Разрушительная ложь
Шрифт:
Но, по словам Брока, Стелла не выходила из дома со дня семейного ужина, и ее нужно было как-то вывести наружу. Она сияла слишком ярко, чтобы оставаться взаперти из-за страха.
– Есть новости насчет расследования?
Я прервал Кейджа, сосредоточившись на самом важном: преследователе Стеллы.
Как и ожидалось, он затаился, а все записки были отправлены с осторожностью. Возмутительно: общие фразы и ни единого клочка вещественных доказательств, указавших бы направление.
В отсутствие новых улик я попросил Кейджа составить список всех, кто побывал в жизни Стеллы, включая одноклассников, коллег и других блогеров. Чаще всего жертва преследования так или иначе знакома с преследователем, так что это лучший вариант для начала.
Кейдж нахмурился, но ему хватило мудрости промолчать.
– Пока ничего. Я дам знать, когда мы что-то узнаем. – Он поколебался, а потом добавил: – Слушай, я понимаю, она твоя девушка, но мы тратим столько ресурсов…
Его снова прервали – на этот раз у меня зазвонил телефон.
Стелла.
Будто я призвал ее силой мысли.
Я взял трубку, ожидая услышать рассказ про контракт с «Деламонте». Она сразу развеяла ожидания.
– Кристиан. – Голос Стеллы сорвался.
Вспыхнувшее при виде ее имени тепло сковало льдом.
Что-то не так.
– Где ты?
Я пропустил бесполезные вопросы – ты в порядке? что случилось? – и перешел сразу к сути.
Несмотря на спокойный голос, я так крепко сжал телефон, что тот протестующе треснул.
– Дома, – едва слышно прошелестела она.
– Сейчас приеду.
Я даже не стал надевать куртку; единственное, о чем я мог думать – насколько расстроена Стелла, если позвонила мне.
Она всегда старается держать все проблемы при себе и пытается справиться с ними самостоятельно. Всегда помогает другим и никогда не просит о помощи. Тот факт, что она не…
Мое сердце замедлилось до глубокого зловещего ритма, а пальцы сжались от внезапной потребности кого-нибудь придушить, прежде чем я не заставил их расслабиться.
Пока я не выясню, что конкретно случилось, нужно держать себя в руках и никого не убить – особенно Брока, который должен был присматривать за Стеллой.
Кейдж изумленно уставился на меня, когда я рывком распахнул дверь.
Я никогда не уходил с брифингов, никогда. Мне хотелось знать обо всем, что происходит, даже если это чертовски скучно.
– Куда ты…
– Брифинг окончен. – Я захлопнул за собой дверь, прервав его на полуслове.
Мои шаги отбивали холодный яростный ритм, когда я набрал Броку по дороге в гараж.
Какого черта он не сообщил о проблеме? Какой смысл заставлять кого-то следить за Стеллой, если они не способны выполнять свою проклятую работу?
– Стелла. Что случилось? – выпалил я, когда он ответил.
После короткой испуганной паузы он промямлил:
– Ничего, сэр.
– Ничего, – ледяным голосом повторил я. – Если ничего не случилось, почему она только что позвонила мне и говорила таким голосом, будто вот-вот заплачет?
Еще одна пауза, на этот раз пронизанная неуверенностью.
– Она все утро провела дома. Пошла в кафе, ответила на звонок и выглядела чертовски счастливой. Она по-прежнему улыбалась, когда вернулась в квартиру. Я не знаю, что произошло потом. – Он громко сглотнул. – Ты сказал не следить за ней, когда она дома.
Да, и это гребаная ошибка. Проклятые границы. Нельзя ориентироваться на них, когда дело касается ее безопасности.
Я практически слышал, как потеет Брока.
– Босс, клянусь, я не…
– Обсудим позже.
Я закончил разговор и сел в машину. Если у него нет полезной информации, нет смысла тратить время на болтовню.
Моя единственная цель – как можно скорее добраться до Стеллы.
В груди вспыхнула ярость, и ее ледяное жжение немного притушило жгучую, незнакомую панику в легких, пока я несся к «Миражу».
На «Макларене» и по полупустым улицам я добрался ровно за пять минут.
Я нашел Стеллу в гостиной – она уставилась на лист бумаги, который держала в руках.
Мне не потребовалось его читать, чтобы понять – это очередная записка от преследователя.
Багровая пелена ярости застилала глаза, но я сохранил нейтральный вид, когда Стелла подняла голову и посмотрела на меня.
– Я нашла это в спальне, – прошептала она. – Он был в квартире. Он никогда… это первый раз, когда он… Ее частое дыхание заполнило наступившую тишину.
Я заметил неустойчивый ритм и легкую дрожь, сотрясающую ее тело.
Она на грани панической атаки.
Я пересек комнату и забрал письмо из ее холодных рук – мягкие движения противоречили яростному реву крови в ушах.
Мельком глянув на бумагу, я обнаружил три напечатанных слова.
Я предупреждал тебя.
Шум в ушах усилился.
– Его здесь больше нет, но я на всякий случай проверю квартиру. – Я старался говорить спокойно, хотя хотел выследить ублюдка и заживо содрать с него кожу. – Оставайся здесь.
Я натянул перчатки и обшарил квартиру в поисках других тревожных улик. Я ничего не обнаружил, но позднее придется провести более тщательную проверку.
А пока нужно вытащить отсюда Стеллу.
Я вернулся в гостиную и сорвал с пальцев перчатки. Этот жест немного успокоил накопившуюся в животе ярость, но она забурлила вновь при виде Стеллы, которая с непроницаемым лицом свернулась калачиком на диване, прижав колени к груди.
– Похоже, все чисто, но ты переедешь ко мне, пока мы не разберемся. Мой голос звучал ровно, но твердо.
Надо было прислушаться к интуиции и убедить ее переехать ко мне после первой записки, но я не хотел слишком спешить.
А теперь, когда мерзавец проник в ее квартиру, в мой дом…
Пальцы снова дернулись.
Я хотел обхватить ими горло преступника и выдавить из него жизнь, пока он молит о пощаде. Хотел увидеть, как в его глазах гаснет свет, принося осознание того, насколько сильно он облажался.
Образы пыток соответствовали металлическому привкусу крови на языке. Я уже чувствовал вкус мести.
Как только я найду этого ублюдка, я получу удовольствие, заставляя его сожалеть о каждой секунде своего жалкого существования.
Я вздохнул сквозь нарастающий в груди холод, сложил письмо в аккуратный квадрат и сунул в карман.