Чтение онлайн

С таким настроением семейство через каких-то неполных три часа въезжало в родной поселок. Несмотря на весеннюю распутицу, автомобиль преодолел глубокие лужи и благополучно подкатил к дому. К удивлению отца Григория и его супруги, к ним тут же подошли, а точнее, сбежались и окружили джип соседи.

– Ничего себе, – покуривая сигарету, сказал подвыпивший небритый мужчина.

– Ну, ты, батюшка, и крутой! – воскликнул его напарник.

– Наверно, огромных денег такая роскошь стоит? – рассуждала в голос пенсионерка.

– Да здесь целое состояние, – дополнила ее другая пожилая женщина.

– Машина как у новых русских, – внес свою «лепту» молодой парень.

Настоятель выбирал автомобиль в качестве рабочей лошадки и вовсе не ожидал таких осуждающих откликов соседей. «Что с них взять, они храм не посещают, оторваны от церковной жизни», – мысленно успокаивал он себя, ставя автомобиль в гараж. В доме отец Григорий с матушкой не хотели думать о плохом. Наоборот, они видели лишь радужные перспективы.

Однако следующий день показал, что соседи вовсе не были исключением. Многие жители поселка и даже прихожане совсем не разделяли радости священника. Они посматривали на выходящего из джипа водителя в подряснике так, будто он у каждого из них этот автомобиль отобрал. Никто не сказал: «Слава Богу, что настоятель купил сравнительно недорогой внедорожник, на котором без опоздания сможет добраться к любому нуждающемуся в его помощи человеку». Зато поползли по поселку и даже району ядовитыми змеями сплетни, что настоятель ограбил церковь, что чуть ли не миллионы заплатил за… японский джип… Даже в глаза, видимо озвучивая мнение «народа», упрекнул священника у магазина мужчина с огромной откупоренной бутылкой пива в руке:

– Не к лицу батюшке на такой машине разъезжать…

Все глубже травили душу пастыря подобные отзывы.

Прошел месяц, второй. Богомольцев в церкви становилось все меньше. Отец Григорий это в какой-то мере связывал с ягодным и грибным сезоном. Но вот сорвала с деревьев пожелтевшую листву и заморосила дождем осень, а число прихожан не увеличилось. Зато прибавились новые злоключения. В китайском автомобиле выходили из строя некоторые запчасти, которые многократно превышали стоимость аналогичных отечественных, к тому же их доставка занимала неделю, а то и две-три… А за этим из всех щелей машины поползла гадкая ржавчина, которая так напоминала едкие пересуды на приходе.

Священник и матушка единодушно решили, что от автомобиля, ставшего камнем преткновения, да еще на глазах разрушающегося, нужно избавляться. После многих базарных мытарств и терзаний внедорожник был продан. Денег хватило на погашение кредита и на покупку старых «Жигулей» девятой модели. Отец Григорий на них и приехал в поселок. Недалеко от дома автомобиль увяз в большой луже и заглох. Тут же со всех сторон сбежались радостные соседи.

– Батюшка! – восторженно воскликнул полупьяный мужчина. – Ты молодец! Настоящую, вазовскую купил!

– Эта машина красивее прежней, – высоко оценила новую покупку пенсионерка.

Зазвучали другие голоса:

– Мы с великим удовольствием затолкаем машину к вам домой.

– Вы садитесь, садитесь, дорогой наш батюшка, а мы подпихнем…

– Спасибо вам, добрые люди, и что бы я без вас делал… – еле молвил священник сквозь открытое окно.

Соседи дружно обступили машину, вытолкали ее из лужи и покатили «Жигули», которые так и не завелись, к самому гаражу священника.

В церковь, а также по приходским делам настоятель чаще ходил пешком, ибо автомобиль ломался и находился в мастерской. Зато заметно прибавилось прихожан в храме …

Два зеркала

1

Двадцатилетний Нил после заработков гордо заявил родителям о самостоятельности и снял однокомнатную «хрущевку» на краю города. Даже тесные стены квартиры не ограничили витающий вокруг юноши дух свободы. Он упоительно пересчитывал новые свежепахнувшие купюры, которые, шелестя, нашептывали ему о главном смысле жизни: в развлечениях проводить время, «есть, пить, веселиться». «Ох, теперь до следующей шабашки, – радовался он, – я отведу душу в барах и ресторанах». Вот только набожная бабушка Вера, которая навестила его, возвращаясь из церкви, никак не разделила этих устремлений юноши. Она доказывала, что представления Нила о бытии ошибочны и что главная цель земного существования – подготовка души к вечности, ее обогащение бесценными сокровищами, спасительными добродетелями. А это возможно только в храме – Доме Божьем. Нил не согласился с ней. Ибо, как он смело и уверенно выразился, если лишать себя удовольствий, то зачем такая жизнь нужна. Внук пытался заверить бабушку, что и не грешит вовсе: никого не убил, ни у кого ничего не украл, не совершил никаких пороков. К тому же вчера некие праведные люди остановили его на улице, подарили красочные брошюры с изображением Иисуса Христа и назвали святым. Старушка взялась за голову, затем – за сердце. Она объяснила, что встретившие внука щедрые незнакомцы – сектанты. Со слезами на глазах она еще раз напомнила: праведность без церкви не обрести, а такое приписывание себе святости – заблуждение.

После ухода расстроенной бабушки Нилу стало тягостно и грустно. Он подошел к окну. За ним пели птицы, радовались солнечным лучам цветы на клумбах, нежились в теплом воздухе зеленые кроны берез и тополей. Чудесная природа, поглощая унылые думы, неудержимо манила. Нил поспешил на улицу. До вечера, когда он наметил бурную «тусовку» с друзьями, было еще далеко. Юноша решил пройтись по примыкавшему к жилому массиву базару – вдруг что-то интересное попадется на глаза. За одним из прилавков он увидел необычного продавца. Это был тощий инок в странном для знойного дня черном одеянии и держал в руках единственный товар – старое зеркало размером с альбомный лист.

– Юноша, – добрым и ласковым голосом сказал он, – купи зеркало. Оно тебе необходимо.

– Зачем? – удивился Нил. – У меня в комнате большое трюмо стоит.

– Я знаю. Но это – необычное зеркало. Оно отражает душу. Если в нем лицо человека сияет – праведный, если темное – грешный. Все очень просто.

– У меня оно всегда светлое без Вашей дешевки. Я абсолютно непорочен.

– А ты все же проверь.

Нил подошел к зеркалу. На него смотрело отражение с черным, как у африканца, лицом.

– Не может быть… – не веря своим глазам, возмутился юноша. – А… а оно случайно не искажает, а то я недавно посещал комнату смеха, так там вообще из меня карикатуру сделали… – не хотел согласиться с очевидным Нил.

– Я посвятил свою жизнь Богу и всегда сторонюсь лжи и фальши. Это зеркало отражает только истину и правду. Вот, – инок протянул Нилу небольшой белоснежный лист бумаги. – Здесь написаны семь главных добродетелей человека. Если обогатишься ими, то станешь святым, и лицо твое воссияет, чего тебе, юный человек, искренне и молитвенно желаю.

Нил бережно принял лист и, не сдержав любопытства, прочел: «Любовь, нестяжание, целомудрие, смирение, воздержание, кротость, трезвение».

– И это все, всего-навсего? – спросил с насмешливой улыбкой Нил. – Давайте Ваше зеркало. Сколько?

Нил нагнулся, чтобы вытянуть из брючного тесного кармана кошелек. Когда он выпрямился, то инока не увидел. Тот словно испарился в горячем воздухе. Лишь на прилавке лежало зеркало. Нил взял его под мышку и отправился обратно. Ему не терпелось доказать себе и особенно бабушке, что он все же святой, к тому же, по его представлениям, для этого «высшего титула» так мало требовалось. В возбужденной голове юноши застряла задевавшая его самолюбие мысль, что если он не достигнет праведности, то – «слабак», «не крутой»…

Нил принес, по его пониманию, волшебное зеркало в свое скромное жилище. Он умыл лицо, даже слегка подпудрил щеки оставшимся от хозяйки квартиры белым порошком и широко улыбнулся. Но зеркало отразило Нила мрачным уродом. Он отвернул его и недовольно с отвращением бросил на стол. «Ладно, увидим, чья возьмет», – подумал юноша и еще раз прочел незамысловатый список положительных нравственных свойств, присущих святому человеку.

– Итак, любовь, – негромко повторил Нил название важнейшей добродетели, выходя на улицу.