Чтение онлайн

Я достаю свой телефон и пишу Элаю, чтобы он заехал за мной. Пока я готовила контрэкспертизу, Элай отогнал лодку обратно к своему дому, тщательно уничтожив все следы нашего присутствия.

Мгновение спустя он подъезжает с выключенными фарами, и я ухмыляюсь. Только бывший военный, родившийся и выросший в деревне парень мог такое провернуть.

– Какого хрена, Тесса?
– его глаза оценивают мою порванную одежду, когда он протягивает руку и касается моей щеки. Я чувствую покалывание. Должно быть, меня поцарапал гравий.

– Я в порядке.

Выражение его лица становится озабоченным.
– У тебя идет кровь. Что случилось? Где машина Уилсона?

– Примерно в полумиле отсюда, - уклончиво отвечаю я.

– Хочу ли я вообще знать?

– Нет.

Мы тихо ускользаем до прихода утренних рабочих, и как только мы возвращаемся ко мне домой, я спускаюсь вниз, чтобы проверить Далтона. Глядя на его изможденный вид и налитые кровью глаза, я не могу удержаться от ухмылки и выключаю музыку. Думаю, на сегодня хватит пыток. Всегда есть завтрашний день, и мой мужчина ждет меня наверху.

Когда я захожу в свою спальню, на меня наваливается усталость, а адреналин, который тек по моим венам, спадает почти мгновенно. Я падаю на кровать, руки Элая обнимают меня, защищая, и через несколько мгновений я погружаюсь в мирные объятия сна, а внешний мир превращается в ничто.

Меня будит пронзительный звонок телефона. Я переворачиваюсь, чтобы ответить.
– Алло?

– Тесса, меня сегодня выписывают. Ты можешь заехать за мной?
– голос Элли звучит тихо, незнакомо. Совсем не похожа на сильную женщину, которая была моей лучшей подругой на протяжении многих лет.

– Конечно. Во сколько мне нужно быть там?

Элли рассказывает подробности, ее слова короткие и по существу.
– Ладно, скоро увидимся, друзья. Спасибо.

Я слышу щелчок телефона, когда она вешает трубку, никаких других слов. Вздыхая, я переворачиваюсь на спину, чтобы посмотреть в лицо Элаю. Его глаза насторожены, что означает, что он подслушал.

– Ты же знаешь, что она не может вернуться домой, верно?

– Да, я знаю, - тихо говорю я, уставившись в потолок, когда первые лучи рассвета начинают проникать через окна, заливая комнату мягкими лучами.
– Поехали заберем нашу девочку.

ТЕССА

Я стучусь в дверь больничной палаты Элли, пока Элай идет за медсестрой и берет инвалидное кресло. Войдя внутрь, я вижу Элли, сидящую в кресле у кровати, одетую в бледно-голубые спортивные штаны - какой-то модный дизайнерский бренд, который она любит. Несколько личных вещей упакованы в прозрачный пластиковый пакет на кровати.

Она сидит, уставившись в окно. Ее темные волосы падают волнами, обрамляя лицо, вероятно, в попытке скрыть синяки. Элли обладает естественной красотой, ее черты лица идеально симметричны, с полными, пухлыми губами и дерзким носиком. Я прохожу дальше в комнату, но она не замечает моего присутствия.

– Все?

Ее поразительные голубые глаза встречаются с моими, в них мелькает замешательство, прежде чем рассеяться, как будто она погрузилась в свои мысли. Или диссоциирует. Это бы меня не удивило, учитывая все, через что ей пришлось пройти.

– Эй, - бормочет она, непролитые слезы наполняют ее глаза, прежде чем она прикусывает губу и отводит взгляд.

Входит медсестра, чтобы прочесть инструкции по выписке, в то время как Элай остается с Элли. Когда он смотрит на свою двоюродную сестру — мою лучшую подругу, — печаль и беспокойство в его глазах только укрепляют меня в моих чувствах к нему.

Любовь. Это слово все еще кажется таким чужеродным в моем мозгу, но так оно и есть. Элай - хороший человек, который принимает мою тьму, в то же время поддерживая мою потребность исправить некоторые ошибки в этом мире, и если кто-то и может спасти меня от слишком глубокого падения в пропасть, то это он.

– Итак, доктор Спаркс, Элли будет под вашим присмотром?
– спрашивает медсестра, возвращая мое внимание к настоящему.

– Да, - я киваю, когда Элли говорит:

– Нет.

Я смотрю на нее в замешательстве.

– Я хочу домой.

– Ладно, не думаю, что это хорошая идея. Я не хочу, чтобы ты сейчас была одна.

– Но я хочу побыть одна, - огрызается она, ее глаза вызывающе сверкают. Это первый признак борьбы, который я заметила в ней за последние дни, но я бы хотела, чтобы это было направлено не на меня. Она не выиграет эту битву. Не сегодня.

– Элли, пожалуйста. Не спорь с Тессой об этом, - Элай говорит мягко, но в его голосе слышна властность.

Она смотрит на него, на ее лице написано удивление.
– Нет ... Я не хочу мешать. Я не хочу мешать вам двоим.

– Ты не помешаешь. Мы хотим быть рядом с тобой, - твердо отвечает он, а затем поворачивается к медсестре.
– Да, она отправится домой под присмотром Тессы. И моим, - добавляет он.

И вот он снова выходит, шокируя меня до чертиков. Мне нравится эта его сторона — та, которую он редко показывает. Его властный тон мог бы оскорбить некоторых женщин, но я практически таю. Как и медсестра, судя по учащенному дыханию и обмороку в ее глазах.

– Д-да, хорошо. Позвольте мне взять рецепт на обезболивающее, и ее можно будет выписать, - заикается медсестра с раскрасневшимися щеками. Я ухмыляюсь ей. Если бы она только знала, насколько я понимаю ее реакцию. Но разница в том, что он мой.

Элли смотрит на Элая с непроницаемым выражением лица, прежде чем смягчиться.
– Я останусь на день или два, пока не решу, что хочу делать дальше.

Попытки молодой медсестры пофлиртовать с Элай в лифте вниз милы, но резко обрываются, когда он обнимает меня за талию. Это умный ход с его стороны, поскольку я в двух секундах от того, чтобы ударить ее ножом одними своими мыслями.

Словно прочитав мои мысли, Элай бросает понимающую улыбку в мою сторону, прежде чем взять меня за руку, когда мы выходим из вестибюля. Убедившись, что Элли удобно устроилась на заднем сиденье, медсестра проворно возвращается к своей смене, и мы выезжаем со стоянки.

– Мне нужно заехать домой и взять кое-какие вещи, - говорит Элли едва слышным голосом.

– Ты уверена?
– спрашиваю я.
– Я всегда могу пойти упаковать для тебя сумку или заказать доставку некоторых вещей.

– Да. Мне нужно это сделать.

– Ладно, сначала мы пойдем туда, - соглашаюсь я, кивая в ответ на молчаливое одобрение Элая. Я знаю, что это нужно ей самой. Я просто благодарна, что она добровольно согласилась приехать ко мне домой. Ее похищение не входит в мой список дел на сегодня.