Чтение онлайн

– Ты, - выдыхает он.
– Кто ты? Зачем ты это делаешь?

– О, малыш Уил. Ты должен был знать, что это произойдет в какой-то момент, - передразниваю я, мой голос полон презрения.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Конечно, понимаешь. Разве ты меня не помнишь?

Я провожу пальцами по его боку. Он дергается, но не может сдвинуться больше чем на дюйм.

– Ах, ах. Куда ты двигаешься? Я думала, тебе это понравится. Я прикоснусь к тебе для разнообразия?

Он качает головой, ноздри его вызывающе раздуваются.

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Я никогда не встречал тебя до сегодняшнего вечера, - настаивает он.

– Возможно, я могла бы помочь освежить твою память.

Я отворачиваюсь и снимаю контактные линзы. Поворачиваясь обратно, я стаскиваю рыжий парик, встряхивая своими светлыми волосами. Элай включает свой фонарик, освещая мое лицо, когда я снова поворачиваюсь к Уильяму.

Кровь отливает от его лица, когда он начинает узнавать.

– Тесса?

ТЕССА

– Тесса, - повторяет Хант, его голос полон недоверия, когда он окидывает меня взглядом.
– Тесса Спаркс?

Я презрительно скривила губы.
– Единственная.

– Я не понимаю. Твои родители сказали, что ты переехала. Они не получали от тебя вестей много лет.

– Все это верно.

Его взгляд метнулся к Элаю.
– Кто ты?

– Мужчина, который любит женщину, у которой ты украл невинность, - рычит Элай.

– Я не знаю, что она тебе сказала, но это чертова ложь.

– Хочешь попробовать это снова, придурок?
– Элай хватает Уильяма за горло, крепко сжимая, пока его лицо не становится фиолетовым, прежде чем отпустить.

– Я невиновен!
– заикается он, опустив взгляд в землю. Бедный Уильям - ужасный лгун.

– Тс-с-с, перестань, Уильям, ты же знаешь, что это неправда. С таким же успехом ты можешь признать, что ты натворил. Это не изменит исход. Это просто определяет, сколько боли я решу причинить тебе, прежде чем ты умрешь. И, честно говоря, то, что ты говоришь, не имеет значения, потому что я была там. С тех пор мне приходится жить с этими кошмарами, - холодно добавляю я.

Я опускаю взгляд на свои ногти, любуясь блестящим красным лаком, прежде чем снова встретиться с ним взглядом.
– Но ты знаешь, отчего они исчезают?
– я насмехаюсь.
– Избавляя мир от таких паразитов, как ты.

– Я не плохой человек. Я помогаю детям, - его голос дрожит, и он выглядит так, словно вот-вот расплачется.

– Помогаешь им?
– усмехаюсь.
– Или помогаешь себе?

Он отводит взгляд.

– Значит, так: расскажи нам все, что знаешь, и я сделаю твою смерть менее мучительной.

– Зачем мне тебе что-то рассказывать, если ты все равно собираешься меня убить?

– Потому что не пора ли тебе искупить свою вину?
– спрашиваю я, в моем тоне слышится презрение.
– И это касается не только тебя. Речь идет о спасении детей до того, как они попадут в руки педофилов вроде тебя. Это для таких девочек, как Пейсли.

Он непонимающе смотрит на меня.
– Пейсли?

– Моя гребаная сестра, придурок!
– терпение Элая на исходе. Прежде чем я успеваю сказать еще хоть слово, он держит дрель и вкручивает левый мизинец Уильяма в крест.

Хант кричит в агонии.
– Я не знаю Пейсли, - настаивает он.

Я ухмыляюсь, наслаждаясь каждым моментом этого. Немногие девушки могут сказать, что их мужчина стал бы пытать кого-то другого ради них. Убить ради них. И в этот момент я знаю, что Элай сделал бы для меня все. Сейчас он сдерживается только потому, что знает, что мне нужно закончить это.

Пока Хант продолжает кричать, отвращение волнами накатывает на меня.

– Тик-так. Сейчас самое время признаться. Скольким детям ты причинил боль так же, как мне?
– я достаю свой телефон и открываю фотографии улик, которые мы нашли у Далтона. Возможно, ему нужно напоминание о том, что привело его сюда. Я держу телефон перед его лицом и прокручиваю каждую фотографию, наблюдая, как исчезают его краски.

– Откуда у тебя эти фото?
– выдавливает он между прерывистыми вдохами.

– У меня есть свои способы. Ты думал, твои приспешники не смогут защитить себя?
– я поднимаю бровь.
– Я думаю, тебе следовало заплатить им больше.

– Черт!
– кричит он.

– Это довольно интересно, эта схема торговли людьми, в которую ты, похоже, вовлечен. Сначала мы думали, что возле озера Люсия похищают всего двух девочек в год. Но, основываясь на собранной нами информации, дело идет гораздо дальше. Оказывается, в нескольких районах юга есть две девочки, которые пропадают каждый год, и о них больше никогда ничего не слышно. Почти 200 девушек на юго-востоке Соединенных Штатов, от Майами до Ричмонда.

– Блондинки, брюнетки, рыжеволосые... Я думаю, у каждого есть предпочтения в отношении своих собственных развратных желаний, - вмешивается Элай, его голос резкий и холодный, в нем слышится нотка горечи.

– Неудивительно, что ты, похоже, ищешь блондинок. Что происходит с этими девушками, когда ты заканчиваешь с ними играть?
– спрашиваю я с отвращением, сочащимся из каждого слога.

Хант молчит, просто смотрит на меня. Дрель оживает, когда Элай прикручивает мизинец правой руки Уильяма к крестовине, и воздух наполняет новая волна криков.

– Тебе действительно стоит перестать валять дурака, Уильям.

– Ты не хочешь ввязываться в это, Тесса, - выдыхает он, и я киваю Элаю, чтобы дать ему небольшую отсрочку.
– В игре много важных людей — людей гораздо более опасных, чем я. Тебе следует уйти сейчас. Если ты отпустишь меня, я смогу защитить тебя, и все будет так, как будто этого никогда не было.

– Уйти?
– фыркаю.
– Ты думаешь, я могу уйти сейчас?

– Тебе нужно. Если ты свяжешься с верхушкой этой организации, они уберут тебя и всех, кого ты любишь, - он кивает Элаю.

– Позволь мне об этом позаботиться. А теперь выкладывай.

– Нет, они убьют мою семью.

– Я убью твою семью. Или ты забыл, зачем пришел сюда? Противоядие. Так что хватит валять дурака, если хочешь быть уверен, что они проживут долгую жизнь, - я прижимаю нож к его горлу. Он сглатывает.

– Мы продаем их тому, кто больше заплатит, когда заканчиваем с ними, - выплевывает он срывающимся от отчаяния голосом.
– Мужчинам и женщинам по всей стране — миллиардерам, лидерам картелей и всем, у кого есть деньги. Они финансируют мою кампанию.