Чтение онлайн

Кажется, Нина подавила смешок, прежде чем уйти.

– Вижу, кофеин не улучшил твоего настроения. – Я заполнила тарелку едой и села рядом. – Я надеялась, он вернет доктора Джекилла. От Мистера Хайда я не в восторге.

Он всегда держался отстраненно, но сегодня утром я отчетливо чувствовала дистанцию между нами.

– Забавно. Вижу, ночной сон улучшил твое настроение. – Кристиан отложил кроссворд в сторону и добавил: – Как ты себя чувствуешь?

– Голодной. Я не ела со вчерашнего утра, – призналась я.

Я понимала, что на самом деле вопрос о другом, но сейчас мне не хотелось говорить о записке. Я хотела просто поесть, делая вид, что все нормально.

Я оторвала кусочек круассана и сунула в рот. У меня вырвался вздох удовольствия.

Круассаны – подарок небес. Никаких сомнений.

– Хорошо. Я не знал, какое у тебя настроение, поэтому попросил Нину сделать всего понемногу, – сказал он хриплым голосом.

В груди вспыхнуло тепло.

Я застенчиво улыбнулась ему, тронутая этим жестом, хотя еду готовил не он.

Его скулы окрасил слабый румянец.

Он… покраснел?

Прежде чем я успела осознать столь ошеломительное зрелище, розовый оттенок исчез, и лицо Кристиана снова превратилось в камень.

– Раз уж ты здесь, обсудим правила.

Я нахмурилась:

– Хорошо…

– Ты здесь, потому что ты в опасности, а поскольку теперь ты полностью под моей защитой, нам следует принять соответствующие меры, – сказал он резко. – Оставайся здесь, пока мы не поймаем человека, оставляющего записки – это первое. Сегодня моя команда перевезет остальные твои вещи. Пока ты здесь, будешь спать в гостевой комнате и соблюдать правила дома. Никаких подруг или мужчин… – Его голос похолодел при слове «мужчины». – И не прикасайся к незнакомым устройствам. Шансы пятьдесят на пятьдесят, что они убьют тебя. В остальном, в обозримом будущем можешь считать это место своим домом.

Пятьдесят на пятьдесят, что меня убьют? Что у него за устройства?

– Ого. – Я выдавила широкую улыбку. – Кто сможет устоять перед таким приветствием? Ты действительно умеешь окружить девушку теплом и уютом.

Кристиан проигнорировал мой сарказм.

– Хорошо, что ты не публикуешь сообщения о своем местонахождении в режиме реального времени, но я хочу, чтобы ты ждала двадцать четыре часа вместо обычных трех-четырех. Варьируй график, сделай его непредсказуемым – в том числе маршруты, по которым ездишь домой. Еще у тебя будет телохранитель. Брок позаботится о тебе, когда меня нет рядом. Он ненавязчив; ты даже не заметишь его присутствия, если тебе не понадобится помощь. И последнее…

– О, хорошо. А то я испугалась, что уже все. Продолжай.

– Ты должна рассказать подругам правду. – Кристиан пристально на меня посмотрел. – Если они не будут знать, что ты в опасности, они могут непреднамеренно тебя ей подвергнуть или оказаться в опасности сами. Невежество не всегда благо.

Моя улыбка исчезла. На языке возник протест, но я его подавила.

Кристиан прав.

Как бы я ни избегала волновать друзей и иметь в качестве сопровождающего телохранителя, наблюдающего за каждым моим движением – тоже преследователя, но с менее гнусными намерениями, – мне нужна защита.

Кроме того, не следовало вводить подруг в заблуждение, будто все в порядке. А если преследователь нацелится на них, не сумев добраться до меня? Я никогда себе не прощу, если с ними что-то случится, потому что я их не предупредила.

Мои ногти сердито впились в колени.

Сдержанно, спокойно, собранно.

– Хорошо, – сказала я наконец. – Я скажу им. Но у меня тоже есть несколько правил.

Если мы устанавливаем новый порядок жизни, мне тоже нужно внести свою лепту. Кристиан – эксперт по безопасности, но это моя жизнь.

– Ну разумеется. – Голос Кристиана прозвучал сухо. Несомненно, он помнил, как я добавила собственные правила в нашу договоренность о поддельных отношениях.

– Это твой дом, и я буду уважать твои правила. Но также прошу уважать мою частную жизнь. Это значит, что в мою комнату без разрешения входить нельзя, даже когда – особенно когда – меня там нет. Не трогать мои вещи, даже если они находятся в общем пространстве. Не говорить мне, куда ходить и с кем видеться, если только это не представляет прямой угрозы безопасности. И… Я прикусила нижнюю губу, обдумывая последнюю просьбу.

– И? – Он поднял темную бровь.

Мои ногти глубже впились в кожу.

– Не приводить домой женщин. Меня не волнует, спишь ты с ними или нет – пока я здесь, их быть не должно. Это не… будет выглядеть неправильно.

Эксклюзивность подразумевалась, но не указывалась в контракте прямо. У меня не возникало проблем с соблюдением целибата, но я сомневалась, что то же самое можно сказать о ком-то вроде Кристиана. Думаю, женщины бросаются на него каждый день, независимо от статуса в отношениях.

Сердце странным образом екало, когда я представляла его с другой женщиной.

Я объясняла себе, что это связано с поддержанием приличий и не имеет ничего общего с… чем-то еще.

Веселье Кристиана растворилось в лужицах янтарного льда.

– Я не изменяю, Стелла.

– Это не измена, ведь на самом деле мы не встречаемся.

Что я несу? Ведь у меня нет желания, чтобы он спал с другими женщинами. Это слишком рискованно, и…

Желудок свело. Видимо, я слишком быстро проглотила круассан.

Тук. Тук. Тук. Я с нервным восхищением наблюдала, как подпрыгивают мускулы на его челюсти. Гнев Кристиана накатывал приливной волной, медленной и коварной, поглощая все на своем пути. Но когда он снова заговорил, его тон был гладким и безмятежным, как летнее озеро.

– Приму к сведению.

Приму к сведению? Максимально расплывчатый ответ – но я была слишком напугана, чтобы просить пояснений.

Больше мы не разговаривали до конца завтрака.

Позднее, пока Кристиан работал в домашнем офисе, а грузчики перетаскивали из моей квартиры остальные вещи, я исследовала огромную и роскошную холостяцкую квартиру, которая станет моим домом – бог весть, как надолго.

Я приходила сюда каждую неделю, чтобы позаботиться о растениях, но сразу же уходила. Я никогда не тратила времени на изучение обстановки.

Пентхаус Кристиана занимал весь одиннадцатый этаж «Миража» – максимально разрешенная высота зданий в Вашингтоне.

Полы из светло-серого мрамора, черная кожаная мебель, окна в пол, из которых открывается панорамный вид на город. Дом отражал хозяина: изящный, изысканно украшенный и красивый в холодном, но безличном смысле.

Там были элементы роскоши, ожидаемые для человека с таким богатством – например, частный бассейн на крыше и ультрасовременный тренажерный зал, но моей любимой комнатой стала библиотека.