она, проводя руками вверх и вниз по его обнаженным предплечьям. — Эония — это карман внутри этого Царства. Есть вероятность, что когда мы запечатаем Авиш, это также отсечет Эонию от Вселенной. Он не просто не пускает внутрь, но и не выпускает наружу.

Уэллс медленно кивнул, сжав губы, руки напряглись на ее талии.

— Несколько Лиранцев должны будут остаться в Эонии с остальными, чтобы заманить их туда, а это значит, что они навечно окажутся в ловушке в Эонии друг с другом. — Сердце Астерии бешено заколотилось в груди при воспоминании о разговоре. — А некоторым нужно будет остаться здесь, чтобы создать Затвор внутри Авиша — иначе он не сработает.

— Они не могут создать его вокруг Эонии? — Он склонил голову набок, хмурясь. — Есть ли шанс, что они запечатают только Эонию, а не обе?

— Это можно сделать… — Она сглотнула, и ее руки задрожали. — Дело в том, что Затвор должен быть создан изнутри плана, который ты хочешь скрыть. Это значит, что Затвор нужно будет создать внутри Эонии, и тот, кто его создаст, окажется в ловушке в Эонии без возможности выбраться.

— Так или иначе, Лиранцы окажутся в ловушке в Эонии, — сказал Уэллс, растирая ей спину. — Ты вся напряжена, Астерия. Что не так?

— Чтобы создать Затвор, нужны Энергия, Эфир и звездный огонь. — Слова были такими тихими, что она не была уверена, слышит ли он, пока его руки не одеревенели вокруг нее. Она подняла взгляд и увидела в его глазах панику. — Необходимый объем силы должен исходить от двух Лиранцев. Только Даника, Галлус и я можем создать Затвор. Мы оба знаем, что Галлус на противоположной стороне, а значит…

— Тебе и Данике придется создать Затвор. — Он стиснул челюсть, но затем расслабился. — Ты не хочешь покидать Авиш, а Даника предпочла бы оказаться в Эонии?

— На данный момент, Род и Морана скорее останутся здесь, чем будут заперты в Эонии. Данике, кажется, все равно. — Астерия пожала плечами, избегая его взгляда. — Ирена считает, что может быть полезна, чтобы заманить других в Эонию.

— Значит, ты беспокоишься о том, чтобы оказаться запертой здесь с Даникой и Родом, — заключил он, борясь с улыбкой. — Что вызывает у тебя такую нервозность от такой перспективы?

— Я не хочу, чтобы они узнали о моем желании потерять бессмертие, — прошептала она, слезы закололи глаза. — Но это не то, что меня пугает.

— Ты можешь сказать мне. — Он откинул волосы с ее лица, его большой палец провел по ее виску. — Может быть, я смогу помочь развеять твои опасения.

Она сглотнула комок в горле. Она думала, что первое предвкушение обещанной смерти — это страх.

Но это…

Это был настоящий, леденящий душу страх.

— Есть вероятность, что использование двух моих сил в том объеме, который требуется для создания Затвора, Расколет меня.

Сначала Уэллс нахмурился, но гримаса исчезла, его лицо обмякло от сдерживаемого ужаса. Его глаза лихорадочно обыскивали ее лицо, и он прошептал:

— Что это будет означать для тебя? Конкретно что может с тобой случиться, если ты Расколешься? Я знаю, Морана и Род говорили об этом на собрании.

Грудь Астерии сжалась тем сильнее, чем дольше он смотрел на нее. Она заняла руки веснушками на его плечах, проводя по ним ладонями.

— Так же редко, как рождение ребенка у двух Лиранцев для поддержания баланса во Вселенной, использование наших даров тоже должно быть сбалансированным. — Его костяшки коснулись линии ее челюсти, пока она продолжала. — Как они упомянули, слишком частое использование наших сил может привести к Расколу Лиранца. Этот термин из их мира означает стать жертвой силы наших даров.

— Дола может общаться с Судьбой, и у них есть особый термин для Лиранцев, которые Раскалываются при общении со Временем, Судьбой и Предназначением — Безумие. Их разум теряется между прошлым, настоящим и будущим, не способный различить, где они находятся, кем являются на самом деле и что реально в данный момент.

— Как Раскололась Валерия? — Его глаза заблестели, внимание все еще приковано к ней.

— Она Богиня Исцеления и Болезни, — объяснила Астерия, пожимая плечами. — По словам Мораны, Валерия совсем не такая, как раньше. Мы обсуждали, что поддаться своим силам для Валерии — все равно что болезнь, поражающая ее разум. Она въедается в нее, превращая ее собственные лжи в правду, а правду других — в ложь. Она не думает, прежде чем действовать, и не способна по-настоящему заботиться или любить что-либо. Есть только то, чего хотят она и ее силы, нахер последствия.

— Так что если бы ты Раскололась… — Его голос был таким нежным, что слеза почти выкатилась из уголка ее глаза.

— Иногда я думаю, не испытала ли я уже границу Раскола, подавляя так долго свою божественную форму, — объяснила Астерия, вспоминая недавнее превращение во время битвы с тирио. — Я не совсем уверена, что произойдет, но думаю, что звездный огонь и Эфир сильнее зова Энергии. Она просто хочет, чтобы все сгорело… Такое чувство, будто мой разум разбухает от этой мешанины тьмы, которая хочет поглотить все на своем пути.