Чтение онлайн

Мы с Уэсом обмениваемся взглядами. Он пожимает плечами, засунув руки глубоко в карманы. Он изо всех сил старается не обращать внимания — не прикасаться к ней. Это видно по тому, как крепко он сжимает челюсть и как напряжены его плечи.

Он разрывается так же, как и я, только по другим причинам.

Келлан откидывает одеяла. Ателия полностью обнажена. Её светлая кожа контрастирует с чёрными простынями Уэса, и я должен сказать, что она выглядит так, будто ей здесь самое место.

Татуировка под её грудью притягивает моё внимание. В центре — череп оленя с короной из роз вокруг основания рогов. По обе стороны от неё тянется ряд роз, повторяя изгиб её груди.

Всё, чего я хочу, — это целовать и облизывать её, а может, и всасывать кожу, чтобы оставить свой собственный след.

Келлан переползает на кровать и раздвигает ноги Ателии. Он опускается на живот и стонет, раздвигая языком её половые губы.

— Как скоро действие наркотиков закончится? — спрашиваю я Уэса.

— Максимум час, — говорит он, — но, скорее всего, гораздо раньше. Я выбрал минимальную дозировку, учитывая, какая она маленькая.

Молча кивнув, я сажусь на кровать. Её соски твердые — то ли от забот Келлана, то ли от холодного воздуха, попавшего на них. Я наклоняюсь и посасываю один из них, щелкая языком по тугому бутону.

Я не уверен, что верю Келлану, но если это действительно возможно — заставить её кончить во сне — то нет ничего, чего бы я хотел больше. Поэтому я продолжаю сосать и облизывать её соски, прислушиваясь к тому, как меняется её дыхание.

Это занимает некоторое время, но, в конце концов, она стонет, и её тело подрагивает. Я перекатываю её соски между пальцами и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Келлана. Он вводит в неё два пальца, медленно облизывая её клитор.

— Она кончает? — спрашиваю я.

Он отстраняет голову, быстро заменяя рот большим пальцем.

— Я чувствую это. Чёрт, это намного лучше, чем я мог себе представить.

Ателия снова стонет, и её веки трепещут, но не открываются.

— Кажется, ты её разбудил.

Он убирает руку.

— Не так, нет. Она проснется от того, что я её трахаю. Уэс, где твои наручники?

Уэс достает их из ящика и бросает мне. Я обматываю их вокруг одной из перекладин на изголовье кровати, а затем закрепляю на запястьях Ателии.

— Хочешь, чтобы я связал ей ноги?

Келлан уже внутри неё, медленно трахает её и наблюдает за её лицом.

— Сделай это. Я хочу, чтобы она была в ужасе.

— Тогда тебе следовало надеть свою чертову маску, — говорит Уэс, сверкая глазами.

Ревнивый взгляд, если я правильно его понял.

Келлан стонет, прижимаясь к Ателии, но при этом упираясь в колени.

— Принесёшь её для меня? Она слишком хороша, я не хочу останавливаться.

Подняв глаза, Уэс исчезает из комнаты. Я беру ещё один набор кожаных наручников, отсоединяю их друг от друга и надеваю на лодыжки Ателии. Затем я беру веревку Уэса и крепко привязываю наручники к столбикам у изножья кровати.

Она может бороться сколько угодно, когда проснется, но толку от этого будет мало.

Во мне проскальзывает чувство вины и беспокойства, но я отгоняю его в сторону. Это не та часть, которая, как я беспокоюсь, сломает Ателию. Это случится позже.

Мои губы касаются её шеи. Она приятно пахнет мылом и лосьоном, которым мы натирали её тело. Я покусываю её мягкую кожу, прежде чем втянуть её в рот. Она, конечно, разозлится из-за заметного засоса, но я могу справиться с её злостью. Мне нравится, когда она злится.

— Ты уверен, что не хочешь поучаствовать в этом, Уэс? — спрашивает Келлан, когда Уэс возвращается, неся наши маски.

— Мне и так хорошо, — отвечает он.

Когда мы все трое в масках, я возвращаюсь к игре с сосками Ателии. Они такие твердые, и мне нужно прикоснуться к ней. Когда она здесь, вот так… невозможно сопротивляться. Я не понимаю, как Уэсу удается вернуться на свое место у стены и только наблюдать.

Ателия снова хнычет, слегка выгибая спину. Когда я оглядываюсь, Келлан быстро теребит её клитор. Его маска светится синим и ухмыляется мне, пока я смотрю, как он трахает её.

— Выключи свет, — говорит Келлан. — Это её напугает.

Раздраженно хмыкнув, Уэс отталкивается от стены и нажимает на выключатель. В комнате становится темно, кроме наших масок — красной Уэса, синей Келлана и розовой моей.

Келлан ворчит.

— Кэл, ты должен трахнуть её сиськи и кончить ей на лицо.

Мой член становится твердым при этой мысли. Я глажу грудь Ателии и сжимаю её соски, улыбаясь, когда она стонет.

— Давай, чувак, — говорит Келлан. — Сделай это, пока она не проснулась.

— Блядь, — спрыгиваю с кровати и снимаю с себя одежду.

Уэс протягивает мне бутылочку со смазкой, и я брызгаю немного на грудь Ателии. Она вздрагивает, когда холодная жидкость попадает на её кожу, и её голова откидывается на одну сторону.

Осторожно, чтобы не нагружать её слишком сильно, я сажусь на Ателию. В таком положении Келлан не сможет увидеть выражение ужаса на её лице, когда она поймет, кто её трахает, но это не страшно. Я уверен, что она будет кричать и плакать.

Я провожу членом по её груди, распределяя смазку по её грудям. Затем я прижимаю их друг к другу, просовывая член между ними.

— Такая мягкая, — простонал я.

Ателия вздрагивает, на этот раз, медленно открывая глаза. Она смотрит на меня ошарашенным взглядом, и, учитывая то, как отрешенно её лицо, я не думаю, что она ещё осознает происходящее.

Я продолжаю трахать её сиськи, пока Келлан входит в неё позади меня. Ателия хнычет, и в тот момент, когда я думаю, что она вот-вот сойдет с ума, её глаза снова закрываются.

Это меня устраивает. В сознании она или нет, но её грудь всё равно ощущается как рай. Мне нравится смотреть, как она борется и плачет, но об этом позже. Использовать её вот так, пока она то впадает, то выходит из сознания, — это чертовски охуенно.

Когда Ателия открывает глаза во второй раз, она уже немного пришла в себя. Её брови нахмурились от замешательства, и она несколько раз моргнула. Затем выражение её лица меняется, а тело дергается, когда она пытается вырваться, но не может. Наши наручники удерживают её именно там, где мы хотим.

— Н… нет.

Боже, как мне нравится слышать от неё это слово.

— Ты можешь взять его, ma belle, — говорит Келлан через моё плечо. — Я знаю, что тебе это нравится.