Чтение онлайн

— Ну что же. Рисуйте. Творчество ещё никому не мешало.

Я взяла ближайший горшок — тот самый, с бархатцем, — и стала зарисовывать карандашом. Когда было готово, отдала рисунок Эгидио. Кайт заинтересованно заглянул через его плечо.

— Паулина обещала, что сделает для меня эскизы.

— Вот как? — удивился Эгидио. — Ты всё-таки нашёл достаточно сумасшедшего художника, готового ходить с тобой по горам, по долам, мой мальчик. Что ж, тогда вместо занятий по концентрации вы можете рисовать. Но не менее двух часов в день. Это обязательно! А сейчас практика. — Кайт ободряюще кивнул мне и тактично вышел. Учитель продолжил, потирая руки: — Сформируйте голубую сферу из искр, Паулина. Кайтфор рассказал, что она у вас уже получалась.

Я растерялась. «Только что кружочки были, и вдруг сразу “сформируйте сферу”».

— А-а… Вы мне не поможете?

— Нет, пробуйте без меня. Страх мешает? Боритесь с ним.

Судорожно вспоминая, что тогда в лесу говорил мне Кайт, я попыталась создать сферу. Чувствовала уже знакомое покалывание в кончиках пальцев, но нужного результата не получалось, только обычные скромные искорки.

— Пробуйте ещё раз! Просто отпустите себя.

Эгидио преобразился: под обликом доброго рассеянного старичка, страсть как обожающего сладости, проступил маг с железной волей и несгибаемым характером. Его глаза-буравчики неотступно следили за каждым моим движением. Робкие возражения, что я не могу и не получается, он тут же отметал и заставлял пробовать снова.

— Ещё раз, Паулина! И забудьте то, что учили раньше. Ещё раз! Вас вели по привычным устоявшимся путям, учили шаблонным решениям, но они не для вас. Найдите свой путь! Ещё раз!

У меня уже тряслись руки от усталости и этих бесконечных «ещё раз». Только стало получаться хоть что-то, как Эгидио скомандовал:

— Отдохните. Час занятий прошёл. — «Час? Прошёл всего лишь час?!» Мне казалось, что я тут уже полдня как страдаю. Я рухнула в кресло возле стола. — Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, учитель Эгидио. Только голова немного побаливает.

— А ведь раньше было хуже, верно? Вы постепенно крепнете и учитесь правильно распределять силы. Пусть пока и интуитивно.

Я кивнула и бросила взгляд на испорченную столешницу.

«А ведь как эффектно!» Выжженные молнии красиво подчёркивали текстуру натурального дерева. «Если подкрасить тут и вот тут, будет целая картина. Но вот здесь узора не хватает».

— Учитель Эгидио, а если стол вам совсем не жалко, можно я его допорчу?

Я закусила губу, чувствуя, как румянец от осознания собственной наглости расцветает на щеках.

Эгидио добродушно усмехнулся.

— Что же вы задумали, моя дорогая ученица?

— Попытаться дополнить рисунок. Можно?

Учитель вздёрнул рукава, подошёл к столу.

— Положите руки на стол. А теперь пробуйте. Вспомните, свои ощущения в прошлый раз. Не надо представлять молнии или узоры. Отпустите энергию, пусть она течёт свободно. Не бойтесь, я буду вас контролировать.

От мысли, что Эгидио следит за мной и не позволит спалить дом, мне стало легче. Я закрыла глаза и постаралась сделать так, как говорил Эгидио.

Запах горящего дерева всё же заставил посмотреть, что происходит. От моих пальцев, мигая вспышками пламени, ползли в разные стороны ветвистые то ли деревья, то ли молнии. Когда вся столешница оказалась заполнена, я, тяжело дыша, убрала ладони и откинулась в кресле.

Эгидио махнул рукой, и резко распахнулись окна. Свежий ветер смешался с дымом.

— Учитель, вам нравятся такие узоры?

— Что-то в этом есть. — Алом Эгидио даже наклонился поближе, рассматривая столешницу то под одним углом, то под другим. — Свободно отпускать энергию в пространство это неплохо, но помните, что нужно научиться это делать целенаправленно. Подумаем об этом после, а сейчас, Паулина, отдыхать, немедленно отдыхать.

Уже вечером после того, как меня накормили ужином, я поехала домой. Я сильно устала, даже думать было тяжело, поэтому когда Лутис Найкель снова встретил меня внизу и преградил путь, я даже не нашлась с достойным ответом.

— Где была? — спросил он, одновременно разгрызая тыквенные семечки. Лутис щедро отсыпал семечек на ладонь и предложил мне. Я замотала головой, молча обошла его и пошла по лестнице.

— Чего молчишь?

— Устала.

— А что делала?

— Алом Лутис! Я не обязана перед вами отчитываться.

— Ну да, ну да.

Найкель и его навязчивость раздражали. То, что он снял меня с забора, не давало ему право так со мной обращаться. Я ускорила шаг и закрылась в комнате.

«Может, матери его пожаловаться? Хотя глупо как-то. Алома Найкель скорее меня виноватой посчитает, чем сына. Ах, сегодня последний срок заплатить за жильё за следующую неделю! Может, поэтому Лутис за мной ходит? Так бы и сказал, что сроки подошли. Странная семейка».

Я пожала плечами, подошла к шифоньеру, открыла ящик, в котором под всякими безделушками в самом углу хранила деньги, и остолбенела, когда денег там не обнаружила.

Попятилась назад, удивлённо глядя на ящик. Несколько секунд ещё уверяла себя, что просто ошиблась, и деньги должны быть там. Снова бросилась к ящику, перерыла его весь. Потом разворошила шифоньер. Кинулась к чемодану под кроватью, в нём, в потайном кармане, я хранила все документы.

Ни денег, ни документов. Исчезли даже бумаги о разводе.

Я со стоном повалилась на кровать и уткнулась в подушку.

«Без документов здесь, в Файренке, да и во всей Мизе, я совершенно никто. Старые документы на девичью фамилию похищены, а новые я сделать не могу. Я же не гражданка Мизы. Ехать в Айли? Но на какие деньги? Да и там выпишут мне документы как на лиату Лексо, жену Бартала, ведь по законам Джанса мы всё ещё женаты. И как я потом вернусь в Мизу, на каком основании? Документы Джанса здесь не имеют силы».

Слёзы стали щипать глаза, но я села на кровати и смахнула их. «Не время раскисать!»

«Без документов ни работу, ни новое приличное жильё не найти. Никто не станет связываться с нелегалом».

Что делать, я понятия не имела и побежала вниз к аломе Найкель.

— Кто-нибудь приходил ко мне?

— Нет. И что вы так тараторите? Вас не учили манерам?

— Послушайте. Из моей комнаты пропали деньги и документы.

Она сложила руки на груди.

— Это серьёзное заявление, аломита Филлиакс. У меня пристойный дом и порядочные постояльцы.

— И всё же кража налицо.

Я упорно смотрела на неё.

— Мне ничего об этом неизвестно. Были ли вообще у вас деньги и документы?

— Но ведь при заселении я показывала вам документы! Вы же вписали мои данные в домовую книгу!

— Возможно, вы сами всё потеряли, а теперь хотите обвинить других. Посторонних я не пускаю, те, кто живут, люди благонравные. Из всех вы здесь самая странная. Очень вам не советую наговаривать на мой дом и отпугивать постояльцев. — Алома Найкель захлопнула дверь, но почти сразу резко распахнула. — И не забудьте, до завтра вы обязаны заплатить пятьсот кроу за жильё. Иначе ищите другое.