Чтение онлайн

Он взбирается по моему телу, поднимая мои руки над головой, как он делает когда хочет чтобы мы немного поцеловались. Я отпускаю книгу, позволяя ему прижать меня к себе, и когда его губы касаются моей шеи, я хихикаю, чувствуя, как его щетина покалывает мою кожу. Он сжимает свои руки в моих, удерживая меня, пока проводит своим грубым подбородком по изгибу моей шеи. Щекотка заставляет меня наклонить к нему голову, смеясь, когда я выгибаюсь под ним.

— Шестой! Я снова начинаю хихикать, задыхаясь от его мучений.

— Прекрати!

Он делает это немедленно, отрывая свою голову от моей.

Самые голубые глаза, которые я когда-либо знала, смотрят на меня сверху вниз, пока он изучает мое лицо.

— Ты бы остановился, если бы я попросила тебя об этом, не так ли? Несмотря ни на что?

Он кивает и наклоняет голову, чтобы поцеловать меня.

— Я не хочу, чтобы на этот раз мы останавливались.

Каждую ночь мы исследовали друг друга, доставляли друг другу удовольствие, но я хочу абсолютной связи с Шестым. Я хочу почувствовать, каково это — быть единым целым, так глубоко связанным с ним и в то же время уязвимым. Я хочу потерять контроль с ним, почувствовать его пот и силу, электричество, движущееся внутри меня, как это происходит, когда он просто прикасается ко мне. Я хочу, чтобы наши тела двигались синхронно, чтобы общаться на уровне, не требующем слов.

Я хочу украсть частичку его души, которую смогу носить с собой вечно.

Приподнимаясь над моим телом, он хмуро смотрит на меня сверху вниз.

— Я хочу, чтобы ты показал мне, как сильно ты меня любишь. Ты сделаешь это?

Что-то мелькает в его глазах, и я бы все отдала, чтобы узнать, какие мысли крутятся у него в голове.

Приподнятые его брови говорят мне, что он обеспокоен, и когда его взгляд отклоняется от моего, я наклоняю голову, чтобы вернуть его взгляд к себе.

— Если будет больно, я скажу тебе остановиться. Пожалуйста, Шесть?

Он отводит взгляд, конфликт ясно читается на его лице, но он кивает.

В тот момент, когда он отпускает мои руки, я стягиваю шорты, сбрасываю их и стягиваю рубашку через голову.

Шестой опускается на колени, его глаза расширяются, когда я откидываюсь на одеяло, поднимая руки над головой в бесстыдном предложении. Сколько бы раз он ни видел меня обнаженной, я никогда не устану от выражения его лица, как будто каждый раз это впервые.

Не сводя с меня глаз, он медленно расстегивает джинсы, встает, чтобы спустить их до лодыжек, прежде чем сбросить пинком, и отбрасывает рубашку куда-то в сторону. Точеные впадины на его животе и руках образуют глубокие борозды, оттененные мышцами по всему телу.

Мои глаза опускаются к его пенису, который поднимается из его ладони, когда он поглаживает свой ствол.

Нервная дрожь пробегает по моим мышцам, поверхность кожи покалывает от предвкушения. Когда я раздвигаю ноги, он опускается на колени, устраиваясь между моих бедер, и я закрываю глаза.

Его губы прокладывают благоговейный путь от моего пупка к шее, пока он не наклоняет свой рот к моему. Словно какой-то ритуал, он выполняет это каждый раз, когда мы занимаемся чем-то сексуальным, как будто прося прощения за то, что он собирается сделать.

Он отступает на путь призрачных поцелуев, все еще задерживающихся на моей коже. Губы прижимаются к моему соску, и я издаю стон, стискивая зубы от сильных волн вожделения, проходящих через меня. Я наклоняюсь и массирую его макушку одной рукой, в то время как другая сжимается в крепкий кулак.

Сквозь звуки его сосания легкий ветерок пустыни треплет листья надо мной, пока я парю на облаках блаженства. Тихий стон срывается с моих губ, и я вспоминаю что мы здесь одни. Только мы вдвоем.

Шесть перемещается к другой моей груди, и второй стон сотрясает мою грудь, становясь громче, чем раньше, достаточно громким, чтобы он на мгновение приостановил сосание.

Его кончик прижимается к моему входу, и мое тело становится твердым.

Я открываю глаза и обнаруживаю, что Шестой смотрит на меня сверху вниз, его напряженный взгляд молчаливо просит разрешения.

Купание в волнении — это подводный поток страха, который сжимает мой желудок, но я киваю. Больше никому я не доверяю больше, чем Шестому, и я хочу чтобы он был у меня первым.

Его тело приходит в движение, входя в меня, медленно и нежно, только кончик его члена проникает туда, где были его пальцы.

Прерывистое дыхание касается моей щеки, когда он дрожит в моих объятиях.

— Все в порядке, Шестой, — шепчу я.

Медленное подталкивание его кончика создает скользкую влажность, и он снова движется вперед, толкаясь во мне.

Я вскрикиваю, обвиваю руками его плечи и откидываю голову назад.

Давление ударяет по моему лону, когда он наполняет меня, скользя взад и вперед по моим тугим стенкам. Больше соков смягчает его толчки. За каждым уколом боли следует преследующий поток удовольствия, убывающий и текущий внутри меня.

Хриплый вой, который вырывается из меня, совсем не похож на человеческий. Это звучит так, словно животное разрывают изнутри.

Знакомая ласка его языка, танцующего по моему соску, напоминает о наших ночах невинного исследования, смягчая болезненный укус, когда он растягивает меня каждым движением своих бедер. Это успокаивает меня. Притягивает меня к нему, когда мое тело хочет восстать против этого нового вторжения.

Мышцы моего живота напрягаются, как будто он вторгается в мою утробу, в то время как мои щеки ощущаются так, как будто я часами сидела у жаркого огня.

Пот блестит на его коже, мышцы постоянно дрожат, как будто он борется за сохранение контроля. Он все еще остается внутри меня, глаза зажмурены, и дыхание вырывается из его груди с дрожью.

— Я в порядке, — шепчу я. — Я в порядке, Шестой.

Его пальцы переплетаются с моими, крепко удерживая, и я обхватываю его ногами, когда он толкается глубже. Глубже.

— О, боже— Давление нарастает у меня в животе, и я выгибаюсь навстречу ему.

Его челюсть отвисает, голова откинута назад, глаза закрыты, на лице выражение чистого экстаза.

Он толкается снова. И еще раз.

Подсунув руку под мое бедро, он перекидывает мою ногу через свое плечо и толкается еще глубже, поднимаясь выше по моему телу.

— Шестой. Его имя звучит шепотом, постоянным звоном в моей голове, который напоминает мне, кто таким образом командовал моим телом.

Высвобождая руку, я провожу ладонью по его влажным плечам, под которыми перекатывается сталь его мышц. Он грозный и сильный, но в то же время такой уязвимый.

Я хочу заползти в него и остаться там. Я хочу прикоснуться к его сердцу и позволить ему прикоснуться к моему. Бедра толкают его в меня, Шесть смотрит мне в глаза, и я тону в этом море синевы, позволяя ему увлечь меня вместе с ним в темные глубины, куда бы ни направлялся его разум.