Чтение онлайн

Встает вопрос, существуют ли какие-нибудь возможности определить свой моральный кодекс? Или моральный кодекс другого человека? Какие моральные противоречия преодолимы, а какие нет? Можно ли человека нравственно «вырастить», как бы подтянуть на свой уровень? Или, может быть, можно самому откатиться назад и как бы упростить свои моральные нормы? Если где-то и искать ответы на эти вопросы, то в теории развития нравственности Лоуренса Кольберга[22].

Кольберг выдвинул теорию, что нравственность развивается по мере взросления человека, а в основе определения уровня нравственности личности лежит понимание человеком справедливости. Далее в зависимости от того, что человек считает справедливым, а что нет, и делается вывод о его моральном кодексе. Кольберг разделил нравственность на три уровня, на каждом уровне по два этапа. Чтобы не углубляться в дебри профессиональных психологических формулировок, дам простое объяснение по трем уровням нравственности с примерами. Этого знания вполне хватит для того, чтобы осознать и свой уровень развития, и у окружающих.

1. Первый уровень: доконвенциональная[23] нравственность, обычно встречается у детей, редко определяется у взрослых. На этом уровне индивид судит о нравственности или безнравственности поступка только по его прямым последствиям. На этом уровне «хорошо» все, за что не ругают, и «плохо» все, за что ругают. Или, по-другому, «хорошо» все, за что хвалит значимый взрослый, а «плохо» все, за что не хвалит. Справедливо все, за что нет наказания или есть награда. В детстве это выглядит примерно как «Я не буду дергать девочек за косички, ведь мне влетит от учителя» или «Я буду учиться на пятерки, чтобы мне купили велосипед». А у взрослого человека, который находится на этом уровне нравственности, примерно так: «Я не буду изменять мужу, ведь, если он об этом узнает, он со мной разведется» или «Я не буду изменять жене, за это она спокойно даст мне посмотреть футбол или поиграть на компьютере».

На этом уровне нравственности индивид задумывается о последствиях своего поведения только в контексте наказания или награды. Он не ориентируется на мнение большинства или на закон, не ориентируется на пространные рассуждения о добре, зле, морали, гуманности и т. д. Для него существуют только два ограничения: понравится это или нет значимому взрослому и степень риска в прогнозе быть пойманным за «нежелательным» поведением. Есть гипотеза, что взрослые, находящиеся на этом уровне нравственности, больше других рискуют оказаться в местах не столь отдаленных, ведь детские шалости редко конфликтуют с уголовным законодательством, а вот когда взрослый человек принимает решение, к примеру, ограбить магазин, недооценив степень риска попасться, то для него это заканчивается не ударами по мягкому месту от мамы, а ударом молотка по кафедре в местном суде. Если индивида не поймали (не важно за чем: за грабежом денег во взрослом возрасте или вытаскиванием конфет из буфета в детском саду), то никаких мук совести он испытывать не будет. Совесть для него – это только два фактора: будет наказание или нет или попадется или нет. На этом уровне нравственности построена дрессура животных, вы показываете своему любимцу, что, сделав апорт, он получит вкусняшку, а если он разгрызет диван, то получит нагоняй. Собака не думает, нравственно это или – нет давать лапу, приносить палку или выполнять команду «голос», она делает это потому, что за это ей дадут вкусняшку и хозяину это понравится. Также понурый взгляд питомца около разорванной пары обуви не говорит о том, что он испытывает морально-нравственные страдания от сделанного, а показывает лишь то, что питомец осведомлен о наличии наказания за этот проступок.

Смысл, вложенный в доконвенциональную нравственность содержится в самом термине, «до конвенции», «до соглашения», индивид еще не развился до состояния, при котором он учитывает общественное соглашение, другими словами общественные нормы, при принятии решений, они им просто не осознаются. На вопрос, что такое «хорошо», человек ответит: за что мама (жена/священник/местный прокурор) не ругает – это хорошо, а все остальное для него непонятные сентенции. Чувство вины он также будет испытывать лишь в том случае, если его поймают.

2. Второй уровень: конвенциональная нравственность, на этом уровне находится большинство взрослых людей. Индивид судит о нравственности, ориентируясь на общественный договор, другими словами законы и нормы общества, в котором он живет. Определение также содержится в названии уровня – конвенционал, другими словами «в соглашении». Для конвенционалов закон и порядок и есть справедливость, или, иначе, совесть. Если индивид нарушает закон, то испытывает муки совести, в независимости от того, поймали его или нет. Выбросил мусор мимо бака – испытывает угрызения совести, ведь это нарушение кодекса об административных нарушениях как минимум и просто свинство как максимум. Полиция с мигалками не выехала, никто его не поймал, никто штраф не выписал, фото на доску в местном участке не вывесили, но человек все равно испытывает угрызения совести. На конвенциональном уровне развития нравственности человек принимает правила общества, в котором он живет, эти правила и становятся для него мерилом в определении того, что такое «хорошо» и что такое «плохо». Если в обществе принято платить за проезд в транспорте, то человек оплачивает его не из побуждений, что в вагоне может быть контролер, а потому что это правильно. Принято не шуметь после 23:00 – не будет шуметь, и не потому, что соседи могут полицию вызвать, а из-за осознания того, что он как минимум нарушает нормы общественного проживания в многоквартирных домах, а как максимум совершает административное правонарушение. Он не думает, понравится ли это его маме, он мыслит в рамках своего собственного ориентира о том, что приемлемо, а что нет, который, в свою очередь, он принял в процессе социализации в обществе, в котором воспитывался.

Супружескую измену конвенционал либо будет очень тяжело переживать, ведь он сам нарушил правила общества, а в социуме принято, что партнеры хранят друг другу верность, либо же будет искать лазейки в правилах, к примеру в 100 километрах от дома – не нарушение, без поцелуев – не нарушение, муж месяц не проявлял инициативу – не нарушение. Конвенционал всегда стремится соблюдать правила, а когда это невозможно, списывает «грешки» на неясность в формулировках. По большому счету именно на конвенционалах и держится порядок в социуме, такие индивиды сами склонны соблюдать правила и любят, когда правила соблюдают другие. Если кто-то лезет без очереди, именно конвенционал любезно (а иногда и не очень) объяснит ему, что так делать нельзя, это против правил. Конвенционалы хорошо осознают свои права и обязанности в рамках общественного договора.

3. Третий уровень: постконвенциональная нравственность, на этом уровне находится меньшинство. Постконвенционалы судят о нравственности по своему моральному кодексу, в основе которого лежит их собственное понимание справедливости как залога поддержания общественного блага. На местные нормы, правила и законы они ориентируются только в том случае, если законы отвечают их собственным представлениям о морали. У них существует идея «хороших законов» и «плохих законов». Для наглядности приведу ситуацию и покажу, как на нее реагирует доконвенционал, конвенционал и постконвенционал. Возьмем классический пример, известная этическая дилемма, используемая психологами для определения уровня нравственности.

В одной из стран Латинской Америки нарастает политическая и экономическая нестабильность. Для «поддержания порядка» президент США отправляет туда войска. Студенты многих университетов Соединенных Штатов начали протесты против войны. Есть подозрение, что крупные нефтяные компании оказали давление на президента, чтобы получить из этой страны дешевую нефть и прибыли, несмотря на риск военных жертв. Студенты одного университета вышли на демонстрацию, перекрыли движение транспорта и остановили обычную жизнь в городе. Ректор университета потребовал, чтобы студенты немедленно прекратили незаконные акции. Тогда студенты заняли главный (административный) корпус университета и полностью парализовали его деятельность.

Вопрос: должны ли студенты протестовать таким образом?

Типичный ответ доконвенционала: не знаю, ой, а вдруг их за это из университета отчислят (ориентация на личную выгоду/наказание).

Типичный ответ конвенционала: не должны! Они нарушают общественный порядок! Судя по реакции властей, местная мэрия не выдавала им разрешение на протесты. Они должны обращаться в суды и решать свои вопросы цивилизованными методами (ориентация на закон).

Типичный ответ постконвенционала: студенты молодцы и должны продолжать в том же духе, ведь они отстаивают идею мира и справедливости. Мнение местной мэрии в США и их разрешения значения не имеют, важно не допустить войну в латиноамериканском государстве из-за действий президента (ориентация на общечеловеческое благо).

Или еще одна этическая дилемма.

У женщины угнали автомобиль, когда она вышла из него на заправке. При этом на заднем сидении угнанного автомобиля остался ее трехлетний больной сын. Мать обратилась в полицию, где ей сказали, что угонщик, скорее всего, бросит машину, когда заметит мальчика. Так и случилось. Но когда угонщика задержали (после того как его запечатлели камеры слежения, его поймали на вокзале, когда он пытался покинуть город), он отказался признаться, что угнал автомобиль, и указать место, где он его бросил. При жарком австралийском лете машина с выключенным кондиционером раскаляется за считаные минуты, поэтому и получаса было достаточно, чтобы мальчик если и не умер, то получил бы необратимые повреждения мозга. Но попытки убедить или запугать преступника не дали результата, и тогда полицейские стали его избивать. В результате он сказал, где он бросил автомобиль, и мальчика нашли вовремя.

Вопрос: должны ли были полицейские избивать угонщика?

Типичный ответ доконвенционала: избиение – это больно, наверное, нет (ориентация на личную выгоду/наказание).

Типичный ответ конвенционала: они не имели права его избивать! Пытки для выбивания показаний запрещены. Хорошо, что мальчик остался в живых, но полицейских нужно судить за превышение полномочий (ориентация на закон).

Типичный ответ постконвенционала: в данном случае применение насилия вполне объясняется его благой целью, хоть это и ужасно. Камеры слежения зафиксировали личность преступника. Да, чисто формально, до определения суда, его статус – подозреваемый, но было очевидно, что именно он угнал машину и обрек мальчика на медленную смерть. Полицейских в этом случае судить нельзя (ориентация на общечеловеческое благо).