Чтение онлайн

— Кто я?! — Бурак ударяет кулаком об стол. — Как это — кто такой?! Я все еще твой муж. И им останусь. Ясно?!

— Значит, ты тут все решаешь, да?! — злюсь я. — У глупой Лейлы прав нет?

— Дослушай меня, — чуть спокойней говорит он, кажется, только сейчас понимая, что переборщил. Складка между бровей разглаживается. Бурак шумно выдыхает. — Моя жена не может работать где попало...

— Ах, ты боишься, что тебе будет стыдно за меня, — горько усмехаюсь я.

— Лейла... — Он вдруг обходит стол, обхватывает мои плечи. — Я не против твоей самостоятельности. Напротив. Если тебе принципиально устроиться на работу, то я сам найду, чем тебе заняться... Можешь, например, прийти ко мне в компанию.

На этих словах, я замираю. Из раза в раз прокручиваю в голове его слова, и все становится ясно.

— У тебя совсем крыша поехала, Бурак? Для того, чтобы работать в твоей компании, мне как минимум нужен опыт, которого, увы, нет. — Я дергаю плечами. — И отпусти меня, в конце концов!

— Лейла... — Хриплый шепот обжигает шею. — Просто послушайся. Я ведь хочу как лучше.

— Лучше для кого? — Я закатываю глаза. — Для меня или для себя? Ты чертов эгоист, Бурак. Ты не ставишь ни во что мои интересы. Ты прешь как танк, не задумываясь о том, что мне все еще больно находиться рядом с тобой. Да даже дышать тяжело там, где есть ты. Я не желаю тебя видеть, слышишь?! А ты говоришь: пошли в мою компанию работать. Да ты серьезно?! После всего, что произошло?

Он нехотя отходит от меня на приличное расстояние. Сужает глаза.

— А придется, — хмуро выдает Бурак. — Тебе придется видеть меня часто. Даже если ты этого не хочешь...

Каждая фраза выворачивает меня наизнанку. Но я упорно молчу, глядя в темные омуты его глаз.

— И не только из-за того, что мы все еще не развелись.

— Я настаиваю на...

— И не разведемся, Лейла, — обрывает он на полуслове, понимая, что я хочу сказать. — Слышишь? Не будет этого. Я не позволю.

Сжав переносицу, я отхожу к окну. Устремляю взгляд на открывшуюся панораму города. Он меня не слышит. Совершенно.

— И даже не только из-за того, что я буду часто приходить к вам, чтобы увидеться с сыном, — настойчиво продолжает Бурак. — А потому что я из твоей жизни никуда не денусь. Не уйду. Буду постоянно рядом. Постоянно буду с тобой. И избавиться... от меня не получится. Поэтому забудь об этом. Даже не думай, что сможешь. А если захочешь построить новую жизнь с кем-то... Я этого не позволю, — ударяет он словами наотмашь. — Никогда. И да, Лейла, я чертов эгоист, ослепленный ревностью, но другого тебе не дам. Ты будешь вынуждена меня видеть. Всегда. До конца наших дней. Я так сказал.

— Это выбор без выбора, — сцепив пальцы до белых костяшек, говорю я. — Ты понимаешь, так ведь?

— А у тебя его нет. Выбора нет, Лейла. Только так, и никак иначе.

Я смотрю на него в упор. Злость выходит на новый уровень.

— Да как ты можешь быть таким?! — кричу я, позабыв, что в другой комнате спит Али. — Как ты можешь ставить мне ультиматумы после всего того, что сотворил с нами?! После того, как втоптал меня в грязь?!

— Тише. Ребенок спит, и...

— Когда ты выгонял меня из дома, ты не задумывался, что будет с сыном. А теперь прямо воспрянул. Весь такой правильный, — уже шепчу я вполголоса. — Отец года! Все пять лет я как полная дура к тебе в рот заглядывала — теперь не хочу. Я буду строить свою жизнь сама. И да, возможно, сейчас у меня не все получается, но со временем я наберусь опыта, и все изменится. Не думай, что весь мир вертится вокруг тебя, Бурак. У меня было тяжелое детство, и я сама прогрызала себе дорогу. При этом поднимала и сестренку. Мы прорывались сквозь тернии. А когда я тебя встретила, то впервые поверила в сказку. Доверилась тебе, еще не понимая, что совершила самую главную ошибку в своей жизни. Поэтому я не буду следовать твоим приказам.

— Делай что хочешь, Лейла. — Его темные глаза загораются. — Но знай: в другое место устроиться не получится. Не возьмут!

В этот момент на ум приходят слова Эмре... Он ведь говорил, что может помочь устроиться в его компанию, если я у него попрошу. Что ж, если совсем не будет выхода, я ему обязательно позвоню.

— Поверь мне, я найду, где работать, дорогой... муж. — Я делаю акцент на последнем слове.

Бурак неверяще щурится. Смотрит на меня, не отрываясь. Будто хочет выведать все, о чем я думаю, и в своих предположениях попадает прямо в цель.

— К Эмре пойдешь? — невесело усмехается он.

— И пойду! — Я вскидываю подбородок.

— Не нужно делать глупости, чтобы насолить мне. Не стоит. В любом случае ты будешь уставать. Тебе гораздо легче будет работать у меня. Будем всегда вместе выходить из офиса. Сына забирать из садика. Тебе будет легче во всех смыслах этого слова. И даже если срочно понадобится уйти, я буду тебя отпускать.

— А у тебя все просто, да, Бурак? — Я тычу пальцем ему в грудь. — Я сказал — ты сделала. И больше ничего. Ни капли вины и угрызений совести. Это манипуляция. Здорово придумал. Только это не мне удобно, а тебе! Зная, что у меня нет выхода, ты закрываешь мне все двери заранее. И я ведь знаю, что ты можешь специально сделать так, чтобы меня никто не взял!

После моего выпада Бурак даже не ведет бровью. Полностью соглашается.

— Я этого не скрываю. Тебя никто не возьмет, — скалится он. — Я сделаю все, чтобы ты была со мной. Возле меня.

Я складываю руки на груди.

— А вообще знаешь, что... — Я отхожу от него на метр. — Если уж на то пошло, то зачем мне отказываться, когда предлагают сами, не так ли? Хорошо, я согласна. Но только попробуй подойти ко мне. Сделать лишнее движение в мою сторону... И я не позволю тебе видеть сына. При всем твоем желании. Я найду способ. Я сделаю так, чтобы ты его никогда не увидел. Скрою. Сбегу. Сделаю все, что в моих силах. Поэтому не нужно со мной играть. Ты и так натворил много всего. Я не собираюсь плясать под твою дудку. Делать то, что ты пожелаешь. Забудь. Этого не будет. А теперь будь добр, уйди с моих глаз. Оставь меня одну. Завтра я приеду на работу. Нужно подготовиться. Первый рабочий день ведь...

— Ну что, поехали? — улыбаюсь я Али, поправляя его рубашку. Выглядит сын идеально. Аккуратно и чисто. Прямо копия своего отца.

— Поехали! — громко отзывается сын.

Я уже тянусь к ручке двери, как раздается звонок. Смотрю в глазок, понятия не имея, кто может появиться в такую рань. Увидев Бурака, удивляюсь, потому что в планах встречаться с ним в восемь утра не было. Да и вообще, зачем он пришел? Я ведь говорила, что заезжать за нами нет необходимости.

— Мам, кто там? — тихо спрашивает Али, касаясь моей руки.

Я открываю дверь и сразу сталкиваюсь взглядом с мужем, который при виде меня облегченно выдыхает.

— Успел, — говорит он, внимательно вглядываясь в Али. — Думал, опоздаю.

По телу вместе с теплотой от осознания того, что в важный для сына день он захотел быть рядом, разливается еще и некое раздражение. Я пытаюсь оттолкнуть Бурака, но его все равно слишком много в моей жизни. Он будто специально стремится постоянно быть перед глазами. Хотя... Ведь он вчера так и сказал, что постоянно будет рядом!

— Если продолжим тут торчать, то обязательно опоздаем, — недовольно ворчу я, сжимая маленькую ладошку Али.

Бурак берет сына на руки и, развернувшись, уходит. Не медля ни секунды, иду за ними, забирая небольшую сумочку сына.

Едем, естественно, на машине Феррахоглу. Спорить желания нет, поэтому я даже не стала разговаривать с ним. Сажусь вместе с Али на заднее сиденье, хотя раньше предпочитала сидеть рядом с мужем.

Сколько же счастливых дней мы прожили вместе... столько воспоминаний, которые сейчас болью отдаются в груди. Бурак все сам испортил. Собственными руками разрушил наш брак, наши отношения. А теперь... Теперь поздно что-либо возвращать.