Равновесие. Люди Поднебесья
Шрифт:
– Доброго неба тебе, Вет! – торжественно произнес Нум.
Серые, с черными прожилками глаза Магистра, не моргая, смотрели на Виктора. Наконец отведя взгляд, он переложил свой серебристый, с широкой черной лентой жезл из левой руки в правую и указал им на стоящего рядом с ним фламенна.
– Это Тул – Магистр Ускорений и Измерений!
Представив Виктору Магистра Тула, Нум, весь шипя и потрескивая от переполняющего его электричества, вернулся на свое место.
Настала очередь Магистра Тула выдвинуться в центр круга. Одет он был в ярко-синий фрак, полы которого обвивали светящийся голубым цветом хвост. На груди, перемешиваясь с густой ультрамариновой бородой, словно обрывок облака, белело небольшое кружевное жабо. Лицо Магистра было похоже на ветер, вернее не скажешь. Прямой тонкий нос, узкие синие глаза, густые васильковые волосы, постоянно развевающиеся, несмотря на отсутствие ветра. В тонких длинных руках он держал короткий темно-синий жезл.
– Доброго неба тебе, Вет!
Виктор, не зная, как реагировать на столь необычные приветствия, вновь растерянно кивнул.
Магистр Тул, повернувшись к соседке, в свою очередь представил Виктору небольшого роста и приятной полноты фламеннку, которая вся светилась каким-то чудесным зеленоватым цветом.
– Это Ания – Магистр Жизни!
Одета Ания была в роскошное индийское сари нежно-салатового цвета, в складках которого вились маленькие разноцветные цветочки. Волнистые светло-каштановые волосы были аккуратно уложены в причудливую прическу, в которой сверкала восхитительная диадема. Самым удивительным было то, что диадема была живой. Виктор заметил, как ее лепестки со сверкающими прозрачными камнями складываются то в один, то в другой замысловатый узор. Поднимаясь по прическе вверх, диадема становилась чем-то вроде короны, опускаясь на белоснежный высокий лоб, превращалась в тонкий, едва заметный ободок.
Ания приблизилась к Виктору. Огромные изумрудные глаза ее, окаймленные длинными густыми черными ресницами, излучали необычайную нежность и радость.
Ания обняла Виктора и коснулась его лба своим малахитовым жезлом, увенчанным фантастической красоты алым цветком, отчего по всему его телу разлилось приятное успокаивающее тепло.
– Я знакома с тобой, Вет, с самой первой секунды твоей жизни! – ласково сказала она. – Наконец-то я могу видеть тебя здесь!
Она улыбнулась Виктору так, словно он был ее любимым сыном, которого она много лет не видела и по которому ужасно соскучилась. По ее щеке скатилась слезинка и, упав на грудь, превратилась в маленький желтый тюльпан. Тюльпан огляделся, как бы размышляя, куда ему податься, затем, причудливо помахав лепестками, запрыгал по складкам одежды и, докатившись до пояса, удобно устроился за ним среди других цветов.
– Как себя чувствует Алекс? – с улыбкой спросила Ания. – Все гоняет соседских кошек?
«Интересно, откуда она знает про Алекса и про то, что он гоняет кошек?! – подумал Виктор. – Становится все диковинней и диковинней». А вслух он ответил:
– Нет, уже давно не обращает на них внимания.
Говорить с Магистром Анией ему было легко, он не чувствовал никакого смущения или неудобства. Наоборот, у него создавалось ощущение, что он уже давно знает ее. Казалось, этот ласковый голос он слышал уже много-много раз. Но как Виктор ни старался вспомнить, где и когда он его слышал, у него ничего не получалось.
Оторвавшись от Виктора, Ания вздохнула и, сделав пол-оборота влево, произнесла:
– Это Фиция – Магистр Покинутых Теней.
Обладательница черного жезла была настолько бледна, что казалось, будто у нее и вовсе нет лица. Жгуче-черный поток волос водопадом стекал с ее головы до самого пола, и где-то там, в глубине, из-под прикрывающих лицо черных прядей, как два уголька, чернели глаза. Черная бархатная мантия скрывала все тело Магистра от острого, как кинжал, подбородка до кончика хвоста.
Она приблизилась к Виктору и прошептала:
– Приветствую тебя, Вет!
От этого шепота у Виктора пробежал мороз по коже. Он кивнул и почувствовал, что какая-то сила тянет его к Фиции, в голове не переставал звучать ее шепот, зовущий, манящий, притягивающий:
– Иди ко мне, Вет! Иди, и я покажу тебе другую сторону света! – звучало у него в ушах.
Сопротивляясь всем своим существом, он все же сделал шаг в сторону Магистра. В глазах потемнело, зал, еще секунду назад наполненный ярким живым светом, погрузился во мрак. Ноги стали ватными, он не понимал, куда делись остальные Магистры, куда делось окутывающее их сияние и откуда появилась эта неприятная леденящая тьма.
Тьма поглотила все пространство, пропал льющийся отовсюду свет, спряталось сияющее под потолком солнце. И только где-то вдалеке призрачно мерцали черные глаза Фиции. В голове настойчиво звучал противный шипящий голос:
– Иди ко мне, иди, и я покажу тебе другую сторону света! Я покажу тебе, как все выглядит на самом деле…
Будто невидимые в темноте многорукие демоны вцепились в ноги Виктора и со страшной силой потянули его к сверкающим в непроглядном мраке глазам Магистра. Все тело его сопротивлялось, но непослушные ноги вновь сделали шаг.
– Ты хочешь познать тень, Вет? Хочешь увидеть, что скрывается за Светом?! Хочешь почувствовать подлинный, настоящий вкус жизни?! Желаешь понять, в чем истина?! – скрежетал в темноте сиплый голос.
Тело Виктора налилось свинцом, голова страшно гудела, но ноги упорно пытались шагнуть вперед. Он уже почти потерял сознание. Мерцающие в темноте глаза Магистра стали расплываться, демоны, тянувшие его ноги, пропали, голос, так настойчиво звавший его, стих.
Виктор увидел лужайку, на которой лежал до встречи со странным облаком. Где-то вдалеке носились его одноклассники, пытаясь запустить упрямого воздушного змея, наслаждаясь прохладой, гуляли редкие прохожие. Изумрудные кроны деревьев медленно наплывали на лежащего в высокой густой траве Виктора, постепенно закрывая собой бледно-голубое небо.
Яркое пятно светло-зеленого света появилось прямо пред лицом Виктора, оно разрезало пространство, рассеяло мрак и, окутав его с ног до головы, наполнило приятным теплом все тело. Он вновь увидел светящееся кольцо Магистров, сияющее серебром солнце под потолком и сверкающие глаза Магистра Покинутых Теней.
Виктор почувствовал, что его уже не тянет к Фиции, а совсем наоборот, он хочет быть как можно дальше от нее. Изумленно обнаружив, что подошел почти вплотную к Магистру, он торопливо сделал несколько шагов назад. Фиция рассмеялась, если можно было назвать смехом хрипящие, свистящие звуки, доносившиеся из-под ее смоляных волос.
Бросив на Анию, направлявшую на Виктора свой малахитовый жезл, пренебрежительный взгляд, она прошипела:
– Когда-нибудь он должен будет познать и другую сторону Света!
– Когда-нибудь?! Когда-нибудь – это тогда, когда он будет готов к этому! – гневно ответила ей Ания.
Она еще раз взмахнула жезлом, отчего зеленый свет, мерцавший вокруг Виктора, растаял в воздухе.
Магистр Покинутых Теней, ничего не ответив Ании, медленно развернулась и неторопливо вернулась в круг.
В воздухе повисла тишина, все устремили взгляды на Верховного Магистра фламеннов.
– Теперь, когда ты познакомился со всеми Магистрами, разреши объяснить тебе, почему ты здесь! – сказал Элрит. – Много веков назад наш народ был куда более многочисленным, чем теперь, а замков, подобных этому, в Поднебесье было великое множество. Люди Поднебесья беззаботно жили в них, радуясь жизни и не нарушая главного закона вселенной – Закона Равновесия! Не было еще Великой войны, разрушившей почти все города Людей Поднебесья. Войны, которая унесла жизни многих прекрасных героев. Войны, из-за которой чуть было не сгинул Свет! Фламенны жили в мире и согласии с властителями Земли – грундами, с повелителями Огня – форохами и владыками Воды – эосианцами. Ничто не нарушало гармонии нашей жизни, каждый народ занимался своим делом. Все мы: фламенны и эосианцы, форохи и грунды – жили как добрые соседи, помогая друг другу всегда и во всем. Грунды ведали недрами великой Земли, их элементали с утра до поздней ночи трудились в своих подземельях, раскрывая непостижимые тайны подземного мира. Форохи изучали секреты Великого Огня, исследуя мельчайшие особенности всепоглощающего пламени: его холод и жар, его свет и тьму, его изменчивость и постоянство. Эосианцы все дальше проникали в глубины своего бездонного синего дома, познавая непознаваемое, следуя за невозможным, вкушая само бытие! Фламенны же наблюдали за всем в Поднебесье: за облаками и тучами, за небом и за звездами, за солнцем и за его отражением. В мире царили покой и Равновесие!