Чтение онлайн

Я проверяю телефон и радостно вздыхаю: наконец-то появляется сигнал, две полоски связи. Сердце сразу учащённо бьётся. Набираю номер регистратуры.

— Администратор Елена, клиника “Альфа-мед”, слушаю.

— Лен, привет, это Карина.

— Ой! Кариночка Витальевна, у нас тут такое…

— Тихо ты, не голоси, — шепчу, озираясь, будто кто-то может услышать. — Никто не должен знать, что я звонила. Точнее, скажи, что я… ну, передала через кого-то. Меня не будет в ближайшее время.

— Так ведь Вадим Александрович тут такой шум поднял, когда вы прямо с приёма ушли. И сейчас все боятся к нему подходить. На Надежду Юрьевну вообще так кричал, думали, уволит её.

Блин, наверняка он тряс её по поводу того, куда она меня увезла. Надеюсь, Надя — кремень.

— Лен, спокойно. Поорёт и успокоится. Куда денется, — стараюсь говорить уверенно.

— А почему он не знает, где вы? — осторожно спрашивает она.

Я понимаю её любопытство, но у нас с ней не настолько близкое знакомство, чтобы я делилась своими проблемами.

— Так надо. Ты меня поняла? Скажи, что я уехала надолго. Приёмы отменить нужно.

— Да-да, поняла. Передам всё.

Я сбрасываю звонок, пока болтушка Лена не начала задавать ещё больше вопросов. И так уже хватит обсуждений на целый день.

Возвращаюсь в дом. Внутри пахнет тушёной капустой и печёным хлебом. Зоя Васильевна что-то напевает, помешивая в кастрюле. Я подхватываю веник и подметаю пол, хоть она и ворчит, что мне надо отдыхать. Но я не могу просто сидеть. Лежать целыми днями — значит слушать тишину и свои мысли. А они такие навязчивые, такие тёмные… Нет, лучше уж руки занять.

К переезду хожу ещё несколько раз, проверяю телефон, в надежде услышать Надин голос. Но она почему-то не отвечает. Каждый раз сердце болезненно сжимается, когда в трубке слышу только длинные гудки. Я начинаю грызть ногти от беспокойства.

Она выходит на связь только через несколько дней. К этому моменту у меня уже подступает паника: в голове мелькают десятки худших сценариев.

— Что там Вадим? Терроризирует тебя? Ты почему не звонила? — принимаю видеозвонок.

— Прости, закрутилась. То одно, то другое. Ты же знаешь, тебе не позвонишь в любой момент.

— Это да, — киваю я. — И плюс, и одновременно недостаток.

— Вадим злой как собака. Грозился меня уволить. И тебя, кстати, тоже.

— Так он не может меня уволить, я же беременная.

— Вообще да. Но ты ведь в отдел кадров документы не относила?

— Не успела, — Надя морщится и отмахивается, будто это мелочь.

— Ой… он со злости, конечно, может. Но ты не бойся, я к нему схожу.

— Не надо, Надь. Он ведь и так спрашивал, куда я делась?

— А то! Еле отбрехалась, — закатывает глаза подруга. — Сказала, что на автовокзал тебя отвезла.

— Он поверил?

— Вроде. Но я не уверена, — она пожимает плечами.

— Надь, если он вдруг будет тебе угрожать, мало ли…

— Ой, да что он может сделать? — она дерзко вскидывает подбородок.

— Уволит.

— Пойду в другую больницу. Хороших эндокринологов мало, — отвечает она с той самой уверенностью, которая иногда кажется мне почти безрассудной.

— И всё же, не геройствуй. Звони, я приеду. На то, чтобы найти новое место, нужно время, а у тебя мама с её дорогими лекарствами. Ты у меня, конечно, боевая, но не стоит рисковать.

Надя хмыкает. И я уже не понимаю, то ли она действительно готова стоять насмерть, то ли Вадиму быстро надоедает её допросами изводить. В любом случае на две недели наступает тишина.

Я за это время обзавожусь необходимой одеждой и обувью: покупаю удобные кроссовки, пару длинных футболок, штаны на резинке. Много не беру, да и куда тут прихорашиваться? Главное, чтобы было комфортно. Каждый день превращается в спокойный и размеренный: сон, длинные прогулки, редкие звонки Наде, частые мысли о будущем.

Жизнь течёт тихо, и я понемногу начинаю привыкать к этому новому распорядку. Но в один из дней, когда в очередной раз выхожу с телефоном на связь, раздаётся звонок. На экране высвечивается незнакомый номер.

— Карина? Это Алексей, — раздаётся в трубке мужской голос. Он звучит вежливо. — Извините, что беспокою… У вас есть время поговорить со мной?

Странно, что Алексей звонит именно сейчас, спустя столько времени. И ещё страннее, что он каким-то образом раздобыл мой номер. Я ведь не оставляла его.

По его поведению в прошлую встречу было ясно: он не из тех, кто бросает слова на ветер. Скорее наоборот — человек, который привык добиваться своего, спокойно, методично, без суеты. Но тогда почему он ждал так долго?

Я делаю пару шагов в сторону, поднимаясь выше по пригорку, здесь сигнал ловит чуть лучше.

— У меня сейчас не очень хорошо ловит связь, но я вас слушаю.

— Тогда я бы предпочёл, чтобы мы встретились лично. Вы сможете подъехать?

— Простите, но я пока не понимаю, ради чего. Сама по себе встреча с вами слишком слабый аргумент.

— Я понимаю, да. — На том конце лёгкая пауза, будто он подбирает слова. — Но это скорее деловое предложение, которое должно вас заинтересовать, Карина. Насколько я знаю, вы сейчас находитесь в затруднительном положении.

Меня бросает в холод.

— Откуда у вас эта информация? — спрашиваю тихо, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

— Слухи расходятся быстро, тем более в медицинской среде.

— Разве вы имеете к ней отношение? — пальцы сжимают телефон так, что костяшки белеют.

— Опосредованное, да. — Его голос всё так же выдержан, будто он привык работать с настороженными людьми. — Я хочу предложить вам работу. Если вам интересно, буду ждать вас послезавтра в три часа дня. Адрес скину в смс.

Прежде чем я успеваю что-то ответить, звонок прерывается. На экране появляется короткое уведомление с адресом. Ощущаю полную растерянность. Что это было вообще?

Алексей, по сути, чужой человек. Мы виделись пару раз, и я едва запомнила его лицо. Но он явно знает обо мне слишком многое. Это настораживает. И всё же любопытство пульсирует где-то под ложечкой. Встреча ни к чему не обязывает, а если действительно речь о работе, может, это шанс?

Возвращаюсь в дом. Зоя Васильевна сидит на диване с вязаньем, но, увидев моё выражение лица, сразу откладывает клубки.