Чтение онлайн

Да и… не смог я, когда почувствовал ее дыхание так близко. Когда она смотрела на меня не с ненавистью, не с разочарованием, а с тревогой.

Как раньше. Как будто я все еще был тем, кого она любила.

Когда она ехала на прием, Тени следили за ее каретой — мои люди мне передали. Лира просто не должна была добраться до дома мэра.

Собственно, этим исполнители подписали себе приговор. Я сделал все тихо, но получил то, что меня больше всего интересовало: их воспоминания теперь в артефактах. Не сильно информативно, но дополнительное доказательство, а это сейчас мое главное оружие.

Как произошло первое покушение на Лиру, кто за этим стоял, кто был исполнителем, я уже выяснил. И большая часть участников уже понесли наказание. В том числе в нашем доме. Не из старой прислуги — из недавно нанятой.

Это говорило о том, что активизировались Тени не так давно.

Я все еще до конца не мог понять, зачем Теням смерть Лиры, учитывая, что она не стала инициированным хранителем и вряд ли действительно могла помешать. После смерти Орона ее некому было бы инициировать, функции хранителей должны были перейти к Делариз. И Элен должна была это знать. Но все же…

Запрос на передачу охраны Врат уже лежал у короля. Его Величество временно отложил это дело, как мы и договорились: он в курсе, что Орон жив, но всех, кто связан с Тенями надо выявить. А еще что именно они задумали.

Еще этот Блайд. Он ведет свою игру. Связан с тенями? Глава тайной полиции? Тогда все совсем плохо. А если не связан, то что ему нужно? Особенно от Лиры.

Я видел, что на протяжении почти всего приема Вегард почти не отрывал от нее взгляд. Но не подошел. Зато залез в карету. Как же мне хотелось его вытащить оттуда за шкирку, перегрызть его горло.

Но я следовал на небольшом расстоянии, прослушивая все, что происходило в экипаже через специальный артефакт. Он манипулировал информацией, пытался надавить на Лиру.

И я даже улыбнулся, когда понял, что она не сдалась, не испугалась, не пошла у него на поводу. Лира умела быть тихой, заботливой, но всегда обладала внутренним стержнем. И я всегда восхищался этой ее способностью. Она была для меня примером.

С трудом заставил себя уйти. Следил за ее домом, пока не погас весь свет в окнах. И позже стоял, пока новый приступ не вынудил вернуться обратно.

Это невыносимое осознание — быть рядом, но не иметь возможности коснуться. Не иметь права коснуться, пытаться вернуть или хотя бы рассказать правду. За оставшееся мне время нужно было разобраться с делами и выяснить все, что может угрожать Лире. В этой игре оказалось слишком много неизвестных.

Тени, сам грот, генерал… Что еще могло быть в этой все еще непонятной для меня игре?

Под деревом я снова достал связной камень. Он засветился, и я ответил.

— Я на месте, Сандр, — донесся до меня голос Орона. — Где Лира?

Я хмыкнул.

— Твоя сестра оказалась более темпераментной, чем мы с тобой думали, — ответил я. — Она… написала отречение и отправилась в ваш дом.

Орон приглушенно выругался.

— И почему я узнаю об этом только сейчас, когда я больше чем в двух днях пути от вас?

— Тебя устроит объяснение, что я идиот? — спросил я.

— Не совсем. Меня больше устроит, если ты мне все объяснишь и расскажешь, что произошло, — ответил он.

— Лира написала отречение и почти связала мне руки, — тяжело произнес я. — Объяснить я ей ничего не могу, уговорить — тоже. Ты же знаешь, что если ей что-то придет в голову, ее практически невозможно переубедить.

Через камень до меня донесся смешок.

— Помню я, как она изводила отца, вынуждая разрешить ваш брак. Не хотел бы я быть на его месте, — сказал Орон.

— Вот я сейчас на его месте. Только я на грани того, чтобы нарушить клятву, данную вашему отцу и, наконец, рассказать про Врата.

Я всмотрелся в морскую даль, подернутую дымкой жары. Казалось, там мерцали призраки прошлого.

— Это опасно для тебя. Но, может, это и к лучшему, — отозвался Орон. — Я был не согласен с отцом.

— Мне уже ничего не страшно, ты же знаешь, — устало заметил я. — Но я тут задумался, почему твой отец так упорствовал, а потом вдруг передумал? Ведь дело было во мне?

Ответом мне было молчание. Орон явно что-то знал. Что-то, чего, видимо, не знал я.

В этой истории количество тайн просто зашкаливало. И даже близкие люди и союзники не все рассказывали друг другу.

— Орон? — с нажимом позвал я.

— Отец был почти уверен в этом, но я всегда считал, что он ошибается, но что если…

— Договаривай! — повысил я голос и тут же закашлялся. Надо увеличить дозировку наятоя.

— Он считал, что ты из рода хранителей темных Врат.

— Ты… — я даже не сразу сообразил. — Я?

Я читал легенды, выдержки из архивов и прочие документы по истории Врат, когда пытался разобраться в мотивации теней. Но везде было написано одно: единственный род хранителей уничтожили. Их больше нет.

— Я долго думал, что от тебя может быть нужно Элен, — наконец, сказал Орон. — И тогда вспомнил, что отец упоминал про уничтоженный род в каком-то из разговоров со мной. У них тоже были силы. Силы открывать темные врата, Сандр. Понимаешь, что это значит?

Да, я понимал. И это расставляло по местам многое.

— Сандр? — раздался позади меня знакомый до боли в груди голос.

Орон тоже услышал и тут же отключился.

— Лира? — я спрятал камень связи в карман и обернулся.

— Ностальгия замучала? — спросила она жестко, резко вскинув подбородок. — Или проклятье?

Как бы ни была я зла и сбита с толку, рабочий день никто не отменял. Я заперла все чувства и мысли по поводу Сандра на замок, пообещав себе разобраться в них позже. Вопросов было много, но кто бы мне ответил?

Пациентов сегодня было больше чем обычно. Меня навестила и эли Эрнанда, которая вчера тоже была на званом вечере. Я забеспокоилась, не случилось ли чего, но Эрнанда пришла, похоже, просто поговорить.

— А я ведь так верила этому мошеннику! — пожаловалась она, пока я проверяла пульс. — Надо было заподозрить неладное ещё когда мне стало легче буквально на следующий день после отказа от кровопусканий!

— Как ваше самочувствие сейчас?

— Намного лучше! Я даже смогла туже затянуть корсет, но не свалилась в обморок, — с энтузиазмом ответила она.