Чтение онлайн

– Ну, а как же все-таки, кокаин попадает к нам, в Соединенные Штаты?
– поинтересовался Хогг.

– Сейчас мы дойдем и до этого... Производители пасты из Боливии и Перу обычно отсылают ее колумбийцам, которые производят дальнейшую очистку и превращают пасту в чистое кокаиновое основание. Причем, из двух с половиной килограммов пасты получается один. Кокаиновое основание можно курить, но вдыхать его нельзя... Чтобы получить пригодный для вдыхания кокаиновый порошок, основание растворяют в эфире с добавлением соляной кислоты и ацетона, потом фильтруют, просушивают и получают гидрохлорид кокаина, регулярно употреблявшийся в семидесятых годах пятью миллионами американцев. Для получения одного килограмма кокаина требуется семнадцать литров эфира...

– Ну и ну!
– удивился Хогг.
– А мы, когда учились в школе, не нюхали кокаин, мы нюхали эфир. Страшная гадость! Потом очень болит голова и целую неделю от тебя пахнет эфиром...

– Так вот, - продолжал Дэйл, - в этот эфир все и уперлось. Потому что так просто эфир нужен различным фирмам в очень малом количестве. И если проследить, куда поступает большое количество эфира - значит, там существует подпольный завод по производству кокаина. Именно этим методом и пользуется ФБР, отслеживая все подпольные производства.

И тогда мы в плотную занялись этой проблемой, то выяснили, что в середине восьмидесятых годов огромная сеть нелегальных импортеров получила около тысячи метрических тонн эфира, достаточных для производства около трехсот тонн кокаина.

А, между тем считалось, что в эти годы в США употребили не более сорока пяти тонн кокаина. Как видите, это во много раз меньше реальной цифры!

Девяносто пять процентов эфира ввозилось из штатов и Западной Германии. Мы нашли импортера. Им оказался некий мистер Бейкер. Он работал под вполне солидной вывеской, но его и подвело то большое количество эфира, которое он импортировал из Штатов и Германии. Когда мы подняли все документы, то выяснилось, что эфир распределялся следующим образом - восемьсот тонн шло на незаконное производство кокаина и лишь три с половиной тонны законным потребителям. И тогда в ФБР был разработан удачный план. Мы посчитали, что если ограничить импорт эфира, то кокаиновые дельцы потерпят крах. Ведь у них остановится производство... И вот этот день настал! Мистер Бейкер обратился к правительству Соединенных Штатов с просьбой снять запреты на импорт эфира и обеспечить поставку в количестве двести метрических тонн чистейшего этилового эфира. Расплатиться с фирмами он предлагал даже наличными. И вот, по плану операции, такое разрешение было получено. Бейкер должен был получить свои двести метрических тонн, но за продвижением груза постоянно следили.

И нашей организации удалось ликвидировать всю подпольную сеть по производству кокаина.

Но, через некоторое время подпольное производство кокаина восстановилось. Латиноамериканским производителям удалось найти новых поставщиков эфира.

Но, самое страшное - если раньше подпольное производство было централизовано, то теперь, в целях конспирации, оно разбито на мелкие подпольные лаборатории, которые можно ликвидировать лишь по одной.

С середины восьмидесятых годов нам приходится вести борьбу с производителями и поставщиками кокаина. Самое неприятное, что большинство поставщиков и производств находится за пределами Соединенных Штатов, вне пределов нашей юрисдикции.

Так что, думаю, господа, кокаин попадает в ваш Твин Пикс не большими партиями, а лишь маленькими.

Основные его поставщики, скорее всего, находятся в Канаде. Там местное законодательство более терпимо к поставщикам наркотиков. Поэтому, если мы будем заниматься лишь тем, что будем отлавливать на территории вашего штата курьеров - это ничего не даст. Ведь нужно бороться не со следствием, а с причиной.

– Но мы же так и поступаем, - сказал Гарри.

– Но не очень удачно, - вставил Дэйл Купер, вспомнив о происшествии с Бернардом Рено.
– И что самое неприятное - все цепочки поставок возрождаются как гидра. Все дело в том, что кокаин стоит огромных денег и приносит баснословные доходы. И на сегодня это - один из самых прибыльных теневых бизнесов.

– Я так и предполагал, - сказал Хогг, - что это дело рук иностранцев, что это они завозят к нам в Америку заразу.

– А ближе всех к Твин Пиксу - Канада и именно оттуда идет основной поток наркотиков...

Люси, ничего не успев записать, сложила вчетверо чистый лист бумаги и на всякий случай положила его в сумочку...

"Ведь все-таки это не последняя лекция, прочитанная Дейлом Купером, - думала Люси.
– Он может рассказать еще что-нибудь поучительное и интересное в самом неподходящем месте: в ресторане, по дороге в участок..."

– А теперь, Дэйл, - обратился к специальному агенту ФБР шериф, думаю, что надо уточнить план действий на сегодняшний день.

– Конечно, Гарри, из тебя получается неплохой Ватсон... Нас здесь слишком много, чтобы всем вместе топтаться по одному следу. И лучшее, что можно сделать - это разделиться на несколько групп.

– Тогда, Дэйл, давай посмотрим, чем нам вообще следует заниматься.

Шериф встал из-за стола и подошел к специальному агенту ФБР. Тот принялся говорить, загибая один за другим пальцы.

– Первое - и самое основное, на мой взгляд, хотя это и не мое дело - нужно разобраться с Бернардом Рено и с его братом Жаком. Во-первых, - Дэйл Купер

прошелся по комнате...

– Ты уже говорил "во-первых", - вставил шериф.

– Тогда, во-вторых.

В этот момент очень громко чихнула Люси. Все вздрогнули, как будто рядом прогремел выстрел.

– Ну, черт, - сказал шериф, - Люси, ты, пожалуйста, будь поосторожнее, а то может схватить инфаркт.

– Извините, извините! Я нечаянно...

– А что ты вообще здесь делаешь? Чихаешь? Быстро к телефонным аппаратам. Вдруг будет какой-нибудь важный звонок, может быть, даже междугородний. Могут спросить специального агента ФБР, а ты здесь стоишь

с нами, проку от тебя - никакого.

– Но ведь я...
– Люси недовольно завертела головой, - но ведь я тоже сотрудник полиции.

– Конечно сотрудник. Но сейчас ты должна быть на своем рабочем месте у телефонов.

Люси покинула кабинет шерифа. Когда за ней закрылась дверь, Дэйл приложил указательный палец к левому виску. Шериф повторил его движение и вопросительно взглянул на Брендона. Тот, как ни в чем не бывало, продолжал ковыряться зубочисткой во рту.

– Слушаю, шериф, - сказал Брендон, увидев, как внимательно на него смотрит шериф.

– Брендон, иди, пожалуйста, и помоги Люси... Вдруг зазвонят два телефона.

– А... Понял, шериф!

Он круто по-военному развернулся и вышел из кабинета.

За столом остались специальный агент ФБР Дэйл Купер, шериф и его помощник Хогг.

– Не стоило при них говорить о Бернарде, - сказал Хогг, - они, конечно, хорошие ребята, и я им полностью доверяю, но Люси может рассказать всем в Твин Пиксе. Пусть лучше поговорят между собой о технологии приготовления бутербродов, сандвичей и кокаина... Думаю, она теперь стала в этом большим специалистом.

Хогг произнес очень длинную для него речь и даже вспотел. Он сам удивился, как долго он говорил. Это удивило и шерифа. Он изумленно посмотрел на Хогга и сказал:

– Ну, ты даешь! Никогда не ожидал услышать столь длинную речь. Это на тебя наверное подействовало выступление Дэйла, да, Хогг?

– Нет! Просто мне захотелось высказаться.

– И что, теперь ты будешь два дня молчать?

Хогг положил локти на стол и привалился к нему грудью. Его лицо сделалось непроницаемым, точь-в-точь таким, как рисуют вождей индейских племен.